Практическая монстрология (СИ) - Савинков Сергей Владимирович - Страница 23

Есть над чем подумать. В последнее время я постоянно оказываюсь в центре событий. Если ещё полгода назад я и помыслить не мог, что за какие-то полгода встречу такое количество разнообразной нечисти, но и останусь жив.

Сейчас, когда в моих сумках скопились ингредиенты с полутора десятков тварей, я был спокоен.

Основное задание главы гильдии я все же выполнил: собрал достаточное количество алхимических игридиентов для вторичной трансформации.

Хух, теперь и вздохнуть можно спокойно, не придется, как другим, прыгать по горным вершинам, аки резвый козлик, в поисках разнообразных лютиков-цветочков, или лазать по отдаленным речным долинам, пополняя запасы какой-нибудь крайне редкой алхимической дряни.

Все же странно, что в истории гильдии так много белых пятен, казалось бы, все должно быть известно, но до сих пор было непонятно, каким образом создавались зелья первичной трансформации? Чем руководствовались создатели гильдии? И все ли их эксперименты были успешными?

Я тряхнул головой. За подобные крамольные мысли можно попасть на костер инквизиции, этим фанатикам только дай повод усомниться в истории тех или иных событий - вмиг будешь сидеть в застенках.

Судя по итогам лично моей первичной трансформации, опыты алхимиков до добра не доводят, и вместо полноценного мага-середнячка из меня сделали некое подобие энергетического вампира, способного пользоваться магией крови, не боящегося света солнца, имеющего превосходную реакцию и поразительную силу, но все это лишь при условии, что кругом будет достаточное количество некроэнергии.

А в обычной ситуации я был схож с простым человеком, имеющим лишь слабые задатки магии крови, и неплохо развитые параметры человеческого тела.

Я неспешно ехал на своей лошади, которая осторожно ступала по скользким камням дороги ведущей в гору.

Все же, какими замечательными были древние строители: дорога из каменных плит за прошедшее время была покрыта слоем грязи, но, не смотря на это, под слоем грязи было видно, как тщательно подогнаны каменные плиты строители дороги. Там, где дорога огибала широкие расщелины, из камней было выложено метровое подобие каменной ограды, которой обычно крестьяне отгораживают свои участки от участков соседей.

За эти несколько часов пути я не встретил ни одного человека, хотя было видно, что люди здесь изредка проходят. То тут, то там я видел следы небольших походных костров, а в паре мест, вероятно приспособленных под стоянку для караванов, были заметны оплывшие следы копыт лошадей и верблюдов.

Хм, странные нынче времена. Если ещё год назад по этим дорогам активно двигались караваны южан, гномов, и обычных торговцев, то теперь казалось, что я двигаюсь по абсолютно пустым землям, хотя в этих местах довольно часто можно было встретить горцев с их отарами овец и коз. Да, все же, явно намечается война, если даже торговцы спешащие извлечь прибыль из любого события, куда-то пропали.

Как оказалось, разгадка пустынной дороги ждала меня за следующим поворотом.

Я был так увлечен своими мыслями, что когда стрела, вылетевшая из взведённого на тропе самострела, угодила точно в мой медальон охотника, я вылетел из седла отброшенный на пару метров. Оглушенный падением я лежал не в силах вздохнуть.

«Вот и отбегался», - мелькнула у меня мысль, видимо, ребра сломаны, раз даже дышать не могу.

Едва я подумал о скорой смерти, как неожиданно что-то внутри моей груди с противных звуком хрустнуло и я смог вздохнуть.

- Кажись, сдох! - раздалось в паре десятков метров от меня.

- Поди посмотри, а то кто его знает, что за фрукт такой, что рискнул шляться по нашему перевалу в одиночку. - раздался второй голос.

Я напряжённо прислушивался, активировав свой слух и прочие органы чувств.

Мне повезло, что арбалетный болт попал мне в грудь, иначе даже длительная медитация не спасла бы меня от подобной раны.

Судя по тому, как хрустнуло у меня в груди, последствия поглощения некроэнергии, все же, что-то подправили в моей ауре и сейчас, наконец-то, регенерация заработала на уровне боевого мага, что было мне только на руку. Глядишь, после вторичной трансформации смогу принимать боевую форму и не опасаться всякой мелкой нечисти, если конечно у меня будет время для этого. Сейчас же застигнутый врасплох выстрелом самострела, веревка которого теперь мне была хорошо видна поперек дороги, я лежал и ожидал, когда, наконец, кто-то из разбойников решит меня добить.

