Посмотри на солнце (СИ) - Спектор К. А. - Страница 39

Подумав, чем себя можно отвлечь от разъедающих мыслей, Александр направился библиотеку. Новых книг там, конечно, не успело появиться, но всегда можно перечитать что-нибудь из великой классики. Да, что-нибудь из Толстого или Достоевского. Может, поэзию Лермонтова. Или вообще пьесу Чехова. Просто что-нибудь.

На маленьком столике рядом с одной из полок лежала раскрытая книга. Современный фантастический боевик какого-то графомана, возомнившего себя гуру в писательском ремесле. Кому-нибудь эта писанина придётся по вкусу, но не Александру точно. Да и Виолетте она явно не понравилась, иначе книга бы не лежала здесь в надежде быть прочитанной, а грелась бы под подушкой девушки или на кресле у камина. Да и вообще, девушка бы в два счёта прочла второсортный роман, если бы имела желание.

Взяв наугад сборник поэзии Золотого века, вампир направился к своему любимому электронному камину. Кресло всё такое же мягкое, но стоящее рядом пустое кресло смущало. Особенно в последнее время оно редко пустовало. Надо выбросить его, а то мозолит глаза. В отличие от картин и еды, Александр не стал откладывать на потом и вынес кресло аж за пределы дома на свалку в нескольких километрах.

Ночная тишина успокаивала. Вампир подумал о том, что можно поохотиться, но решил, что в этом нет нужды, ибо кровь вампира, даже в маленьких количествах, надолго насыщает. А ради забавы охотиться не было настроения.

Вернувшись к теперь одинокому креслу у камина, Александр взял книгу и принялся читать. «Медлительно влекутся дни мои…» Теперь всё встанет на свои места. «И каждый миг в унылом сердце множит…» Он вновь будет предоставлен сам себе, потихоньку проживать свой век, иногда получать приглашения на торжества. «Все горести несчастливой любви…» Может быть, заведёт роман с какой-нибудь глупой вампиршей. «И все мечты безумия тревожит…» Но точно не с настырной высокомерной Марго. «Но я молчу; не слышен ропот мой…» Треск камина. «Я слёзы лью…» Книга. «Мне слёзы утешенье…» Мягкое кресло. «Моя душа, пленённая тоской…» Тишина. «В них горькое находит наслажденье…» Благодать.

Александр бросил книгу в стену, сжал голову руками. Виолетта никак не лезла у него из головы. С ума сойти, он успел привыкнуть к этой девочке, почти доверился ей, а она… Променяла его на вампира посильнее. Меркантильные эгоистичные люди всегда пригреваются там, где удобнее. Да, зачем одиночка Александр, когда есть величественный Венедикт, который окружит романтикой.

С другой стороны… Может, они будут счастливы. Это ведь хорошо, кто-то обязательно должен быть счастлив. Венедикт обратит Виолетту, они проживут долгую жизнь, возьмут под опеку юного неопытного вампира. Или сразу нескольких. Но почему же эти мысли безумно злят?

Венедикт, он ведь говорил довольно искренне, когда просил оставить девушку ему. Те разговоры по душам… Он ведь не плохой, совсем нет, просто смотрит на мир не так, как Александр. Можно ли на него злиться? Сандр ведь сам отдал брату человека, Венедикт не требовал, не угрожал, не применял гипноз, просто попросил. Почему же Александр так злится на него? Ужасное чувство.

Виолетта… Зачем Александр вообще впустил её в свою жизнь, позволил менять привычный уклад. Она ведь могла спокойно окончить школу, поступить в какой-нибудь институт или куда она собиралась, найти себе человека и завести с ним детей. Как же это глупо… Убиваться теперь. Ясно ведь, что Виолетта была с ним только потому, что он вампир. Какая девочка-подросток не мечтает закрутить роман с бессмертным? Да у них и не было романа. Не было.

И всё-таки некрасиво всё получилось. Её ведь тоже можно понять. Как можно жить и таким, как он? Неудивительно, что Виолетта предпочла Венедикта. Но в ту ночь все находились под впечатлением и влиянием эмоций, не удалось даже нормально поговорить. Просто поговорить, попрощаться. Убедиться, что никто ни на кого не держит зла, что расстаются они в добрых отношениях. Как некрасиво. Как глупо. Глупо теперь об этом думать, всё уже решено.

