Песня Золотого Дракона (СИ) - Казарина Ульяна - Страница 35

— Ребрушки… Тема темовая. Вот вам мясо и овощи гриль в одной тарелке… И, как говорится: нет карты — нет акции.

— Сервис уездного города Н.

— Давай поспим чуток, а потом я тебе фотки на мыло отправлю, напишешь адрес, ок?

— Лови.

Они поспали. После обеда снова списались.

— Юля-Юля, чем занимаешься?

— Читаю Курпатова.

— О! Все норм? Душа есть?

— Подожди, чтобы опровергать теорию надо ее сначала скурпулезно изучить. Взвесить все про и контра.

— Ждем. Я не тороплю.

— Мой внутренний аналитик досконально изучает материал. Внутренний интуит затаился и ждет, внутренний анархист смеется.

— А задавака подглядывает и наблюдает

— Задавака язык тебе показывает.

— У, какая! (Грозит кулаком) Уши откручу!

— (закатила глаза)

— Хулиганка.

— Ффффффф!

— Не фырчи. Лови фотки. Чекни почту.

— Пасиб!

Кадый занялся своими делами, перед сном опять списались.

— Саша-Саша, ты лег?

— Ага. В свиторе сплю, холодрыга, — написал он.

— Ого! Фига се!

— СвитОр! Мама дорогая! — спохватился Саша.

— Забавный. А у меня тепло.

— А у меня дубак. 2 одеяла и свитОр, — шутливо написал Саша.

— Обнимаю тебя и грею мысленно.

— Вот за это спасибо.

— Давай завтра ко мне после работы?

— Завтра, наверное, гараж попрусь

— Понятно. А то Вэлкам. Дочь моя спрашивает про тебя. Мол, че-как. Не надоели ли мы друг другу за три дня.

— Ахаха, забавно.

— Нет говорю. Она говорит, ну, норм.

— Ну, норм.

— Ага. Типа рада за меня. Нормально так с ней поговорили о серьезных вещах. Она сегодня в духе. Мы поужинали, чай попили, фотки посмотрели. Ты ей понравился.

— Ахах.

— Сказала для мужчины симпатичный. Все норм короче. Одобрено. Алилуйя. А еще ухмылялась и закатывала глаза, когда я ей сказала, что с тобой познакомлю ее осенью. Типа, ого, че это?

— И действительно, че это?

— Говорит, ладно, мам, я же норм отношусь. Типа, не надо все усложнять и выставлять меня монстром. Ну, все такое. В общем, поболтали с ней как девочки. Можешь приходить в гости.

— Есть вероятность остаться…

— Ты ей интересен, как я поняла. Забавно, знаешь ли. Взрослеет на глазах. Я и так с ней всегда почти на равных, но сейчас как никогда. Такое понимание. Так круто. Так что приходи, как соскучишься.

— За приглашение спасибо.

— Маленький лайфхак: молочный шоколад поможет найти взаимопонимание и расположение моей дочери.

— Спасибо за совет, я учту.

Началась еще одна рабочая неделя. Снова километры сообщений и гигабайты фотографий.

Они делились мыслями, строили планы на ближайшие выходные и на более долгую перспективу. Юлька предложила Саше сходить в ее любимый театр «Суббота» на пьесу «Спасти камер-юнкера Пушкина» в пятницу на этой неделе.

— Не знаю, мелкий. Я наверное в Финку смотаюсь с другом. Он на машине едет, семью везет в аэропорт, пригласил меня прокатиться.

— Ну, смотри сам, тебе виднее. Я всего лишь предложила.

— Спасибо за предложение. В следующий раз непременно сходим.

«Следующего раза может и не быть» — пронеслась в голове Юльки неизвестно откуда взявшаяся мысль. Ей стало не по себе. Возникло неприятное чувство смутной тревоги. Она уже испытывала такое раньше. Когда на ровном месте, без каких бы то ни было предпосылок, как гром среди ясного неба, проносится мысль, идущая в разрез с текущей ситуацией, и в конечном итоге все складывается именно так. Она отогнала от себя эту мысль, как назойливую муху. «Надо срочно на прием к доктору Курпатову», — подумала она. Добравшись до дома, приготовила ужин и засела за книгу.

— Привет, зай! Как дела, чем занимаешься?

— Привет, дома, поужинали. Сейчас на приеме у Курпатова.

— О! Везет тебе. И как проходит сеанс?

