Ледяной меч (СИ) - Мисечко Владимир Александрович - Страница 91

— Проходите Арчибальд, и присаживайтесь, — произнёс Эльтурус, когда в комнату вошёл казначей, — у нас случилось несчастье!

— Что ещё за несчастье? — умещаясь в кресле, спросил толстяк, вытирая платочком лицо. — У нас в городе, каждый день что-то случается, а одним несчастным случаем больше или меньше ничего не…

Эльтурус резко поднялся с кресла и произнёс, перебивая казначея на полуслове:

Королева Виктория мертва! Её и служанку час назад обнаружили разорванными за булочной в проходящем дворе.

— Каак??? — выпрыгнул из кресла коротышка и уставился вытаращенными глазами сначала на архимага, а потом перевёл взгляд на графа.

— Это точные сведенья Арчибальд, — взмахнув головой, подтвердил слова Эльтуруса Октавиан. — Они лежат в подвале, под усиленной стражей и никого туда не пропускают, чтобы не было паники.

— Вы обманываете меня, — проблеял казначей, трусясь от страха и ещё не веря услышанным словам.

— Правда, друг мой, правда, — произнёс граф. — И сядь, нечего тут скакать.

— Как тут спокойно сидеть, если произошло такое несчастье, — вновь забормотал Арчибальд и обратно бухнулся в кресло.

— Сейчас уже ничего не поделаешь, — заговорил архимаг. — Одни короли или королевы, как в нашем случае, уходят, а на их место приходят другие. И ничего тут такого ординарного нет. А рвать на голове волосы (он посмотрел на лысого толстяка) и падать в обморок, как девчонка, при виде своей первой крови, здесь это не поможет, надо по-быстрому всё решать и короновать принца.

— Я всё это понимаю, — пробурчал Арчибальд, — но сначала надо разобраться, что делать с королевой, то есть с трупом.

— Ничего не надо делать, друг мой, — взглянул на казначея архимаг. — Объясним жителям города, собрав их на площади, что с королевой Викторией произошёл несчастный случай и в назначенное время произведём коронацию принца. Ведь уже всё к этому готово.

— Нет, господа хорошие, так нельзя поступать, — вновь поднимаясь, заговорил Арчибальд, уже отошедший от услышанной ужасной новости.

— Всё казначей, разговор закончен, — строго взглянул на Арчибальда Эльтурус, — можешь идти, и займись, пожалуйста, непосредственно своим делом, а не бегай по дворцу и не собирай сплетни.

— Как, — вытаращил на архимага глаза толстяк, — вы такое можете говорить. Разве я позволю себе такое.

— Всё, разговор закончен, — поднялся граф Октавиан, — Арчибальд отправляйся к себе в комнату, если понадобишься, мы тебя позовём.

— А чём займётесь вы? — направляясь к двери, спросил казначей.

— Мы займёмся своими делами, — ответил Эльтурус. Граф Октавиан даст распоряжение, чтобы оповестить граждан города о внезапной смерти королевы, а я займусь подготовкой коронации принца.

Алекс всё время помалкивал, пока продолжался этот разговор, переводя взгляд, то с одного, то на другого из присутствующих в его комнате. Он напрочь забыл, о том, что ещё недавно говорил ему Минкус.

Но всего этого не забыл Арчибальд. Выскочив из комнаты, он поспешил встретиться с человеком, который передаст Минкусу срочную новость о смерти королевы, но это ему не позволят сделать.

Выскочив за королевские ворота, он нос к носу столкнулся с Феофаном.

— Ты куда-то торопишься? — остановил его маг.

— Да, — буркнул толстяк и хотел идти дальше.

— У меня к тебе срочное дело, Арчибальд, — потянул казначея за руку Феофан, — и если ты не последуешь за мной, то тебя ждёт смерть, как и королеву, о которой ты собираешься сообщить. Поговори со мной, а потом можешь идти своей дорогой.

— Где мы сможем поговорить? — спросил казначей, поглядывая по сторонам.

— У меня дома, — бросил маг.

