И станет тьма (СИ) - Шалугин В. - Страница 42

— Что вам рассказал монах? — Внимательно смотря на лорда Д’Астена, спросила Галатея.

— Тот, которого вы не убивали? — Уточнил тот с траурной улыбкой. — Сказал, что видел волка возле Башни.

— Волка? — Удивился я. — И что же тут такого? Там горы, лес. Мало ли волков в округе.

— Этот был два с половиной метра ростом и передвигался на задних лапах.

— О, боги! Что за вздор?

— Почему вздор? — С интересом спросил лорд Д’Астен. — Потому что один волк не испугал бы сотню дозорных?

— Нет, потому что волки не передвигаются на задних лапах.

— Ах, вы про это. Видите ли… я встретил волка. И он действительно стоял на задних лапах. Более того. Волк меня чуть не прикончил. И мне пришлось прыгать со скалы.

— Это такая шутка?

Я перевел глаза на Галатею, на Феврония. На лицах их читалось изумление. Видимо, как и на моем.

— Нет, Энцио. Это не шутка.

— Так вы думаете, что это волк убил дозорных?

— Нет, не думаю.

— Тогда что же их убило?

— Я думаю, дозорных отравили. И отравили еще на башне. А после тела перенесли на плато, чтобы их было тяжелее отыскать.

Мы с Галатеей мельком переглянулись.

— И кто же это сделал? — Спросила Галатея.

Лорд Д'Астен потянул плечами.

— Мятежники, надо полагать. Думаю, они хотели оттянуть часть гвардии из столицы перед покушением на короля.

Повисла пауза, в течение которой все задумчиво молчали и прядали глазами с предмета на предмет.

— Вообще звучит весьма правдоподобно… — Признал я наконец. — Во всяком случае это объясняет, как дозорные оказались на плато. Вы говорили, что нашли их на расстоянии… скольки? четверти лиги?

— Около того. — Кивнул лорд Д'Астен.

— Ну вот. Даже если они были чем-то напуганы, вряд ли бы они убежали так далеко от башни…

— Если только их не околдовали. — Чуть слышно пробормотал Февроний.

— Околдовали?

— Ой, простите. Я хотел сказать… — Заметив, что все с изумлением смотрят на него, Февроний покраснел. — Просто пока лорд Д'Астен говорил, мне почему-то вспомнилось…

— Что тебе вспомнилось? — Ласково спросила Галатея.

— Вы знаете историю про короля-чародея?

Февроний по очереди обвел лица присутствующих и с удивлением поднял брови.

— Да бросьте! Вы не знаете историю о короле-чародее?! Это же одна из самых известных книг летописца первой эпохи Фалуаса Сизого!

— Это там, где про кузнеца, который вынудил жителей столицы обезглавить короля? — Уточнил я.

— Именно! — Воскликнул Февроний. — Вот я и подумал, что случай на башне очень похож на тот, что описывается в этой книге.

— Видишь ли, Февроний. — Наставительно ответил я. — Фалуас Сизый был пустозвон. Как и большинство летописцев первой эпохи. В то время летописцев совершенно не интересовала правдивость того, о чем о ним пишут. Все что им было интересно — чтобы их книги нравились при дворе. Именно поэтому истории о Редгаре Смелом, о кровавой крестьянке, о короле чародее — это просто сказки. И то, что в них написано есть ложь от начала до конца. Понимаешь?

— Понимаю. — Послушно отвечал Февроний.

— Я не понимаю. — Сказала Галатея. — О чем вообще речь?

— Есть древняя эольская легенда. — Со вздохом отвечал я. — Много-много лет назад жил-был один кузнец. У кузнеца была возлюбленная. Как-то вечером она пошла на рынок и пропала. Оказалось, мимо рынка проезжал король. Приметил девушку… ну, и позарился. Узнав об этом, кузнец бросился во дворец. Но к королю его, понятно, не пустили. Несколько месяцев прошли в отчаянных попытках. А через несколько месяцев девица выпрыгнула из окна.

— По-моему, она отравилась, а не выпрыгнула окна. — Уточнил Февроний.

