Академия альфачей 2, или всем подставить сопатки! (СИ) - Ночка Аркадия - Страница 13

‒ «К вам» ‒ это куда? — уточняю я, обозревая окрестности за спиной Пи. Ни одной живой души.

‒ В «Сады грез». Хочешь к нам? ‒ Не дожидаясь моего ответа, девчонка тянет меня за собой за рукав. — Идем, идем, идем. 

Глава 16. Гарем и фанат

Этого следовало ожидать. Куда еще могут захаживать лопающиеся от своего физического превосходства парни? Которые еще и учатся в учреждении, где постоянно находятся в окружении таких же парней? Конечно же, туда, где много ласки и любви.

За денежки.

Да, бордель посещать мне еще не приходилось. Как же скучно я живу.

А вернее, жила. В данный момент мне не скучно. Честно.

Устраиваюсь поудобнее на мягкой атласной подушке, на которую меня сразу же усадили, как только я переступила порог вслед за Пи. Новая знакомая оказалась ловкой не только по части практичного заманивания путников в «сады», но и в части мгновенного распространения новостной информации. Не прошло и минуты, как уже вся тусовка знала, что к ним пожаловал в гости необычный «альфа».

‒ Приветик, ‒ здороваюсь я с очередной красоткой, сунувшейся меня пощупать.

Девушки окружают меня, словно плотное облако пестрых бабочек. Одеяния их разнообразны, цветасты и великолепно подчеркивают фигуристые тела. Блеск украшений слепит глаза, а от миловидности дамочек захватывает дух.

Тут от каждого угла прямо разит элитностью.

‒ Правда, правда, альфа? ‒ переспрашивает меня миниатюрная светленькая девчуля, представившаяся как Си, и кротко трогает пальчиком Дулю-метку.

‒ Угу, ‒ мычу я, запихивая в рот сладости, которые притаскивают мне барышни.

Обитательницы «Садов грез» восхищенно галдят и подтаскивают поближе подушечки, чтобы устроиться рядом.

‒ Как отблагодарить вас, принцессы? ‒ деловито интересуюсь я, раздумывая, на чей счет записать свой банкет.

Пожалуй, обрадую Люкоса. Он наверняка тут самый любимый клиент. Да и вряд ли обидится на мою спонтанную наглость. А если попросит чего в духе «волн-шторма-бури», пошлю его сюда. Тут явно знают толк в качке.

‒ Угощаем, Сява Лютик, ‒ торжественно провозглашает дама с пышной высокой прической и в роскошном голубом одеянии, чем-то отдаленно напоминающем кимоно. Ранее она представилась как мадам Яи ‒ владелица «Садов грез». ‒ Для девы, что способна выступить наравне с мужчинами, ничего не жалко.

Вот это женская солидарность!

Улыбаюсь и старательно хлюпаю вкусным травяным чаем. Мне хватает всего пары минут общения, чтобы понять, насколько экзотично я смотрюсь с меткой академии в их глазах. По всей видимости, в этой части параллелей рулят исключительно мужчины.

‒ И часто здесь студенты «Акрукса» отираются? ‒ спрашиваю я у Пи, которая ползет ко мне по ковру, старательно следя за тем, чтобы слоистые пирожные на ее подносе не слетели на пол.

‒ Каждые выходные, ‒ звякает она своим голоском и нетерпеливо толкает кудрявую соседку, мешающую ей доползти до меня.

‒ Что-то пока никого тут не вижу. Рабочий день не начался?

‒ Господа прибудут позже, ‒ певучем голоском сообщает мне красотка в одеянии, смахивающем на бикини, обвернутом шелковым шарфом. ‒ Как только солнце будет в зените, врата наших садов распахнутся.

Неделикатно хрюкаю в чашку. Про распахнувшиеся врата ‒ это сильно. Моя ассоциативность дает оплеуху задремавшей фантазии.

‒ О, эти дни полны трудов, ‒ с одухотворенным лицом подключается к романтичному повествованию девушка с длинными косами, в которые вплетены яркие бархатцы. Ее имя Ми. ‒ Господа желают отдохнуть, а мы рождены, чтобы утолить жажду истинных альф.

О, тут, похоже, ситуация не ахти. Может, и с самооценкой у этих бабочек тоже беда. Я, честно говоря, далека от тонкостей феминизма, потому что вполне осознаю, что есть куча вещей, которыми при любом раскладе лучше заняться мужчине. Но кое-что сделать мне под силу.

