King's Bounty: Паладин с чёрным мечом (СИ) - Росвет Борис - Страница 29

— Паладин! Давай сюда! — крик Владыки долетел с балкона.

Солдаты у стены уже махали Гауди, дескать, подходи, подбросим. Там, где недавно колдовал некромант, теперь звенели клинки.

Пламя на мосту почти угасло. Гауди без труда добрался до стены, пристегнул меч к поясу и взобрался на руки к солдатам. Резкий толчок вверх, и вот рыцарь уже перепрыгивает через поручни.

Высокий воин в чёрных доспехах и закрытом рогатом шлеме, орудуя двуручным мечом, прижимал Владыку к стене. Сиана лежала на каменном полу, а из-под её шлема растекалась кровь.

Не колеблясь Гауди подскочил к рыцарю со спины и обрушил Расщепителя Душ воронёные латы. Напитавшийся силой дракона меч, наконец, пробудился. Осквернённая броня не выдержала, проломилась, а сам чёрный рыцарь завалился вперёд и сполз по стене.

— Так просто? — эльф тяжело дышал, а пот градом стекал по лицу.

— Пока я не появился, чёрный рыцарь думал так же, — Гауди протянул руку Владыке, но тот поднялся сам. — Что с Сианой?

— Не знаю, — тяжело дыша, ответил эльф.

Гауди сел рядом с эльфийкой, аккуратно снял шлем. Длинные рыжие волосы разметались по каменному полу. На бледной щеке кровоточила рана, а вокруг распускалась синим цветом гематома. Но девушка дышала.

Рядом подсел Владыка.

— Некромант заперся там. Жаль признавать, но теперь я неуверен, что разберусь с ним быстрее тебя. Иди, а я займусь её раной.

Массивные створки ведущей в дом двери выдержали бы встречу с тараном. Но вот Расщепитель Душ наверняка смог бы нанести ущерб оплетённому чёрной магией замку.

Острый эфес Расщепителя врезался в замочную скважину массивной, обитой стальными пластинами двери раз, другой. Подоспели штурмовики Зилгадиса. Втроём они навалились на дверь плечами, и та, заскрипев ржавыми петлями, поддалась.

— Оставайтесь здесь! — скомандовал Гауди и вошёл в темноту.

Заклинание освещения заискрилось на пальцах паладина.

Глава 9. Ветры странствий

Заклинание только-только осветило комнату, а Гауди уже мчался в сторону удаляющихся шагов. Дряхлый старикашка в драном балахоне прихрамывая бежал к выходу.

— Да чего тебе надо, проклятый! — выкрикнул колдун, поняв, что гонку с молодым оппонентом ему не выиграть.

Гауди занёс меч. От страха некромант споткнулся, рухнул у книжного шкафа и сбивчиво заверещал:

— Просто скажи, чего хочешь! Я всё сделаю! Золотом осыплю, любого врага в могилу сведу! Только оставьте в покое! Буду вечно служить, слово тёмного!

Гауди не колебался. Расщепитель Душ сам спешил навстречу новой жертве. Хрясь! И голова старика укатилась в угол.

А в комнату уже врывались эльфы с обнажёнными мечами.

— Дом будем зачищать? — спросил один из них так, будто его совершенно не волновало, что с притаившимися в закутках слугами некроманта они могут и не совладать.

— Нет. Здесь только выжигать всё до основания, — с мрачным видом Гауди осматривал столы с колбами и мензурками, на полках стояли толстые книги, а в дальнем углу из темноты торчали чьи-то тощие босые ноги. Запах в комнате стоял под стать тому, что витал вокруг дома. — Только жечь…

Вошёл Владыка Шаанэ.

— Я так понимаю, ты не хочешь идти вниз через дом?

— Если тебе не жалко своих солдат, то можете спускаться. Лично я намерен вернуться вниз через балкон и дождаться где-нибудь вдалеке, пока будет исполнена ваша часть работы.

— Парни, спускаемся через балкон, — спокойно произнёс Владыка, чем крайне удивил юношу. — И помогите Сиане.

— Она в порядке? — Гауди закрепил меч на поясе. Клинок явно полегчал, чего не скажешь о наносимых им повреждениях.

— Да. Она солдат, для неё это привычно. Всё, идите. Мы с паладином сейчас спустимся.

Пока солдаты выходили наружу, эльф и человек смотрели друг на друга.

— Есть разговор, — бой кончился, но Владыка не торопился убирать саблю.

— Я так и понял.

