Практическая монстрология (СИ) - Савинков Сергей Владимирович - Страница 16

- Не бывает у гномов вшей. - пробормотал обиженный гном.

- А вот у людей бывают, и если уж завелись у кого, то таких налысо бреют, чтобы вшам жить было негде. - сказал я.

- Вот и я о том же толкую, вы, люди, даже со вшами сжиться не можете, а уж друг с другом - тем более. - расстроенно махнул гном.

Я же, продолжая пребывать в полусонном состоянии, спросил:

- А чего это ты тут на стуле рассеялся? - спросил я гнома

- Комендант велел тебя охранять, мало ли, вдруг комары ночью за зад покусают или ещё что случится, может водички захочешь. - продолжал шутить гном.

- Ну, тогда охраняй, если не уснешь. - милостиво разрешил я и попытался закрыть глаза.

- Чтобы гном уснул, как какой-то мягкотелый человечишка? Да знаешь ли ты, что создатель сделал гномов из камня, а людей из мягкой глины? Поэтому мы во всем лучше людей. - продолжал просвещать меня гном.

- Ну да, ну да, слышал. Только доброго камня было мало, а вот глины хватало, потому людей больше. - поддержал я рассказ гнома.

- Пху на тебя, человек, - буркнул гном, - все сказанье испортил.

Гном ещё минут десять пытался мне что-то рассказывать, но я уже засыпал и последней мыслью перед тем как снова уснуть было: а ведь действительно, за всю историю гномы никогда не воевали друг с другом...чудеса - да и только.

Я проснулся, по ощущениям, через пару часов. Полежал пару секунд, прислушиваясь к происходящему вокруг, и услышал мирное похрапывание. Однако, похоже, сделанный из камня гном, оказался не таким уж прочным, и все же уснул.

Я тихо перевернулся на лежанке. Так и есть, Кимли вместо порученной ему охраны моей драгоценной тушки, храпел, как парочка тролей. Ну, вот и как мне быть с таким то телохранителем? Чего доброго, в следующий раз меня сожрут, а он проспит. Я ухмыльнулся. Сожрать не сожрут, а вот проснуться и увидеть перед собой рожу мертвяка не хотелось бы.

Я встрепенулся. А это идея. Я тихонько встал с лежанки и прокрался мимо спящего гнома к столику со стеклянной колбой, в которой по-прежнему плавала голова лича. Сейчас, когда колба была прикрыта тканью, голова мирно и тихо плавала внутри сосуда, а вот если я сдерну ткань, начнет стучать лбом в небьющееся стекло и раскачивать столик-подставку.

- Ну что, гном, крепче камня, говоришь? Вот сейчас и проверим.

Я без видимых усилий поднял колбу вместе со столиком, на котором она находилась и установил столик точно напротив лица гнома так, чтобы между лицом гнома и стеклом было едва ли пара сантиметров.

Гном мирно похрапывал и даже не пытался проснуться, когда я легонько толкнул его в плечо. Хм, ну так совершенно не интересно. Вот-вот должны сыграть подъем, а гном продолжает спать. Я резко сдернул ткань с колбы, и голова твари, увидевшая еду на таком близком расстоянии, ударила в стенку так, что холодная, полная болотной воды плотнозакрытая колба ткнулась гному в лицо. Гном, подскочивший от неожиданности на стуле, резко и протяжно заверещал на одной ноте. Вы когда-нибудь слышали, как работает знаменитая гномья пилорама в окрестностях Белогорья? Нет? Вот и я до этого момента не слышал.

Гном упал на пол, затем подскочил, продолжая тонко визжать на одной ноте, и ринулся вниз.

С первого этажа раздались заполошные крики, которые стихли лишь спустя пару минут, когда наверх взбежал Гарон, вооруженный своим двуручным мечом.

- Где тварь?! - крикнул он.

Я ткнул пальцем в колбу и Гарон опустил меч, рассерженно плюнув.

- Кимли, иди сюда, трус несчастный, ты все же спал на посту, иначе как Лису удалось провернуть подобный трюк?

С первого этажа раздался голос одного из солдат:

- Вряд ли он придет, мастер, наш Кимли бегает по двору и держится за зад.

Не иначе, как подвиг очередной совершил. - и его смех поддержали другие солдаты.

Минут через десять провожаемый шутками и смехом, на второй этаж поднялся Кимли. Гарон, все это время говоривший со мной и выяснявший мотивы моего поступка, вытирал выступившие на глазах слезы.

