Академия альфачей 2, или всем подставить сопатки! (СИ) - Ночка Аркадия - Страница 44

‒ Вы запустили механизм. И это главное. ‒ Мишаня быстро-быстро загибает собственные пальцы. ‒ Сила и мощь ‒ важные характеристики, которыми и отличается истинный альфа. Но гибкость ума ‒ еще более важное составляющее отличного будущего лидера. Что нам сила, если не знать, как ею правильно воспользоваться? А вы продемонстрировали, что отсутствие физической силы вовсе не помеха для истинного альфы. И вновь возвращаемся к прежнему выводу: только благодаря вам нам удалось прикрыть эту преступную лавочку.

И снова меня похвалили. Как же Мишаня мастерски все выворачивает. Мне-то чудилось, что я лопухнулась на всех этапах этой нелепой эскапады, а на самом-то деле я, оказывается, вела себя героически. Не скажу, что мне не по душе такое внушение.

‒ Ну… спасибо.

‒ Это вам спасибо. ‒ Ректор улыбается так широко, что моя мнительность бьет тревогу: вдруг ректорские щеки от подобного напора возьмут и лопнут. ‒ Пресечение преступных проявлений путем организации миссий от академии ‒ это тоже своего рода обучение. Будущие лидеры таким образом готовятся защищать свои земли. Обычно лидеры, правители, вожаки, ‒ кто и как зовется в пределах территорий, на которых распространяется их власть, ‒ лично участвуют в рейдах по наведению порядка. Так что академические командные или одиночные миссии ‒ превосходная подготовка к будущей ответственности.

А мне-то куда эту ответственность засунуть?

Ясный кексик, вслух я свое негодование не высказываю. Раз решила, что буду играть по местным правилам, то надо идти до конца.

‒ А знаете, я ведь не случайно в Прорве оказалась.

Настало время переговорить с ректором о реальной проблеме.

‒ Меня, мягко выражаясь, туда против воли транспортировали… 

Глава 55. Качество и достойный

Михаэль выслушивает меня с предельной внимательностью и даже уточняет некоторые детали.

‒ Значит, вы утверждаете, что наемникам Гохата вас перепродал какой-то бета? ‒ Ректор с задумчивым видом вертит в руках чернильницу в форме угольно черной черепушки.

‒ Не простой бета. А один из тех, что претендовали на стипендиальное место здесь.

‒ Но узнать вы его не сможете?

‒ Нет. Он в маске был. Разве что по голосу…

‒ Значит, у нас, в целом, никакой информации, ‒ заключает Мишаня.

‒ Мы можем пройтись по списку тех пятидесяти бет. Ведь на невинную шалость его действия точно не тянут.

‒ Еще бы. ‒ Ректор кивает. ‒ Правда есть одна загвоздка.

Как всегда. Разве нельзя существовать в этот мире без проблем?

‒ И в чем она заключается? ‒ обреченно любопытствую я.

‒ У меня нет никакого списка бет.

Ха! Ха?

‒ Но вы ведь организовали состязание с участием бет, ‒ недоверчиво насупливаясь, напоминаю я.

‒ Верно.

‒ И кугу к ним выпустили.

‒ Точно.

‒ И вы не в курсе, что за беты там участвовали?

‒ Абсолютно верное утверждение! ‒ с чрезмерной оптимистичностью восклицает ректор, однако, заметив, выражение моего лица, тактично откашливается. ‒ Видите ли, нас, фактически, интересовал только один претендент ‒ тот, кто одержал бы победу над кугой. На остальных, как бы грубо это ни звучало, тратить время нецелесообразно. Проход в пределы бесконтрольных земель был открыт для пятидесяти бет ‒ не больше. А уж как представители бет распределили между собой предоставленные возможности, мне неизвестно. Возможно, тоже устроили между собой некий турнир, победители которого могли поучаствовать в состязании с кугой и имели бы реальные шансы попасть в «Акрукс» в качестве стипендиата. Одно мы не учли. ‒ Мишаня смущенно чешет макушку. ‒ Что пообщаться с кугой может захотеть и кто-то помимо бет. Некто, непосредственно проживающий в бесконтрольных землях.

Да, да, все шишки на меня.

‒ Черт, ‒ с чувством выплевываю ругательство и разочарованно вздыхаю.

По моему мнению, лучше бы они досконально изучали бет с учетом всех провинностей: от каждого правонарушения до сведений, сколько раз они воровали пирожки у любимой бабушки.

