Двадцать пятая руна (СИ) - Громов Антон - Страница 19

— Из-за дара предсказания, из-за чего ещё, — пожала плечами айва.

Не ушла, слёзы высохли. И что мне теперь с ней делать? Выгнать жалко, не прогонишь — себе хуже сделаешь. Я присел на край кровати, посмотрел на нарисованный полуразрушенный замок с остатками оборонительной стены. Теперь над развалинами нависли тяжелые, наполненные водой тучи, по полотну картины стекали капли дождя. Я встал с кровати, подошёл к картине, прикоснулся пальцем к остатками донжона, пол под ногами задрожал, задребезжали в окнах стёкла, с потолка посыпалась штукатурка. На том месте, где только что была стена донжона сверкала яркая ярко-красная молния. Что за хрень?

— А ты сильный, — произнесла побледневшая Мирамира.

— С чего бы? — как можно спокойнее ответил я. — Простое совпадение, не более того. Ты знаешь какую-нибудь лавку, в которой можно купить карту Эспера?

— Знаю. В этом городе всё рядом. Зачем тебе карта, Палач?

Я рассвирепел, кулаки сами собой сжались.

— Не называй меня палачом, айва! Выметайся из комнаты!

— Это же очень почётно быть палачом.

— Почётно для кого? Долго тебя ждать?

Дверь со станком закрылась, я выругался: приключения продолжаются.

В столовой комнате почти все столы были заняты, посетители, как говорится, были на любой вкус и цвет. Обособленно, за сдвинутыми столами, там, где было меньше света, сидели люди с обветренными суровыми лицами. Охотники за головами, аванпост добра в мире Тьмы и Тени, воины света, истребители нечисти. Люди без моральных принципов, похоронивших совесть в воспоминаниях детства. Они готовы пойти на смертельный риск не ради денег, а ради бушующего в крови адреналина, ради мимолётного ощущения прикосновения к тонкой и незримой грани между жизнью и смертью. Я сел за стойку на напоминающий барный высокий стул, показал жестом Сволку, что хочу промочить глотку. Что-то мутное и обжигающе-приторное скользнуло по пищеводу, тяжёлым комком упало в желудок. На глазах выступили слёзы, я демонстративно занюхал пойло рукавом «горки». За спиной раздался гул одобрения, Сволк расплылся в улыбке:

— Тебя приняли за своего, охотник. Редко кому удаётся выпить этот напиток не блеванув. В нём почти девяносто градусов. Ещё?

Я кивнул, повернулся на стуле, рассматривая остальных посетителей. Среди них выделялся парень в мантии ярко-красного цвета, сидящий в обнимку с рыжеволосой полоураздетой красавицей не первой свежести. Я вспомнил слова Воланда о рыбе не первой свежести, засмеялся, чем вызвал неудовольствие рыжеволосой. Она что-то шепнула магу, тот скользнул по мне равнодушным взглядом бесцветных глаз, пожал плечами.

— Сволк, как я понимаю, веселье будет продолжать до самого утра? Пока Оно не вылезет из своего укрытия? Кстати, где лежбище этой твари и как Оно выглядит?

— В том-то и дело, что его никто не видел, охотник. Наступает вечер и люди находят тела погибших. Оно выпивает души людей, потом разрывает тела пополам.

Я поморщился, Сволк оскорбился:

— Не веришь? Вон маг сидит с Кале на руках, поговори с ним.

— Он тоже охотится за Оно? Не молод парень для серьёзных дел?

— Внешность обманчива, охотник. На самом деле магу перевалило за полвека. Насчёт лежбища Оно: в твоём номере висит картина замка Лорена, графа Бельтвийского. Долго рассказывать историю жизни и о причине смерти этого графа, но одно известно доподлинно, охотник. Его прокляла прекрасная Ванну из бедного рода Криспис и теперь граф, с душой не упокоенной, бродит по ночам по развалинам замка в поисках своей возлюбленной. Но это так, лирика. Говорят, что в замке и поселилось Оно, которое днём охотится на людей. Охотники, сидящие за сдвинутыми столами, не поверили моему рассказу о тебе и о том, что ты днём пришёл в мою гостиницу. Пользуйся моментом славы, охотник.

Я прикинул, что слава мне как раз и не нужна. Выпив ещё полстакана мутно-разухабистого-обжигающего, я вышел из гостиницы на улицу, обратив внимание на витраж двери: фурия с обнажённой грудью сидит на лошади, а в груди благородного рыцаря торчит нож. C'est La Vie! Если ты дурак, то это навсегда.

