Возвращение легенд 2 (СИ) - Ш. Дмитрий - Страница 30

— Не затягивай так сильно, женщина! — взвыл от острой боли в отбитых рёбрах. — Смерти моей хочешь? Ты, вообще, на чьей стороне?

— На стороне тех, кто тебя не любит! Ты приносишь мне неудачи, — обвинили меня, завязывая прочный узел.

По подземному ходу, напоминающему туннель для отвода сточных вод, забрались довольно далеко от, теперь уже бывшей, аптеки. Он привёл в какой-то погребок, где хранились соленья и маринады. По пути парочку попробовал. Совсем недурно. Так, с баночкой солёненьких огурчиков в руках и вылез наружу, аппетитно хрустя. Настроение было приподнято-боевое, несмотря на рану.

Не понял, чего это на меня так странно посмотрели Канью и Цане. Может, тоже проголодались.

— Будите? — щедро предложил спутницам.

Отказались. Ну как хотят, мне же больше достанется. Полез рукой за следующим огурчиком.

— Тонг, тебя не смущает, что ты ранен? — заинтересовалась Цане. — Весь в крови и дерьме. Мы едва не сгорели. Не захлебнулись в сточной канаве. Не лишись голов. По твоей милости, — повысила голос, обвиняя меня во всех грехах.

— Неа, — равнодушно пожал плечами. — Так что теперь, из-за этого на диету садиться? Кишки-то целые. Точно не будешь?

Посмотрев в тёмное небо, с сожалением вздохнул. Опоздал. Вот что за невезение.

Цане в это время оглядывалась по сторонам. Рассматривала какие-то дворы, хозяйственные постройки, заборы. Чуть дальше виднелся небольшой пустырь. Зато, с другой стороны, возвышался целый жилой комплекс из нескольких соединённых между собой зданий и павильонов. Хорошо освещённый, украшенный скульптурками, декоративными кустами, множеством фонарей и обилием решетчатых ставен, закрытых бумагой. Заметила ряды открытых балкончиков и террас, на которых стояли женщины в ярких шелковых платьях, украшенных всевозможными рисунками и узорами. Все они смотрели в сторону города. Что примечательно, бумажные подвесные фонари на здании были красного цвета.

Проследив за взглядом Цане, увидел это чудо. Ни одного мужчины рядом с женщинами так и не заметил, сколько не высматривал. Хороший знак.

— То пусто, то густо. Бордель. Вроде неплохой. Может, и не элитный, но марку держит. Зайдём? — простодушно предложил безо всякой задней мысли.

— Зачем? — Цане смерила меня нехорошим взглядом.

— Что ты как маленькая. Чтобы привести себя в порядок. Или предлагаешь в таком виде топать через весь город непонятно куда? Искать встреч непонятно с кем? Тебе так хочется продолжить бойню? Нет? Так и подумал. Я же, в отличие от тебя, хочу по-человечески умыться, поесть, поспать. Нам нужно на время затаиться. Какое-нибудь укрытие. Желательно комфортабельное, с услугами, где всё под рукой. Не забывай, я ранен. Сама же сказала. Вот, — показал рукой в направлении борделя. — Идеальный вариант.

— Почему мне кажется, что ты всё это придумываешь прямо на ходу, — с подозрением прищурилась Цане, сверля меня проницательным взглядом.

— Тебе кажется, — скромно возразил, отодрав от замызганной по самое не хочу одежды прилипший кусок чьей-то кожи. — Кстати, у тебя деньги есть? — перевёл тему.

— Допустим, — не стала отрицать.

— Одолжишь? На недельку, — сложил перед собой руки, выражая просьбу.

— Если только на неделю, — как-то слишком легко согласилась Цане, передавая мешочек с деньгами.

Заглянув внутрь, подивился. Да она сама щедрость сегодня. Интересно, что на неё нашло. Или тоже хочет поскорее посетить купальню, полежать в горячей ванне.

— Канью, можешь радоваться. Сегодня нам не придётся спать под забором и шариться по помойкам, — преувеличенно бодро обрадовал девочку. — Мы идём в бордель!

— Ты как-то странно это сказал, — Цане так и не избавилась от сомнений. — так, стоп! — опомнилась, ухватившись за мои слова. — Что значит, сегодня? А раньше так уже поступали?

— Дорогая, ну не при ребёнке же, — укорил вспыхнувшую от возмущения и злости фуци.

С трудом отбившись от расспросов Цане, возглавил шествие нашей жуткой компании. Когда девушка, встречающая гостей в холле, увидела нас, у неё чуть припадок не случился. Её помощница, в строгом синем платье с жёлтым поясом, оказалась более впечатлительна. С визгом бросилась бежать, едва не спотыкаясь в своих узких туфельках, поддерживая юбку. Нервная какая-то. Новенькая, наверное.