Больше Арчибальда живым никто не видел. А через два дня в сточной канаве был обнаружен изуродованный труп невысокого мужчины, с лысой, как куриное яйцо, головой. По фрагментам порванной одежды в этом толстяке опознают Арчибальда — королевского казначея.

Глава 16

Таинственные и очень загадочные за последнюю неделю смерти, сначала королева Виктория со служанкой Сюзанной, а потом королевский казначей Арчибальд взбудоражили весь Горт. По всем тавернам, трактирам и публичным домам, которых в городе было немало, расползлись страшные слухи, о появлении в нём сумасшедшего маньяка или дикого зверя. Местные жители, кто на что горазд, приукрашивали его преступления и привирали о его ужасающей внешности, словно видели его лично своими глазами, в момент совершения этих убийств. Но, что-либо конкретное, никто сказать не мог или мог, но боялся мести.

Алекс тоже не находил себе места, после встречи с колдуном. Минкус странным образом появившейся во дворце, предупредил его о страшных последствиях, если он не послушает его и займёт королевский трон. Но, в тоже время, он не верил колдуну, не единому его слову, опасаясь, что он будет иметь из этого лично свою выгоду. Эльтурусу он о встречи с Минкусом ничего не рассказал, да и когда было это сделать, тут такое закрутилось, что всё из головы с треском вылетело.

Со всеми этими событиями, что произошли в городе, коронацию наследного принца (то есть Алекса), пришлось отложить на неопределённое время. Сначала надо придать земле королеву, служанку и казначея, а уже потом думать о троне.

Эльтурус настаивал, чтобы не откладывали надолго это мероприятие, но граф Октавиан переубедил его, приведя ему неоспоримые аргументы, чтобы немного повременить с этим делом.

— Давай подождём с коронацией, — говорил граф, — а то народ поймёт неправильно и подумает, что это мы избавились от королевы и посадили на престол неведомо кого. Может начаться народное волнение, ведь, сам знаешь, у прихлебателей Виктории длинные руки и они так просто не позволят нам, прибрать к нашим рукам всю власть. Если они почувствуют, что у них вырывают "свободу", то, для нас могут быть очень печальные последствия.

— Граф, какие, к чёрту, могут быть последствия, — закричал архимаг, махая руками, — если на трон сел король, настоящий король, а не это рыжая девка, занимающая незаконно это место.

— А ты это докажи им Эльтурус, — посмотрел на архимага граф, — что Алекс на самом деле законный наследник Аросии, а не самозванец!

— Он сын Артура, разве этого никто не видит! — не унимался Эльтурус.

— Я-то вижу, что это сын Артура, а чем ты это им будешь доказывать?

— Ничем, — вымолвил архимаг.

— Вот то-то и оно, что ничем. А значит надо повременить с коронацией Алекса, пока не утихнет вся эта шумиха с убийствами. И ещё, Эльтурус, — Октавиан посмотрел на архимага, — надо срочно найти убийцу Виктории и Арчибальда и покарать его за эти преступпления.

— А ты думаешь, это один и тот же человек, всё это совершил?

— Не знаю, Эльтурус, человек ли он вообще или, как идёт молва по городу, зверь.

— А я, кажется, догадываюсь, кто это может быть, — тихим голосом произнёс Эльтурус и посмотрел на дверь, не подслушивает ли их кто.

— Ну и кто это, по-твоему?

— Феофан!

— Брось Эльтурус, он уже три месяца, как исчез из города, — бросил Октавиан. — Почему ты думаешь, что это он, а никто другой. Ведь убийц в городе полно. Загляни в любой бордель, и ты там его найдёшь и даже ни одного, а нескольких.

— Нет, это почерк Феофана, отрывать головы своим жертвам и вырывать ещё трепещущие от страха сердца.

— Не знаю, не знаю, мои люди, которым я приказал найти мага, его не нашли. Если бы он появится в городе, я это узнаю первым.

— Граф, разве ты забыл, что он владеет кольцом и может, в любой момент, где-нибудь появиться или исчезнуть. Да и личину он может любую нацепить на себя. Он мог подкараулить Викторию, когда та отправилась в публичный дом своей матери и убить её.

— А служанку, зачем он убил?

— Чтобы не оставить свидетеля, — ответил архимаг.