Мастер дорог (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 54

Смысл любого государства не в обороне территории, и не в достижении экономического могущества, а в том, чтобы всем живущим в нём людям, было комфортно, безопасно и сыто. И в таком государстве не может и не должно быть трущоб, и бараков, как бы не вели себя проживающие там люди. Да, не исполняющим закон, и не несущим трудовую обязанность, должно и нужно применять меры принуждения, но это значит, не помещать их в скотские условия существования, без элементарных удобств, а ставить их перед выбором, либо они трудятся на благо общества и живут как все, либо они лишаются гражданства, и депортируются в свободную зону, без права возвращения на территорию страны.

Никакое содержание тюрем, зон и иных мест лишения свободы не может исправить натуру человеческую, но напротив, труд в коллективе, пусть даже и принудительный, может и должен заставить человека переосмыслить свои поступки.

Но всё вышесказанное может относиться только к деяниям, не предполагающим смертную казнь, ибо даже двадцатилетний труд, на благо общества не сможет компенсировать всё зло, причинённое таковым деянием. Сроки от десяти лет, и более, должны заменяться на полное и окончательное изъятие человека из общества путём смертной казни. Пусть таковую сущность судят Творцы, а не люди, которым он оказался не нужен.

Глава Церкви Благодатных Творцов, архимагистр Лиго Хирон.

Земля. Россия. Москва.

Безвременная кончина Сорокина от острого отравления дурацкими поступками, не сильно взволновала российское общество. Хватало тем поважнее. Портал, через который можно было запросто перейти в огромную звездную империю, больница, где бесплатно лечили всех российских детей и инвалидов возвращая абсолютно всем здоровье как у лётчиков-истребителей, и такая же больница, строилась в Китае, а больше нигде.

Директором и главным врачом в новой клинике Алексей поставил друга своего отца, врача-педиатра с огромным стажем, Петра Ковалёва, прозябавшего на пенсии. Если бы Айболит лечил людей, то наверняка был бы похож на доктора Ковалёва. Рослый, больше двух метров, широкоплечий, с огромными руками, который виртуозно управлялся с медицинскими приборами и малышами. На капсулы, в которых любой человек мог не только обрести любую часть тела, но и избавиться от генетических болезней, он смотрел как молодой монах смотрит на явившегося к нему господа, замерев и не дыша и при Алексее, несколько раз подходил и просто молча гладил прозрачную поверхность пластика.

Конечно такому сложному оборудованию нужен был квалифицированный персонал, но это всё решилось закупкой специализированных механоидов — техников, и ремонтно-восстановительного модуля для самих механоидов и наймом двух специалистов в Тессарин. Остальной персонал предоставила медицинская служба министерства обороны, как и охрану, и вообще всю территорию.

И первым пациентом капсулы, стал сам Пётр Евгеньевич, которого капсула подлечила до генетического оптимума. На этом настоял Александр, который точно понимал, что доктор переживавший за чужих детей как за своих, в шестьдесят лет, не может быть здоровым человеком.

И сразу же оживились дипломаты, знаменитости и говорящие головы разного калибра. Они терзали каналы связи с Российским руководством с просьбами и требованиями связать их с тем, кто оплатил всю эту красоту, но президент лишь пожимал плечами, и давал номер не действующего мобильного телефона.

А ещё обсуждали стройку имперского представительства, которое вело в Москве армейское подразделение империи, и делало это быстро и качественно.

На этом фоне было совершенной мелочью появление в аптеках универсальной вакцины от всех вирусных заболеваний, и других весьма полезных лекарств, за которыми сразу кинулись иностранные покупатели, но препараты выдавались строго по рецептам, а рецепты выдавались только гражданам России.

Несколько десятков нечистоплотных врачей и аптекарей сразу поехали осваивать заповедные районы Сибири и Дальнего Востока, и ситуация быстро нормализовалась. К двадцать второму веку, системы контроля и наблюдения сделали преступность уделом совсем тупых или отчаявшихся, так что любой преступивший закон сразу попадал не только в цепкие руки следователей, но и под опеку социальной службы, и психологов.