- Иди давай, и побыстрее, вдруг за ним следом обоз едет, а я пока сбегаю в лагерь, предупрежу остальных, вдруг и вправду купцы опять едут.

- Ну почему опять я? - раздался голос более молодого разбойника.

- Потому, что ты в прошлый раз как следует не засыпал пятна крови на дороге, и передовой дозор караванщика едва это не заметил. - раздался еле слышный голос второго. - Так что иди и не спорь, я на тракте глотки режу с тех пор, как ты ещё пешком под стол ходил.

Раздался звук смачной затрещины и обиженный скулеж молодого разбойника.

Через десяток секунд раздались спешные шаги, и я через неплотно прикрытые глаза увидел, как мою лошадь уводят в сторону невысокой каменной ограды слева от дороги.

- А я пока его лошадь к лагерю отведу, пусть атаман сам глянет, а то ещё решит, что брешу про головной дозор каравана. А ты тут кончай его побыстрее и тащи с дороги, да кровь не забудь засыпать, а то будет как в прошлый раз, когда караван едва не упустили. Думаю, полчаса у нас в запасе - не меньше. Пока караван подъем преодолеет, как раз успеем засаду состряпать. А ты, как с этим закончишь, самострел с дороги убери, а то, вдруг кто впереди каравана поглазастей, чем этот едет.

Придется выжидать, решил я и прислушался к окружающим звукам. В отдалении стих звук копыт моей лошади, а через пару минут недалеко снова раздался пискливый голос молодого разбойника.

- Чуть что, так я! - раздалось бормотание, и я увидел как из за камней ограды в паре десятков метров от меня поднялся человек, одетый в ржавые доспехи. - Я, я, я глотки резал, пху! Сморчок старый, чтоб тебя вши заели! - плюнул молодой разбойник в сторону удалившегося товарища.

До разбойника был добрый десяток метров, поэтому он не мог рассмотреть, куда угодила их стрела.

Я же затаил дыхание и полуприкрыв глаза наблюдал, как разбойник медленно подошёл ко мне.

Послышалась какая-то возня и я ожидаемо услышал шорох покидающего ножны ножа.

Ожидаемый исход решил я и, что было сил, нанес удар ногой под правую ногу разбойника, не дожидаясь, когда тот решит меня прирезать.

Неожидавший, что его добыча жива, разбойник растерялся, и когда его ноги после моей подсечки взлетели вверх, он даже не попытался сгруппироваться, и загремел металлом доспехов по камням.

По перевалу разнесся звук, напоминающий звук упавшей пустой кастрюли. Пользуясь произведенным эффектом, я не упустил случая и подхватив выроненный разбойником нож, нанес ему удар снизу вверх, загнав нож по самую рукоять в череп незадачливого бандита.

«Вот так-то», - сказал я, рассматривая своего обидчика. «Это тебе не кольчугу в штаны заправлять. Разбой - дело тонкое, не умеешь - не берись».

Весь свой трюк я провернул, даже не вставая. Эх, видел бы меня кто-нибудь из наставников гильдии, а так ведь не поверят, что я сумел добиться таких результатов.

Поднявшись и помассировав грудь в том месте, куда меня ударила стрела, я посмотрел на убитого разбойника. Вот и ответ, откуда пометки привидений на моей карте. Разбойник был облачён в ржавые валорские доспехи, которые, видимо, для устрашения какой-то криворукий художник разрисовал зелёными красками.

Вот теперь мне стало понятно, откуда берутся слухи об отрядах призраков, скачущих в ночи по перевалам. Зуб даю, что ночью краска на доспехах светится зелёным светом.

Видимо, местным разбойникам удалось раскопать все это барахло в каком-нибудь из курганов валорцев, коих было довольно много в этих местах в первые годы после войны.

Вот и придумали разбойники себе прикрытие, чтобы напугать суеверные отряды пограничной стражи, а сами обосновались где-то на перевале, вероятно найдя для своей базы какую-нибудь пещеру.