‒ И почему вы не интересовались всей подноготной претендентов? ‒ ворчливо спрашиваю я. ‒ А вдруг бы победу одержала какая-нибудь криминальная личность?

‒ Одержать победу способен только достойный. И магия условия построена лишь на восприятии достойного, ‒ с упоением поясняет мне Мишаня.

Кажется, он сам тащится от возвышенности сих сомнительных действ.

‒ Как видите, ваша магия чуть-чуть поломалась. ‒ Указываю сразу двумя большими пальцами на себя. ‒ Оцените, кого она допустила на территорию академии.

Ректор пару секунд внимательно смотрит на меня. А затем обезоруживающе улыбается.

‒ Магия условия не способна совершать ошибки. Из-за ее надежности мы и остановили на ней выбор при подготовке к состязанию за сотое место.

По-моему, у ректора Тунгусского напрочь отсутствует функция «впадаю в уныние». Откуда он только черпает свой оптимизм?

И погодите-ка. Выходит, я ‒ достойный кандидат? Раз у меня в портфолио сертификат качества от магии условия и от нее же одобрение по всем параметрам?

Собраться с мыслями и мало-мальски порадоваться за свою сомнительную «уникальность» мне не дают. Ректор уже спешит поделиться собственными измышлениями.

‒ А почему вы решили, что на вас напал именно бета-претендент?

‒ А кто еще это может быть? И он сам так себя обозначил.

‒ Может, это был вовсе не бета? ‒ Ректор обводит взглядом всю обстановку кабинета. ‒ Возможно, он только притворялся им, чтобы сбить вас с толку?

‒ Но он знал, кто я. И про Маляву тоже.

‒ Не стоит недооценивать скорость распространения слухов. Если уж о вашем прибытии в академию все учащиеся узнали меньше, чем за полчаса, то что и говорить о слухах, которые уже витают по улицам города. Кроме того, он же не упоминал какие-либо подробности, так? Он просто сообщил поверхностные и, скорее всего, уже общеизвестные факты.

‒ Есть такое, ‒ медленно проговариваю я и погружаюсь в размышления.

‒ К тому же девушки, прогуливающиеся в одиночку по городским улицам, ‒ та еще приманка для желающих поживиться. Вот вас и схватили, когда вы меньше всего этого ожидали.

‒ Для простого бандита он слишком хорошо отыграл негодование и обиду, ‒ с сомнением сообщаю я.

Да за такие пафосные речи, которые выдавал «бета», я бы не пожалела кинутой в меня золотой статуэткой. Протащила бы его по красной дорожке и влепила бы золотой наградой прямо в лобешник.

‒ Попробую подключить правоохранителей, ‒ пообещал ректор. ‒ Но, к сожалению, шансов установить его личность мало. Если, конечно, нет более весомой зацепки. А таких любителей наживы каждый день в городе появляется уйма. Сегодня он тут, а завтра уже за пять пространств отсюда приторговывает запрещенными зельями. Не думаю, что вам из-за него стоит тревожиться. Здесь вы в безопасности. И постарайтесь впредь за пределами академии прогуливаться только в чьей-нибудь компании.

Сплошное расстройство. Я-то была уверена, что «призрачного опера» можно вычислить, исходя из списка бет, а тут ‒ такое разочарование. Получается, он выйдет сухим из воды?

‒ У меня просьба.

‒ Да? ‒ вяло реагирую я на реплику ректора.

‒ Мне тут недавно растеньице подарили. Но ума не приложу, что с ним делать. Я, честно признаться, не поклонник флоры, да и по особенностям ухода полный профан. Думаю, передать его под опеку Энильлили. У него как раз есть чудесные условия для всяких травок-муравок.

Продолжаю вопросительно глядеть на ректора, так как предполагаемую просьбу мне все еще не озвучили.

‒ Не присмотрите пока за моим бамбуком? 

Глава 56. Сельдерей и редкость

‒ Твоя холить. Твоя лелеять. Твоя обнимать.

Забравшись с коленями в гостевое кресло в ректорском кабинете, пытаюсь решить, что мне делать со всем эти свалившимся на меня чудом.

Неподалеку от меня на полу стоит высокая кадка, а в ней — бамбук. Настоящий зеленый бамбук. Его одревесневающие стебли вытянуты ввысь на добрых три метра, а пышность листьев на вершинах походит на прическу в стиле афро, только слегка адаптированную под предпоследний визг моды.