— Пытаемся найти компромисс. Понравилась тема про метасознание. Про возничего. Тут я с ним согласна. Он все-таки признает главенство подсознания. Респект. Бодрит. Переваривать буду теперь.

— Давай-давай.

— Я, главное, понимаю, о чем он. Просто у меня другие установки. Надо пересматривать кое-что. Очередная переустановка системы. В связи с выходом обновлений.

— Я тебе говорил…

— Да-да. Теперь понимаю о чем ты. Мы все умрем от рака. Просто кто-то не доживет.

— Именно. Цинично и без прикрас.

— Знаешь… Я соскучилась. Один день прошел, а уже как будто месяц не виделись.

— Мы же переживем?

— Конечно. Просто будь.

— Я есть.

— Чтобы я чувствовала, что ты со мной. Что ты мой. А я твой.

— Так и есть.

— Что у нас один на двоих с тобой невроз.

— Давай без неврозов обойдемся. Ложись спать, целую тебя.

Юлька проснулась задолго до будильника. Сразу без настроения. Никакая. Шел дождь. На душе было тоскливо и как-то пусто. Почитала Курпатова. Пожелала Саше доброго утра.

Он ответил, что опаздывает на электричку, добежит и напишет.

— Все, я успел. Я если бегу, то всегда успеваю.

— Молодец.

— Мелкий, на улице моросяка, будешь собираться учти.

— После Курпатова мне уже ничего не страшно. Он запустил в моем мозгу очередной процесс переоценки ценностей. Думаю…

— Пошло переосмыление? Воот.

— Да. Я многие вещи и раньше понимала на базовом уровне. Сейчас просто смотрю с другого угла.

— Да, в этом плане Курпатов интересен.

— Мне нравится, что он пишет не назидательно, мол, вот вы такие и у вас все так. А я и сам такой же. Что мы все вовлечены в эти противоречия. Что это закономерность.

— Ага.

— Про любовь вообще конечно, неоднозначно.

— Жестковато. Но разумно.

— Даже не психохимическая реакция, не невроз, как у Лабковского и прочих, а проекция.

— Потом мне объяснишь?

— Сначала сама разберусь. Пока все очень неоднозначно… Нет сознания, нет личности, нет любви… Есть наш мозг и комплекс автоматических реакций, обусловленных воспитанием и средой обитания.

— Типа того.

— Мдааа…. Тогда я точно с другой планеты. Хотя… Нельзя не признать, что случайность есть закономерность. Главное, с чем я согласна, что надо перестать врать себе. Мнить себя кем-то. Хотя… и тут есть противоречия. В таком случае мы совсем обезличимся. Станем безэмоциональными, рациональными и до сухости практичными. Меня такая перспектива не вдохновляет.

— Ты моя серьезнейшая обезьянка. Обнять бы тебя.

— Обними.

— Обнимаю. Не грусти. Мне нравится, когда ты смеешься. А когда загружаешься и уходишь в себя — не нравится. Помнишь, в Сортавале тогда нормально похохотали в последний день, сплошные приколы.

— Я тоже вспоминаю Сортавалу и улыбаюсь.

— У нас еще много таких Сортавал впереди. С посиделками дома, прогулками по дорогам, и осмотрами интересных мест.

— Да. Главное этого хотеть.

— Я очень хочу. Все, побежал. Хорошего тебе дня, солнышко.

Восьмого мая рано утром Саша уехал в Финляндию. Он предупредил, что связи, скорее всего, не будет и что напишет, как только поймает вай-фай.

Юлька ушла в работу, благо ей всегда было чем заняться.

Предпраздничный рабочий день прошел тихо и незаметно. Саша написал вечером, что у него все хорошо, что скучает и что Финляндия офигенная страна. Прислал свою фотку на фоне озера. Что он хочет показать Филяндию Юльке, и что они непременно поедут туда вместе. Юлька же все не могла избавиться от чувства беспокойства.

Дома Агата поинтересовалась, все ли хорошо. Как дела с Сашей.

— Знаешь, мне сейчас как-то не по себе, — поделилась с дочерью Юлька.

— Почему?

— Мы в театр собирались сегодня, а потом ему друг предложил в Финляндию съездить на машине и он согласился.

— Ну и что такого?

— У меня ощущение, что меня променяли на что-то более важное.

— Мам, не выдумывай. Ну, сама посуди, чтобы ехать в Финку самому столько заморочек, а тут на машине с другом туда-обратно. Тем более, он любит Финляндию, ты сама говорила. Любой бы на его месте так поступил. А театр никуда не денется, сходите еще сто раз.