Девушка, кошка и дракон (СИ) - Даниленков Алексей - Страница 10

— А что с ней делать? — пожала плечами Рей. — Как решили, так и поступим. Будешь учиться не спеша, а свободное время тратить на поиск денег и развитие себя любимой. Ну разве что, стоит после девятого класса пойти в колледж. К восемнадцати годам получишь диплом с профессией и сможешь уйти в свободное плавание на полном основании. От попыток выдать тебя замуж сможешь отвертеться знанием диагноза, а больше надавить на тебя нечем. Да и отец твой вряд ли будет против.

— Хм. Колледж — это еще и общежитие. Если получится туда устроиться, то от родительского контроля я избавлюсь еще раньше. Значит сейчас осваиваемся, лечимся и ищем способы заработать. Кстати, мне же еще нужно будет свое появление перед женой залегендировать. Ладно об этом тоже позже подумаем.

— Тебе бы все позже да позже. Эх, и где мои иглы? — завелась Рей.

Спор прервала Елена, тихо приоткрывшая дверь и заглянувшая в комнату. Увидев меня за компьютером, она вошла.

— Как ты, Саша?

— Лучше. Голова уже не болит.

— Тогда спускайся, будем обедать.

— А папа придет?

— Да, а что?

— Попроси его, пожалуйста, не уходить сразу. Хочу у вас обоих спросить про школу.

— Ты что-то вспомнила?

— Не уверена. Я полистала учебники и тетради. Почти все, что в них написано, я помню, но одноклассников и саму школу, вспомнить не могу. А каникулы скоро закончатся.

Елена по моей просьбе задержала Виктора после обеда, и я принялся задавать вопросы, суть которых сводилась к тому, когда и как я буду ходить в школу. Ведь с одной стороны, я вроде помню, что именно там изучалось, а с другой — не помню с кем и как учился. И непонятно как отреагируют одноклассники на мою амнезию. Общаться с детьми, которые вроде меня знают, а я их нет, совершенно не хотелось.

Как оказалось, ходила Саша, точнее, ее возила Елена, вовсе не в ближайшую школу, а в соседний район в гимназию. Девочки, чьи телефоны были записаны в мобильном, оказались не подругами, а скорее приятельницами. В итоге решили съездить в гимназию пока не закончились каникулы, и в случае чего, оформить перевод в обычную школу, расположенную в полукилометре от дома. Добраться до нее можно было пешком, достаточно перейти через дорогу и пройти через городской парк, а это был дополнительный повод избавиться от лишней опеки родителей.

Следующие четыре дня прошли спокойно. По настоянию Рей дважды в день приходилось делать несложные упражнения на координацию и комплекс для развития и укрепления энергетики. С каждым днем я лучше чувствовал тело и наконец перестал впадать в ступор при походах в туалет и ванную. Постепенно осваивался и с женской одеждой. В этом немало помогли найденные в Интернете статьи и видео с советами по выбору этой самой одежды. Из дневника и записей со странички ВКонтакте узнал некоторые привычки и манеры общения Саши, а их успешная демонстрация уверила Елену и Виктора, что память их дочери, пусть и медленно, но восстанавливается. По крайней мере, подозрительных взглядов со стороны Елены стало гораздо меньше.

Поездка в гимназию принесла несколько неожиданные результаты. Перевести меня в другую школу предложил сам директор. Узнав о моей амнезии, этот... нехороший человек сразу заявил, что выяснять, сколько я забыл из изученного, и заниматься со мной дополнительно, никто не будет. По крайней мере, за просто так и в середине учебного года. Заодно добавил, что с одноклассниками у меня тоже, скорее всего, будут проблемы, как минимум насмешек мне не избежать.

— И зачем вы только меня сюда отдали? — пробурчал я, когда мы выходили из здания. — Тут дети могут начать издеваться над заболевшим одноклассником, а директор лучше исключит ученика, чем сделает лишнее телодвижение. Наверное, хорошо, что я не помню эту школу.

— Это хорошая школа, — ответила Елена, затем, задумавшись, добавила: — Хотя я теперь в этом не уверена.