Глава 6

Машинерия, магия запахов и движений, яркая реклама и неоновый свет витрин магазинов. Открытые кафе и рестораны, толпы праздно шатающихся по улицам, во всевозможных нарядах, людей. Одежда яркая и неброская, современная и привычная для моего мира и для мира Тень. Цирковые артисты и гадалки, шулера и отчаянные пройдохи, щипачи и карманники, жулики у входов в магазины и продажные женщины в окнах борделей. Мир Тень как губка впитал в себя всё плохое из других миров. То, что стараются спрятать в моём мире, здесь легализировано и доступно по умеренной цене.

Здесь нет стыда от содеянного, потому что здесь нет элементарных правил приличия. Аванпост лицемерия и подлости, причиной которому отсутствие жалости и сочувствия. Не знаю почему, но мне это мир чем-то нравится. Возможно, из-за своей открытости и предсказуемости. Здесь ждёшь подлого удара в спину потому, что для мира Тень это нормально, здесь так принято убивать. Но прежде чем объявить на тебя охоту, тебя об этом предупредят и изложат на бумаге подробный план убийства с отметкой времени совершения преступления и места. Хорошо это или плохо? Даже не знаю. Плохо и одновременно хорошо, потому что честно.

«Дяденька, купите мне что-нибудь покушать. Три дня крошки не было во рту. Дяденька, купите мне конфет…»

«Господин, шикарные девочки. Проверенные лично и с гарантией. Рыженькие и тёмненькие, блондинки и шатенки. Господин, купите мою дочь, если не хотите связываться с проститутками. Господин, куда же вы? Вернитесь…»

Городская площадь, как я понимаю главная в городе, мощённая булыжником и со множеством передвижных ларьков, — единственное место в городе, где можно показать себя и посмотреть на других. Слева от входа на площадь расположен железнодорожный вокзал, справа — здание городской ратуши с надстройкой в стиле монументального средневековья. На ней установлен колокол, который исправно, каждый час, отбивает время. Напротив входа на площадь — здание суда и Храма Тени. За Храмом, если его обойти, можно увидеть огромные кованные ворота резиденции наместника короля Эсперии. Какую он роль выполняет в городе, самому Тёмному Мастеру не известно, потому что действия городского совета согласовываются со столицей Эсперии, городом Нуар. Такой порядок заведён по всему королевству и он не изменен на протяжении столетий.

Колокол на ратуши пробил одиннадцать раз, народ оживился. Если я правильно понял по реакции горожан на удары колокола, то через полчаса, минут через сорок, они потянутся в сторону железнодорожного вокзала, чтобы встретить поезд из моего мира. С ним, Призрачным экспрессом, тоже не всё однозначно: отправившись из мира Жёлтого солнца, он проходит через стационарный портал, но потом с ним происходит странная вещь: экспресс прибывает на перроны всех крупных городов Эсперии одновременно. За каждым городом в нём закреплён свой вагон. Что находится в вагонах помимо редких пассажиров? В основном, оружие и предметы быта. Бензиновые и дизельные генераторы электрического тока, одежда и обувь, оружие и боеприпасы к нему. Когда я познакомился с Доком, Сократом и Лорой, то сразу понял, хоть и не подал виду, кто они и чем занимаются. Это не моё дело, каждый сам в праве выбирать свою дорогу, за счёт чего ему жить и процветать в денежном плане и в плане благосостояния.

Вокзал меня не интересует, мне необходимо пробраться сквозь непроходимый заслон человеческих тел, подойти к посадочной вышке аэростатов, чтобы узнать расписание отправления летательных аппаратов в Нуар. Сама вышка, установленная точно в геометрическом центре площади, чем-то похожа на башню Эйфеля. Ажурная конструкция с причальной палубой и винтовой лестницей, по которой пассажиры поднимаются наверх или спускаются вниз. Вышка разукрашена гирляндами огней и похожа на рождественскую ёлку. На ней нет блестящих игрушек, но глаза рябит от множество красно-жёлтых китайских фонариков. Услышав какой-то шум, я посмотрел вверх: навстречу друг-другу по небу скользили серебристые дирижабли. Сиреневые конусы яркого света «обшаривали» Чествурд, ненадолго зависая над какими-то зданиями.