А ещё жители Земли рьяно обсуждали фото и видео с ослепительной красоткой, которую прозвали Бойцовой Кошкой, а дамы, вовсю интересовались личностью юного полковника, награждённого высшей наградой России.

Особо ушлые представители Европы тоже быстренько протащили через парламенты своих стран указы о награждении какими-то орденами, но Алексей, вообще никак не отреагировал на предложения приехать и получить награды. Ему это было просто не интересно.

Не скучал и герцог Играви. Простая вроде комбинация, завершилась оглушительным провалом. Видео, где его сын избивает связанную Кошку, уже стало причиной существенного падения общего социального рейтинга Играви а следом и цены предприятий, а значит и подъёма стоимости страховки контрактов, что в свою очередь сильно снижало рентабельность которая и так была на грани, из-за обострившейся конкурентной борьбы. Молодым производителям было наплевать на громкий титул, и связи, и договариваться с ними становилось всё сложнее и сложнее.

Прокол с герцогом Роковым, был тем обиднее, что произошёл на ровном месте. Психологи точно просчитали его реакцию, и Ридор Играви, не дрогнув ни единой жилкой послал на верную смерть одного из своих сыновей — Дехона Играви. Сыновей у него было много. Живший третью тысячу лет, герцог, за это время успел побывать официальным мужем у трёх десятков женщин, не считая сотен любовниц, и просто случайных связей, от которых он имел два десятка детей, и деньги ему были куда ближе, чем один из многочисленных отпрысков.

Но результат был совсем не таким как нужно. Дехон жив, и рассказал Внутреннему Контролю всё что их интересовало, а значит и что-то из конфиденциального утекло на сторону. Тоже не страшно, но всё вместе, да ещё и подпитанное волной всеобщего негодования, вызвало такой сбой в делах, что потери уже перевалили за сотню миллиардов.

Взвесив все за и против, глава Дома, дал команду, и младший герцог Дома Играви, Дехон Играви, врезался в землю, не справившись с автоматическим управлением.

Что подумали народные массы, было неважно, но контрагенты Дома Играви поняли всё как надо, и дела стали выправляться, а долг герцога Рокова возрос ещё на довольно приличную сумму, которая обязательно будет взыскана.

Но не сейчас. А сейчас глава дома даже велел перевести этому выскочке сто миллионов в качестве компенсации за беспокойство. Распоряжение об этом он дал вечером, а уже утром, с некоторой оторопью читал в новостях о том, что новоявленный герцог сделал вклад в имперский благотворительный фонд, ровно ту сумму, которую ему прислали в виде компенсации.

Что это означало, Ридор понимал. Его деньги, а вместе с ними извинения не просто отвергли, а его фактически послали далеко и надолго. Но вот почему? Это же деньги! Поэтому служба охраны Дома Играви получила команду отслеживать все контакты Рокова, и вообще как можно плотнее придвинутся к нему, для того, чтобы знать о каждом шаге. Враг способный на неожиданные поступки вдесятеро опаснее.

Как таковой светской жизни в империи Тессарин не было. Да, богатые, знаменитые и те, кто мог причислить себя к элите общества собирались и общались в своём кругу, то только круг этот бы настолько велик, что края неизбежно цеплял другие страты, привнося в себя массу проходимцев, карьеристов, и просто нуворишей, урвавших у жизни льготный проездной. Поэтому элита была как бы двух сортов. Первый сорт — это Старая Власть. Дома, насчитывавшие по двадцать — тридцать тысяч лет истории. К ним примыкали роды просто старые, и обрамлял первый сорт, круг медиаперсон — свежих знаменитостей, модных проповедников, красоток и красавцев, а также прочих клоунов на мелком прайсе, потому что без них тусовка сразу теряла блеск и интригу.