- Кимли, не знаешь, чем это так воняет?

Гном сердито посмотрел на меня, затем на Гарона, посопел, махнул рукой и принялся хохотать.

Да зад я ушиб когда упал со стула, а не штаны испачкал.

И нечего на меня так смотреть Лис это с болота воняет а мы гномы все же покрепче людей будем.и Кимли засмеялся.

Я думал, что я мастер розыгрышей, но после встречи с ним теперь понимаю почему люди в отличие от гномов воюют друг с другом.

- Это ж надо, так честного гнома напугать. - продолжал причитать гном, по виду которого было видно, что он не злится за мою шутку.

- Да тут едва не пострадала не только твоя гномья честь, но и портки! - заржал Гарон и хлопнул меня по плечу, - хотя бы подняли всем настроение, давно тут так не веселились. А то я и спал внизу, чтобы ребята чувствовали, что я их не брошу, и не удумали чего. Ну, раз так, предлагаю вам пожать друг другу руки и забыть о том случае на воротах. - сказал Гарон.

Я протянул гному руку: «мир?». «Мир»,- сказал гном и, улыбаясь, пожал мне руку.

- А ты не плох для человека, но шутки гномов все равно лучше. Вот как-то раз, мы с ребятами ...

- Кимли, собирайся в дорогу! - прикрикнул Гарон и гном, сердито бурча, поспешил вниз.

Было видно что бурчит он больше для порядка, а не от обиды.

Снарядить в дорогу даже небольшой отряд в пять десятков человек - дело непростое, но, благодаря тому, что Гарон заранее велел собрать все самое необходимое, этой проблемы удалось избежать. Сложнее было с распределением груза. Тащить на себе пару десятков килограмм припасов и прочего добра, необходимого для установки полевого лагеря, ополченцы явно не хотели. Поэтому десяток имевшихся в крепости лошадей тащили на себе не только скудный запас фуража, но и изрядную долю поклажи.

Гарон после такого раннего подъёма, устроенного мной, был на удивление весел, я же был полон скептицизма.

Десяток лучников и десяток латников с пятеркой гномов уже были собраны, и в ожидании дальнейших приказов от Гарона уже сидели на дорожных мешках. Ополченцы же носились по лагерю, как курицы со своим первым яйцом, в роли яйца выступали объемные мешки личной поклажи. Каждый ополченец искал способ навьючить что-нибудь из своих вещей на спину бедных лошадей, которые под увеличивающимся весом поклажи проседали все ниже и ниже.

Гарон ревел раненым медведем, пытаясь призвать ополченцев к порядку. Я не вмешивался в процесс управления лагерем. Рядом со мной, тяжело сопя, остановился Кимли с четверкой гномов. Молча посмотрев на суету ополченцев, гном скинул с плеч увесистый мешок. В мешке, упавшем на землю, что-то лязгнуло.

- Вот и крепкий, как скала, гном пожаловал. У тебя там что, походная кухня? - не удержался я от колкости.

Гном лишь махнул рукой на мою шутку. Решительно шагая, этот бородатый субъект пошел прямо к толпе суетящихся ополченцев.

Ещё издалека гном прокричал:

- Да что вы возитесь, словно девки на сеновале, туды-сюды? Гарон, брось ты это безнадежное дело, не хотят идти - пусть остаются тут. – попытался гном заглушить шум от криков ополченцев.

- Ты прав, Кимли. Если через пять минут вы не соберётесь, мы выйдем без вас! - громко прокричал Комендант.

Гарон же, как и мы все, тащил на себе мешок со съестными припасами, кирку, маленькую металлическую лопатку, пару мотков веревки и несколько свертков с личными вещами. Поэтому, когда он медленно развернулся и зашагал к воротам, большинство ополченцев, побросав на землю наименее ценные вещи, поспешили следом за комендантом. Отставшие спешно скидывали с лошадей свое барахло и спешили следом.

- Открывайте ворота! - крикнул гном, и четверка бородатых собратьев гнома сноровисто сняла с массивных ворот увесистые запоры.

Ворота натужно заскрипели и колонна, возглавляемая комендантом крепости, наконец, тронулась в путь. Я шагал в середине колонны, рядом со мной семенила пара гномов, чьи мешки разительно отличались от поклажи прочих солдат.

Минут через тридцать, когда очертания крепости, ворота которой просто напросто прикрыли, как прикрывают двери в маленьких деревнях, скрылись в густом утреннем тумане, меня нагнал Кимли, оттеснив от меня одного из моих собратьев.