— Тогда слушай, — мрачно начал эльф. — Меня оскорбил твой поступок на корабле. Моя честь запятнана, и очистить её сможет только твоя смерть. Ты ведь понимаешь, что если я захочу, то ты из этого дома уже не выйдешь?

— Понимаю. А то, что ты пленил меня без разбора, это как называется?

— Есть одно верное определение. Война. Может, слышал?

— Значит, когда дело касается тебя — это оскорбление достоинства, а когда меня, то война. Что-то здесь не вяжется.

Владыка вздохнул.

— О твоём достоинстве вообще речь не идёт. Но, я вижу, ты меня не понял. Хорошо, поговорим по-другому.

Эльф пошёл на Гауди и ударил саблей сверху вниз. Быстрый, но простой ход. Гауди выхватил и подставил меч. Он даже начал ответный манёвр, как вдруг что-то мелькнуло так быстро и с такой силой врезалось юноше в лицо, что тот отлетел к стене и выронил меч. Перед глазами плыло и кружилось, встать сам он уже не мог.

Пнув в сторону Расщепителя Душ, Владыка встал прямо над Гауди.

— С этой игрушкой и я мог бы управиться с драконом и тем вурдалаком в латах. А ты жив только потому, что в тебе почему-то нуждается Мастер. Я уважаю его решение. Но не уважаю тебя. Однако выбора у меня нет, я должен с тобой кое о чём договориться. Ты меня слушаешь?

— Весь внимание, — прохрипел Гауди, во рту появился кислый привкус крови.

— Ты будешь выполнять оставшуюся часть договора, как и было тобой обещано Зилгадису. А я буду тебе помогать, даже буду шкуру твою вытаскивать из огня, лишь бы никто, кроме меня, эту шкуру с тебя не снял. Когда ты сделаешь всё необходимое, мы сразимся. Это будет поединок насмерть.

— Ммм, теперь я с особым энтузиазмом буду искать тех проклятых демонологов. Ведь знать, что после я умру — это так вдохновляет!

— Выбора у тебя нет. Ты, конечно, можешь сбежать, но тогда героем тебя никто и никогда не назовёт.

— Вызов принят, — не спорил Гауди, ещё не хватало, чтобы его уличили в трусости.

— Вот и славно, — Владыка ухватил Гауди за руку и помог подняться.

— Если ты хочешь честный бой, то позволь мне высказать честное мнение, — юноша вытер рукавом разбитый рот и задиристо задрал подбородок. Мужская гордость подстрекала врезать заносчивому эльфу в ответ, но благоразумие возобладало. — Буду искренне надеяться, что до окончания нашей маленькой компании ты всё же падёшь от чьей-то руки или по воле стихий.

— Испугался? — самодовольно оскалился Шаанэ.

— Я не дуэлянт, я борюсь с Тьмой.

Владыка пожал плечами.

— Твои проблемы. А теперь выметайся. Я буду жечь этот вонючий сарай.

— Потери невелики, уж поверь, мой верный Шаанэ! Главное, высвобожденная сила и моё наличие рядом с ней. О, это настолько великий объём маны, что старый дурак даже не смог ею воспользоваться. Захлебнулся. Именно поэтому вы так легко проникли в его жилище, — на этот раз Зилгадис вещал устами другой девушки, но тем же густым басом. — С демонологами так просто не получится, и там вам не обойтись двумя десятками солдат.

Владыка Шаанэ, Гауди и транслятор Зилгадиса прогуливались вокруг алтаря. Мерцающий свет от странного камня усилился, заполнил весь зал жёлтыми отсветами.

Отряд вернулся поздней ночью. Все работы в лагере прекратились. Бородатые варвары сидели прикованные цепями к стенам башни. По словам Владыки, так в них воспитывали покорность, пока умение вести себя смирно, в совокупности с жаждой и голодом не возобладают над гордостью.

Двое орков лениво охаживали самых шумных пленников плетьми. Да и вообще, в лагере даже ночью зеленокожих тёрлось больше, чем рабочих днём. Надсмотрщики с Дерсу жгли костры и громко болтали, так они проводили всё время между налётами.

Шалопай сразу вернулся в шатёр, сказал напоследок, чтобы разбудили, когда всё будет готово к походу. Ослабшая Сиана отправилась на врачевание к тому самому магу, что не так давно получил по макушке собственным посохом.

— И что ты можешь предложить, чтобы облегчить нашу миссию? — Гауди держался на ногах из последних сил, он бы с удовольствием перенёс этот разговор на утро, но хозяин Зеркальной башни сам выбирал время для бесед.