— Может, и отравилась. Не суть важно. Как бы ни было, девица умерла и кузнец едва ли не сошел с ума от горя. А вскоре после этого ему начали приходить странные видения. Какой-то голос уверял, что он должен все бросить и отправиться в Неведомые земли. Как известно, с таинственными голосами в голове спорить бесполезно. Так что кузнец особо и не спорил. В легенде не сообщается, что произошло с ним в Неведомых землях. Сообщается, что вернулся он спустя три года и сразу же отправился во дворец, где потребовал выдать ему голову короля.

Никакой головы ему, конечно, не выдали. И хорошо еще, что не лишили собственной. Тогда кузнец сказал, что будет ждать в горах, и до тех пор, пока он не получит голову, весь город будет истязать кошмарная напасть. Сопровождаемый смешками стражи он ушел. И в тот же вечер на город обрушились огонь и ужас. Шесть дней и шесть ночей горящие камни размером с бычью голову падали на площади, дома и улицы, пока местным жителям это, наконец, не надоело и они не обезглавили короля.

— И что? — Спросила Галатея. — При чем тут башня Аурелиана? На башне не было никаких следов огня или камней размером с бычью голову.

— В том-то и дело: как только кузнец получил отрубленную голову короля, камнепад тут же прекратился и все разрушения, причиненные им за неделю, исчезли как по волшебству. Дома снова были целы. Улицы и площади выглядели точно так же, как до этого. От давешнего светопреставления не осталось и следа. Все это произвело такое сильное впечатление на жителей города, что они предложили кузнецу стать их королем. Тот согласился и правил мудро долгие годы. А за умение обрушивать огонь с небес его впоследствии и прозвали королем-чародеем.

— Странная история. — Задумчиво протянула Галатея.

— Ну во-первых, это миф тысячелетней давности, а никакая не история. А во-вторых… — Я перевел взгляд на лорда Д’Астена. Тот почему-то тоже был задумчив.

Я даже несколько опешил.

— Послушайте, вы ведь не думаете, что на свете, правда, существовали люди способные обрушивать с небес метеоритный дождь, а после этого вчистую убирать следы произошедшего? Ведь это вздор!

— Пожалуй, вздор. — Согласился лорд Д’Астен.

— Тогда в чем же дело?

— Да ни в чем. Но пока вы рассказывали, мне почему-то вспомнился старик из моих видений.

— При чем тут старик из ваших видений?

Лорд Д'Астен потянул плечами.

— Не знаю. Вероятно, не при чем. Вообще не знаю, почему я о нем вспомнил. Я уверен, что никакого старика на самом деле не существует.

— Вот как? — Спросил я. — И с чего же вы так уверены?

— Все просто. Думаю, дело в том, что я тоже был на башне и пил воду, которой отравили дозорных. Концентрация яда уменьшилась. Поэтому я не умер, но вместо этого у меня начались видения. Волк, этот старик…

— Но вы ведь там были не один. — Заметил я. — Выходит, других гвардейцев, которые были с вами, тоже должны преследовать видения?

— Из всех, кто был на башне, уцелели только мы с Гастаром. — Отвечал лорд Д'Астен. — А Гастар всегда пьет воду только их своей походной фляги.

— Гм… А у вас были еще видения? — Спросил я, с любопытством его разглядывая.

— Были. — Неохотно отвечал лорд Д'Астен. — Старик явился мне в ночь перед сражением. Снова говорил, что я должен найти наследника, что этого зависит будущее Эола и тому подобное.

— А дальше?

Лорд Д’Астен почему-то мельком покосился на Феврония и потянул плечами.

— Дальше ничего. Произошла яркая вспышка. И я потерял сознание. А когда пришел в себя, старика уже не было.

— Вы лжете. — Сухо заявила Галатея.

— Что?

— Старик поведал вам что-то еще. Но вы не хотите нам рассказывать.

Лорд Д’Астен несколько мгновений с удивлением ее разглядывал. После снова перевел взгляд на Феврония и тяжело вздохнул.

***

Не знаю, что Февроний испытал, узнав, что у него, возможно, есть брат и что этот брат убил их отца. С виду воспринял все спокойно. Во всяком случае в той мере, в какой подобное известие вообще можно принять спокойно.

Стоит ли говорить, что Февроний очень сильно изменился, с тех пор как убежал замка? Это был уже совсем не тот общительный и жизнелюбивый мальчик, которого я знал когда-то, но замкнутый и хмурый юноша. И глядя на него, я часто чувствовал неизъяснимую тоску.