И станет тьма (СИ) - Шалугин В. - Страница 13

Глава VI. Волки

Из записей лорда Д 'Астена

Как только я пришел в себя, по голове тут же разлилась тупая боль. Первое что меня поразило, что я все еще лежу в канаве.

Почему меня не подобрали и не увезли в Отвесный город? Не заметили, как я упал? Или решили, что я мертв? Все это было крайне странно.

Я встал и вылез на дорогу.

В лиге на Север был трактир. "Хромой кабан" или "косой кабан". Или какой-то там еще кабан. Черт его знает.

Как бы то ни было, варианта была два. Отправиться в трактир и попытаться раздобыть там лошадь. Или продолжить путь к столице через лес. Что-то мне подсказывало, что в трактире могут оказаться солдаты бургомистра. И лучше бы с ними не встречаться. Но до столицы отсюда триста лиг. И если отправиться прямиком в столицу, вот так вот — ночью, в лес, без лошади… Далеко я там уйду?

Я чуть помедлил и пошел на Север.

***

Трактир назывался "Худой конь" и в нем не оказалось ни души. Стояли дубовые столы, белели скатерти. В камине полыхал огонь. Но не было ни постояльцев, ни прислуги. Я поднялся наверх проверить комнаты. И снова ни души. Само собой я тут же вспомнил Башню Аурелиана.

Отличие от Башни было в том, что там был полный кавардак. А тут — словно готовились к приезду короля — полы блестят, все чисто, прибрано.

В замешательстве я спустился вниз и вдруг увидел старика. Старик сидел спиной ко мне, что-то чуть слышно бормотал и ворошил в печи поленья.

— П-прошу прощения. — Обратился я. — Вы не видели трактирщика? Или кого-то из прислуги.

— А наконец-то! Вот и вы. — Повернувшись, закричал старик.

— Что значит "вот и вы"?

— Значит, что я давно вас жду. — Старик указал на стул подле себя. — Прошу, садитесь.

На старике были кряжевые сапоги с нашлепками, плащ с капюшоном, пояс из простых. Лицо — довольно крупное. Большие уши, нос. Длинные седые волосы на пробор. Длинная седая борода. Словом, ничем не выдающийся бродяга. Примечательными были разве что глаза. Глаза у старика сверкали даже против света.

— Итак? Вы сядете?

— Нет, я не сяду. И более того мне кажется, вы меня с кем-то спутали. Скажите, вам известно, где трактирщик?

— Да, мне известно. Но это не имеет ни малейшего значения. — С нетерпеливым выражением отвечал старик. — Прошу вас, сядьте на стул.

— Б-благодарю, но мне и так неплохо.

— Как вам угодно. Скажите, вы нашли монаха?

— Монаха?

— Да, монаха.

— О каком монахе речь?

— О, боги! Поль, сосредоточьтесь! Монаха, о котором говорил Бастурд. Вы нашли его?

— Откуда вам известно про монаха? И откуда вам известно мое имя?

— Мне много, что известно. Но это тоже не имеет ни малейшего значения.

— И тем не менее я хотел бы знать.

Старик поморщился, как будто от досады.

— Послушайте, вы не на том заостряете внимание. Неважно, где трактирщик и откуда мне известно ваше имя. Важно, что у нас довольно мало времени и нужно много обсудить. Итак? Вы видели монаха?

Несколько мгновений я смотрел на старика, и после медленно кивнул.

— И что он вам сказал?

— Сказал, что видел, как из леса вышел волк.

— Волк? — Переспросил старик. — Хорошо. Пусть будет волк. Вы нашли дозорных на плато? Они были мертвы?

— Откуда вам известно про дозорных и плато?

— Поль, умоляю. У нас нет на это времени. Через минуту сюда ворвется дюжина солдат. Они придут за вами. Вы попытаетесь сбежать, но вас ударят обухом по голове. Вы потеряете сознание. Когда вы придете в себя через несколько часов, то вспомните лишь обрывки нашего разговора. Поэтому слушайте очень внимательно.

— Минуточку…

— Поль, не перебивайте. Король Тиберий был убит. Его единственный сын и наследник пропал.

— Что? Как понимать пропал?

