Академия альфачей 2, или всем подставить сопатки! (СИ) - Ночка Аркадия - Страница 42

Снуют туда-сюда. Расспрашивают Плюшку. Снова снуют. Задают какие-то вопросы Люкосу, Нико и активно зевающему Реджи. И вновь снуют. Иногда в пасмурной массе мелькают черные фигуры задержанных прислужников. Знаю, что Бом-Бома точно повязали, а вот Распорядителю удалось смыться. Печально.

Меня никто не тревожит. Я убедилась, что девушек, томящихся в темнице, обнаружили и выпустили на волю. Пообнималась с каждой, просюсюкала что-то утешающее и успокоенная устроилась на скамье, где и обитаю до сих пор.

Впечатлений у меня теперь на год вперед. А пока раздумываю, кому первому целесообразнее рассказать о бете, благодаря которому я и оказалась в Прорве. Может, сразу ректору? Эни вот, например, уже в курсе. И, к слову, о красивых и крылатых. Где его носит?

Меня накрывает тень.

‒ Пришла в себя? — Люкос окидывает пристальным взором мою нижнюю часть тела, облаченную в джинсы, и слегка расстроено поджимает губы. Все, достопочтенный джентельальфач, лавочка визуальных эффектов на сегодня закрыта! Отлепитесь, пожалуйста, от витрины.

‒ А я из себя и не выходила. Я в себе и все такое, ‒ не без удовольствия поигрываю выражениями, а затем быстро перехожу на серьезность. — Извини, что я тебе по лицу двинула.

‒ Очередной удар по мужской гордости? — Люкос хмыкает. — Выживу. Значит, ты знала, что эффект от бомб будет именно таким? Без серьезных последствий?

‒ Типа того.

Хитрю. Злостно и беспринципно. Со стороны мой поступок не выглядит правильным даже сейчас. Доверилась своему соседу, поверила, что все будет хорошо, поэтому и поступила именно так, ‒ ужасное объяснение, как ни оцени. По сути, я подвергла опасности многие жизни. И девчонок. И парней. И даже жизни наемников. Получается, будь эти бомбы стандартными, всем пришел бы конец.

Попадись мне Эни. Ух! Покажу ему, как гробить мои нервные клетки. Они у меня и так в конвульсиях бьются и записываются к психологу на пять сеансов вперед.

‒ Как ты вообще добралась до Прорвы? Помнится, ты ушла на инструктаж с профессором Ярым.

‒ Суровый опыт. Одним словом, не вздумайте бухать со своими преподавателями. — Кривлюсь и пожимаю плечами. — Попозже расскажу. Когда спокойнее будет.

Люкос понимающе кивает. Какой милашка. То дерзкий, то славный. И какое процентное соотношение у этих качеств? С тех пор, как он заступился за меня перед Плюшкой, ‒ а, возможно, даже и раньше, ‒ Люкос не вызывает у меня отторжения. Да и Малява больше не реагирует на него так, как вначале. А если уж мое зверье проявляет лояльность, это многого стоит.

Стоп, стоп, стоп, поворот и паркуемся. Неужели я и правда решила водить дружбу с парой тройкой альфачных парней? Я ведь на верхушку собираюсь пробиться. Надо ли мне с потенциальными соперниками миловаться?

А что говорит здравый смысл? Его давно уже нет в наличии. Записка об отдыхе на Багамах прилагается.

Ладно, все и так логично. Одной против всех мне и дня не протянуть. Не буду же я каждый день метаться от угла к углу верхом на Радике и держа Маляву наготове с полной пастью кипящей слюны?

Да и в глазах Люкоса и Нико после моего заявления об «альфачном папике» мелькнуло вовсе не пренебрежение, а появился настоящий азарт. Не уверена, мои ли подвиги последних дней заставили их воспринимать меня серьезно или их поступками движет элементарное любопытство, насколько далеко может зайти бесконтрольная гостья с бесконтрольных земель. Но могу предположить, что их присутствие рядом со мной заставит потенциальных недоброжелателей держаться от моей персоны максимально далеко.

‒ У меня вопрос. — Люкос внезапно присаживается на корточки, его лицо оказывается на одном уровне с моим.

‒ Валяй. — Мне не по себе из-за резкого перехода от шутливого тона к глобальной серьезности.

‒ Ты сама попросила этот пиджак? На время?

Моргаю с особым усердием. Нет, мыслительная деятельность от этого не ускоряется, зато велика вероятность того, что меня примут за невменяемую и перестанут мучить загадочными вопросами.