Час спустя я уже размещаюсь на высоком стуле, обложенная мягкими подушками, и обозреваю с высоты три десятка своих ярких слушательниц. Красивые лица сосредоточены, ровные бровки сдвинуты к переносице, губки разной степени раздутости приоткрываются в особо эмоциональные моменты моей речи.

‒ Ты, ясный кексик, можешь требовать, чтобы тебя любили такой, какая ты есть, ‒ неспешно вещаю я, сдерживаясь от того, чтобы не замурчать. Пи с предельной старательностью массирует мне ноги, а Ми не менее усердно наминает плечи. ‒ Но подобное требование означает, что ты отказалась от самосовершенствования. Застыла на месте и не готова к новым открытиям в себе самой. На самом деле нужно, чтобы любили постоянно совершенствующуюся тебя. И тогда можно по праву требовать что-то и от мужчины — требовать от него улучшать себя. Ведь если не готова стать лучше сама, то с чего ждать перемен и от него?

Из толпы моих фанаток раздается одобрительное поддакивание.

‒ Но они все такие властные, ‒ жалуется Си, обиженно выпячивая нижнюю губу. ‒ И думают только о себе. А некоторые даже не платят, говоря, что для нас ‒ это честь обслуживать таких, как они!

‒ Да! ‒ подтверждает ее соседка ‒ симпатичная бабочка с короткими каштановыми волосами и родинкой на носу. ‒ Обращаются с нами как с грязевым болотом. А ведь мы ‒ лучшие. И столько книг прочитали. И учились всему. Мы можем поддержать беседу ‒ немного, но все же. Но им нет дела до душевной организации.

‒ Переть против властителей мира мы не можем, ‒ с легким раздражением замечает мадам Яи, утратившая торжественность в интонациях примерно минут сорок назад. Теперь она стоит у входа в общую комнату, расслаблено откинувшись на стену, и выкуривает трубку. ‒ В их академии каждый первый король. А мы ‒ мелкий сор под их ногами. Выживать как-то надо. И если какая тварь не заплатит, что поделать. Не нам их корить.

‒ Элементарное уважение все равно должно быть, ‒ замечаю я, гладя по нежной щеке улыбающуюся мне Пи. ‒ Любое живое существо необходимо уважать. Это мое мнение.

В глубине здания слышится шум, а затем разъяренный рев. Мадам Яи и больше половины девушек вздрагивают.

‒ Что за черт?! Почему меня никто не встречает?! ‒ разъяренно вопит некто и, громко топая, несется по направлению к нам.

Хозяйка борделя благоразумно отпрыгивает в сторону, и очень вовремя. В помещение врывается высокий парень метра два ростом. От резкого торможения, край ковра под воздействием мысков его ботинок сворачивается рулетом.

Черные брюки, свободная рубашка, обтягивающая бугры мышц. Густые черные брови, крючковатый нос и пышный залакированный шмат волос, выпирающий от его лба на добрых полметра. Вот и элитный гость пожаловал.

‒ Господин Фе-е-еликс, добро пожаловать, ‒ запинаясь, возвращается к своему образу мадам Яи и прячет трубку в складках кимоно. ‒ Мы не ждали вас так рано.

‒ Мне решать, когда посещать эту шарашку, ‒ бросает Феликс, обводя испуганных бабочек злобным взглядом. ‒ Забыли, как надо меня встречать, никчемные потаскушки? Ноги в руки, и быстро организовали все!

Молчание.

‒ Нет, ‒ пищит в тишине тоненький голосочек.

Побледневшая мадам Яи неистово машет руками за спиной Феликса, пока тот, прищурившись, душит взглядом Пи. Та сжимает кулачки и снова пищит:

‒ Нет!

‒ Что ты сказала? ‒ отрывисто переспрашивает Феликс, делая один тяжелый шаг по направлению к девушке.

Остальные быстро отползают в стороны.

‒ Нет. ‒ Пи шумно сглатывает и складывает на груди трясущиеся руки. ‒ Наш гость ‒ великий Сява Лютик. И сегодня мы обслуживаем исключительно ее.

Ой-ой-ой. Пожалуй, мне со столькими красавицами не управиться.

Медленно забираюсь с ногами на стул и присаживаюсь сверху на спинку. Понятное дело, все это делается уже под тяжелым взглядом Феликса.

‒ Та самая Лютик?! ‒ рычит он. Его щеки покрываются шерстью, а глаза подозрительно желтеют.

Неожиданно ему по голове прилетает подносом. Ми пару секунд еще стоит с вздернутыми руками, а затем, осмотревшись, тянется за тарелкой. Феликс тем временем не успевает опомниться, как в рожу ему впечатывается подушка. Не особо эффективно, зато обидно.