— Поедем другую смотреть? — спросил я.

— Да. Лучше постараться оформить все сегодня. Ты как себя чувствуешь? Выдержишь еще поездку, или лучше домой?

— Выдержу, конечно.

Другая школа ничем особо не выделялась — типовое, построенное еще в советское время, здание. Кабинет директора мы нашли быстро. Несмотря на каникулы, директор, точнее, директриса, была на месте — пила чай и нашему появлению не сильно обрадовалась. Узнав, что я учился в гимназии, она поинтересовалась причиной неожиданного перевода. Елена просто протянула ей заключение, в котором был указан диагноз. Просмотрев его, директриса с подозрением спросила, какие ограничения по здоровью у меня есть и не нужна ли мне особая программа обучения. Услышав, что кроме освобождения на месяц от физкультуры, мне ничего не требуется, она расслабилась. Через пять минут она подписала приказ о зачислении меня в 6 «А» и порекомендовала дня за два-три до окончания каникул зайти к классному руководителю и в школьную библиотеку за учебниками.

Остаток каникул я решил посвятить чтению учебников и тренировкам почерка. В результате через пару дней ежедневных тренировок стало получаться нечто, похожее на почерк Саши. Учебники же ничего нового не дали — математику и прочие естественные науки даже вспоминать не пришлось. Правила из учебника по русскому языку вспоминались уже после первого прочтения. А географию, историю и прочую литературу я решил учить по мере необходимости.

За пару дней до конца каникул еще раз сходили в школу, как и рекомендовала директриса. И если в библиотеку мы просто зашли, объяснили кто и зачем, получили учебники и ушли, то беседа с будущей классной руководительницей добавила информации к размышлению.

Женщина лет сорока — сорока пяти нашлась на втором этаже в кабинете русского языка и литературы. Выяснив, что я и есть та самая новенькая, о которой ей не далее как вчера между делом сообщила директриса, она сперва решила побеседовать только с Еленой, а меня отправила прогуляться в коридор. Вот только дверь в кабинет никто не закрывал, а в коридорах было тихо, и я услышал весь разговор.

***

— Сперва мне хотелось бы узнать, почему вы переводитесь к нам. Мне сказали, что это связано с последствиями болезни, но в документах указана только операция на брюшной полости. Успешная. Я не просто так спрашиваю. Возможно, вашей дочери потребуются особые условия при обучении. Снижение нагрузки или еще что-то.

Елена помолчала, видимо, обдумывая ответ.

— У нее обнаружили опухоль яичников. Их пришлось полностью удалить. Сами понимаете, какие после этого будут последствия, поэтому мы и решили это скрыть. Ей придется пройти гормональную терапию и периодически наблюдаться у врача. Больше никаких ограничений по здоровью нет.

— Тогда зачем вы перевелись? Вы ведь учились в элитной гимназии, а у нас обычная школа.

— Во время операции она чуть не умерла, два дня была без сознания, а когда наконец очнулась, оказалось, что она ничего о себе не помнит. Врачи говорят, что это реакция на наркоз. Психолог сказал, что амнезия, скорее всего, временная и коснулась в основном личных воспоминаний, а остальные навыки практически полностью сохранились. Но директор гимназии решил, что продолжать обучение нам лучше в школе попроще.

— Что ж, ясно. Вы уверены, что она действительно сможет учиться? Может лучше перевести ее на домашнее обучение? Нанять репетиторов?

— По ее словам, она помнит все, что изучала в школе. Но если вдруг она не будет справляться, мы так и сделаем.

***

Прозвучавшая в разговоре «официальная» версия мне понравилась. Так можно объяснить ребенку и необходимость пить гормональные препараты и невозможность иметь детей. А если не знать настоящего диагноза или не проходить детального обследования, то догадаться, что это не правда будет нельзя.

Потом меня позвали в кабинет. Задав пару вопросов по литературе и русскому языку, и убедившись, что по крайней мере на тройку я материал помню, будущая классная руководительница сказала, чтобы в случае каких-то проблем я сразу обращался к ней и, напомнив дату начала занятий, отправила нас отдыхать.