‒ Это…

‒ Вещь небесного либри. — Люкос хмурится.

Ну, ясный кексик, главный нюхач всея вонито унюхал, чей аромат покрывает одолженный пиджачок. Тоже будет, как и Нико, валить на мою голову информацию о запаховой метке и далее по перечню?

‒ Эни одолжил его мне, чтобы я не рассекала голышом по округе, ‒ поясняю с предельной терпеливостью. Хорошо, что все объяснимо и вполне логично.

Замечаю, что Люкос смотрит не на меня, а куда-то поверх моей головы.

Внезапно на мои плечи опускаются чьи-то руки.

‒ Я дал ей пиджак, ‒ раздается над моим ухом мягкий голос Эни. Затылок согревает ароматное дыхание. — И Ася приняла его. Из этого следует, господин Люкос Шайна, что я присвоил ее себе.

Поднимаю голову и упираюсь взглядом в подбородок Эни — вид снизу. Он стоит, наклонившись надо мной, и практически прикрывает меня собой.

А теперь призовой вопрос нашей викторины.

Что тут, кексик вам в топку, происходит?! 

Глава 53. Монашка и огнетушитель

Да ну не… В мыслях ‒ одни не связанные друг с другом звуки. Тогда сколько же сил придется вложить в дело, чтобы составить из них что-нибудь рациональное и вразумительное?

Эни утверждает, что он меня присвоил. Да ведь он сам буквально день назад говорил, что подобными глупостями занимаются только те, кто придает запахам особое значение.

А на фоне накладывающихся друг на друга событий я и думать забыла об этом самом присвоении и его порядках! Кулон, который я на учебной арене вручила Эни и этим якобы «присвоила» его себе, в общем-то, даже очень помог нам на цветочной распродаже.

Но относиться к «присвоению» со всей серьезностью? С Люкосом все понятно, он ‒ запаховый маньяк.

Но Эни? Эни?! Эни?!!

Эни, ты вообще, пардон, в курсе, что надо делать с девушками? Хотя о чем я, очень даже он в курсе. По крайней мере, судя по недавней движухе на одеялке. Но то был отвлекающий маневр и игра на благодарную публику.

Зачем же сейчас он пытается разозлить Люкоса? Который, кстати, тоже на меня всякие ничем не регламентированные права заявляет.

‒ Снова ты лезешь туда, где тебя не ждут, бабочка? ‒ Люкос медленно выпрямляется, сразу же выигрывая раунд по показателям роста. И шири в плечах.

‒ Уверен, я там, где нужно. — Собственное немногословие Эни с успехом подкрепляет твердостью интонаций, приправленных едва уловимыми нотками насмешливости. Совсем чуточку. Вроде и не нарывается, но крайне досаждает. — Я всего лишь принял ее присвоение. ‒ Он вытягивает руку, выставляя на обозрение запястье и обмотанную вокруг него цепочку с кулоном. — Ответный дар для Аси. ‒ Эни с какой-то особенной тщательностью оглаживает свободной рукой мое плечо, покрытое плотной тканью его пиджака. ‒ Судя по всему, твои заявленные права теперь не только не имеют чистой силы, но и вступают в противоречие с моими.

‒ Не слишком ли смелое заявление?

Мимика лица Люкоса каменеет окончательно. Не берусь судить, так как опыта общения с ним у меня все же не так много, но, кажется, он злится.

Плеча, свободного от руки Эни, касаются пальцы Люкоса. Медлит он буквально миллисекунду, а затем тоже обхватывает рукой мое плечо.

Ух, прям в бутерброд зажали.

Граждане, не нависайте. Им еще повезло, что Малява в спячке, а Радик ударился в апатию.

‒ Полагаю, стоит узнать мнение самой Аси, ‒ предлагает Эни.

Не вижу его лица, но прямо чувствую эту улыбку одними уголками губ. Все передается через интонации, а еще через особенности его прикосновений.

И, к слову, да ладно? Они внезапно решили поинтересоваться, что я об этом думаю?

Встряхивая плечами, поспешно сбрасываю с себя руки парней и приподнимаю тельце Малявы повыше, чтобы хотя бы визуально отгородиться от нежданного напора.

‒ Нет, ‒ твердо заявляю я, глядя на Люкоса. Откидываю голову назад, встречаюсь взглядом с Эни и не менее уверенно заявляю: ‒ Нет.

Короче говоря, не верю я во всякие обряды. Несолидно как-то это все выглядит. Так что всем отворот-поворот-заворот.