— Здравствуйте уважаемая. Гостей ждёте? — с широкой улыбкой, по-доброму спросил молодую барышню.

Девушка, побелев как мел, сползла по стеночке. Не понял, а с этой-то что. Озадаченно заглянул за стойку, чтобы убедиться, дышит ли. В холле было подозрительно пусто и тихо. Даже позвать на помощь некого. А нет, вон бегут. Со странными выражениями лиц.

— Себя в зеркало видел, гость? — недовольно зашипела на ухо подошедшая ближе Цане. — Ты как будто в крови искупался. Ещё в чьих-то мозгах, — добавила, сняв ошмёток, который я пропустил. — У тебя белеют только глаза и зубы. Которые ты девочке и продемонстрировал. Полный рот зубов, все сразу.

К нам по лестнице спешно спустилась хозяйка этого заведения. В сопровождении троих мрачных мужчин, вооружённых мечами, с на лобными повязками чёрного цвета. Пожилая женщина, всё ещё сохранившая остатки былой хорошенькой фигуры и красоты, подчёркнутой толстым слоем макияжа, держась уверенно, с достоинством. Женщина беглым взглядом осмотрела нашу троицу, стараясь ничего не упустить. Даже не вздрогнула, показывая хорошую выдержку и твёрдый характер.

— Чем могу помочь, уважаемые? — сухим тоном потребовала объяснений.

На отключившуюся девушку бросила всего один взгляд, убеждаясь, что она ещё дышит.

— Мыться, стричься, столоваться и спать! — с громким стуком опустил пухлый кошелёк на столешницу стойки.

Ещё раз по-доброму улыбнулся. Её спутники несколько нервно дёрнулись, стискивая рукояти мечей. Хозяйка вновь окинула нас взглядом, только уже более вдумчивым и оценивающим. От меня исходил жуткий запах крови, но не ощущалась её жажда. Скорее производил впечатление пусть и грязного, взъерошенного, но усталого, сытого, довольного собой кота, обожравшегося сметаны. Тонкий нюанс, который заметила хозяйка, но не заметила девушка за стойкой.

— Золото обычное? — уточнила сразу.

Какой интересный вопрос. И многообещающий.

— Имперское. С монетного двора его самого.

— Линь, — повысив голос, кликнула хозяйка борделя. — Линь! — ей пришлось повторить приказ срочно явиться, интонацией передав, что она с ней сделает в противном случае.

Девушка, что осторожно выглядывала из-за угла, торопливо подбежала, кланяясь хозяйке. Ей определённо не хотелось здесь находиться, но мадам она боялась больше, чем нас.

— Линь здесь, госпожа Жуй.

— Проводи гостей в купальни. Отмыть, почистить, приготовить сменные одежды. Эти, — на секунду замешкалась, оценивая их состояние, — сжечь. Накрыть стол в третьем хризантемном зале. Какие-нибудь особые предпочтения будут? — уточнила уже у нас.

— Побольше мяса и рыбы, — скромно попросил хозяйку. — Остальное не принципиально. Огурчики у меня с собой.

Хозяйка продублировала мои пожелания. Посмотрев на Цане и Канью, всё же уточнила, довольно любопытно обыграв интонациями свой истинный интерес.

— Ваши… спутницы с вами? Для них приготовить отдельные купальни? Трапезную? Спальни?

Захотелось пошутить, но тут чуйка подала определённый сигнал, подсказывая, — Лучше не стоит. Причём угроза исходила сразу от обоих фуци. Как хорошо они меня знают. Или думают, что знают.

— Купальни отдельные, трапезную общую, спальни отдельные, — перечислил наши пожелания.

Уровень угрозы со спины стал значительнее ниже.

— Линь, распорядись. Прошу за мной, уважаемые гости, я покажу, где вы можете переодеться и привести себя в порядок.

Пока шли следом за хозяйкой борделя, которая ни словом не обмолвилась о дополнительных услугах, Цане обратила внимание, что здесь как-то подозрительно тихо. Казалось бы, самый разгар их «рабочего дня». Где все?

Огромный холл и залы первого этажа казались почти пустыми. Лишь немногочисленные девушки да слуги сновали по своим делам, что-то увлечённо обсуждая. Пока не замечали нас. Испуганно шарахаясь в стороны, тут же притихали. Провожая шокированными взглядами настолько необычных гостей, дожидались, пока мы не скроемся из виду. Лишь присутствие хозяйки немного их успокаивало, убеждая, что всё в порядке. Гости хоть и страшные, но безопасные. Пока.