Неужели Александр не сможет выбросить Виолетту из головы, как и Елену? Но Елену он забыл, вообще-то. По крайней мере, за последнее время вспомнил о ней впервые и без щемящего чувства внутри. Виолетта вылечила его от Елены, и что теперь? Вновь на эти грабли. Вновь променян на другого, кто удобнее, лучше. И как теперь заставить себя не думать обо всём, что произошло?

Александр громко зарычал, стукнул по ручкам кресла, встал, прошёлся туда-обратно по комнате, бросил взгляд на электронный камин, потом на место, где стояло второе кресло.

Глубоко выдохнув, Александр достал телефон, набрал номер. Через полчаса у ближайшей к дому остановки стояла машина. Он сел на заднее сидение, бросил взгляд в сторону дома.

— В аэропорт. — Сказал вампир. — И побыстрее.

22

"Никогда не отказывайся от того,

что заставляет тебя улыбаться"

Хит Эндрю Леджер

Сначала Венедикт не предал значения шуму на первом этаже, но постепенно это стало раздражать. Нередко какие-то беспризорники или глупые путешественники находят лазейки и пробираются внутрь. Не раз экспонаты страдали из-за этого.

Вампир незаметно спустился на этаж музея. Среди экспонатов ходила тёмная фигура немалых размеров. Точно не беспризорник. Вероятно, турист или бомж. Венедикт вышел из тени.

— Написано же, что музей закрыт! Приходите утром.

Неизвестный обернулся. Венедикт почувствовал нечеловеческий запах. Более того, он был очень знаком вампиру.

— Александр?

— Здравствуй, Венедикт.

— Что ты здесь делаешь? Торжество давно закончилось.

— Да, знаю.

— Что ж, заходи, раз пришёл. Чаю?

— С мелиссой.

Братья поднялись на жилой этаж, Венедикт усадил гостя на широкий белый диван, через десять минут подал чай.

Молчали. С каждой минутой неловкое напряжение всё больше давило на обоих. Да, они смогли найти общий язык, расстались без ненависти, но всё равно было сложно.

— Что с Ником? — Прервал тишину Александр.

— Мои друзья позаботились о том, чтобы он был похоронен с почестями.

— Подбросят в пожар?

— Да.

— Как ты вообще? Нормально?

— Сложно, Александр, сложно. Но ты же знаешь, я не люблю делиться чувствами и переживаниями. Да и ты, насколько я помню, тоже. К тому же, мы по максимуму всё обсудили на торжестве, разве нет?

— Да, верно.

— Слушай, я не владею развитым даром чувствовать эмоции других, но подозреваю, что ты здесь не просто для того, чтоб узнать о моих делах. Выкладывай.

— Вия… Я обдумал ситуацию и…

— Хочешь забрать её?

— Нет, совсем нет. Тем более, если вы оба этого хотели. Она теперь, наверное, счастлива.

— Да, очень счастлива.

— Просто так некрасиво получилось. Мы даже не поговорили с ней, я не попрощался. Нельзя так.

— Стоило подумать об этом раньше, дорогой брат. Мы с Леттой обсуждали сложившуюся ситуацию. Она крайне разочарована и не желает иметь с тобой дел.

— Всё-таки Летта.

— Да, ей так больше нравится.

— Ладно. Понимаю, она имеет право злиться. Но… Прошу, Венедикт, позволь мне хотя бы попытаться с ней поговорить.

— Я не в праве запрещать тебе это, Александр. Вопрос в том, согласится ли она разговаривать с тобой. Но мы, так и быть, попробуем. Идём. — По пути к комнате Венедикт продолжал говорить. — Сегодня она весь день гуляла и вернулась жутко уставшей. Нам повезёт, если она ещё не спит. Я и не думал, что жить с человеком так приятно. Она такая замечательная, ты даже не представляешь.

— Да, не представляю.

— А вот и её комната! — Венедикт постучался. — Летта, девочка моя, ты не спишь?

Некоторое время с той стороны двери молчали, после чего послышалось тихое:

— Нет.

— Тут Александр пришёл. Ему очень жаль, что вы так грубо расстались, хочет извиниться и поговорить.

— Нет!

— Венедикт, позволь мне самому.

Старший вампир учтиво отшагнул, давая брату подойти к двери.

— Виолетта, это я, Александр. Пожалуйста, выслушай.