— За несколько часов до убийства короля юный Февроний собрал дорожный узелок, взял лучшего королевского коня и бежал из замка. Он направляется в порты Мелоса, но едва ли он до туда доберется. Его ищут. Понимаете? Королева, мятежники. И не они одни. Вы должны найти его первым, Поль. Иначе может произойти непоправимое.

— Как это понимать?

— Буквально, Поль! Буквально понимать.

— П-послушайте, кто вы?

— Сейчас сломают дверь. — Со вздохом прошептал старик и вяло улыбнулся. — Поль, не забудьте. Вы должны найти его. Все прочее теперь не важно.

В следующую секунду раздался жуткий треск, дверь распахнулась настежь и в комнату ворвались люди.

— Вон он! Держи его!

Солдат было не меньше дюжины и пребывало. Первое время мне еще удавалось кое-как отбиваться от атак. Но скоро меня взяли в полукруг, и я стал постепенно отступать. Заметил краем глаза старика. Этот по-прежнему сидел на стуле и покручивал усы. Словно происходящее его нисколько не касалось.

До лестницы на второй этаж оставалось несколько шагов. Я пятился и уже собирался развернуться и бежать наверх, как вдруг что-то со страшной силой треснуло меня по голове. Боль адским пламенем прожгла виски. В глазах сверкнули искры. Комната поплыла. И во второй раз за этот вечер я потерял сознание.

***

Признаться, это было черти что! Старик, которому откуда-то известно и про Башню, и про то, что меня треснут сзади по голове. Солдаты, налетевшие из ниоткуда. Но самое удивительное произошло, когда я все-таки очнулся.

Я был уверен, что на этот раз уж точно увижу потолок темницы. Но вместо этого меня ослепил яркий свет. Я приморгался и увидел перед собой женское лицо.

— А! Очнулся! Крепко же тебе досталось, ничего не скажешь.

— Вы кто?

— Я-то? — женщина усмехнулась. — Ты за себя бы лучше беспокоился. Как звать-то помнишь?

— Помню. Давно я без сознания?

— С прошлой ночи по меньшей мере. Мы с мужем возвращались из гостей, тут видим ты лежишь. В канаве по дороге на Отвесный город.

— Как в канаве?

— Чего ж тут удивляться. — Отвечала женщина. — Место известное. Там что ни вечер кто-нибудь лежит. Пьяный или вот как ты, с дырявой головой.

— Послушайте, вы точно ничего не путаете?

— Чего ж тут путать? Как на духу те говорю. В канаве и нашли. Идти-то сможешь?

— Куда идти?

— Да никуда, а вообще можешь сам подняться или нет? Ладно, лучше лежи тут. Я мужа позову.

Женщина ушла. Я приподнялся на локте. Увидел дом, колодец, лес невдалеке. И положительно не мог понять, что происходит.

Тут было одно из двух. Либо солдаты решили, что я не жилец, вынесли меня из трактира и бросили умирать. Либо мне все причудилось. И не было ни трактира, ни солдат, ни старика.

В первом случае было непонятно, почему меня не отнесли в Отвесный город. Ну хорошо: я мертв. Но бургомистр-то наверняка захочет в этом убедиться?

А во втором — непонятного было даже больше.

Меня мутило и пошатывало. И все же я решил не оставаться на ночлег. Не знаю, что со мной произошло в трактире. Сон это был или не сон. Но до Отвесного города отсюда было всего десять лиг. И если меня ищут, то здесь вполне могут найти.

Сторговав у женщины, корявую лошадку, мешок сухарей и бурдюк с водой, я распрощался и направился по направлению столицы.

До темноты я успел сделать десять лиг и добрался до какого-то ручья. Берег был крутой. С обрыва сажень тридцать до воды. Искать переправу было поздно, и я встал лагерем в лесу, неподалеку от обрыва.

Поздней ночью меня разбудило ржание коня. Как бесноватый конь скакал на месте, водил мордой и норовил сорваться с привязи. Я попытался его успокоить, но успокаиваться он совершенно не желал. Тогда я запалил еловую ветку, вытащил из ножен меч и огляделся.

Висела полная луна. По небу бежали низкие облака. И все вокруг то освещалось бледным светом, то проваливалось в сумерки.

Вдруг конь заржал с удвоенным неистовством. Я поднял ветку высоко над головой. И в следующий момент раздался жуткий вой. Я повернулся и увидел волка.