Игра в Реальность (СИ) - Райдос Елена - Страница 71

— Не беспокойся, Антон. Я всё сделаю, — голос Вертера был спокойным, без каких-либо интонаций.

Эти голландцы, оказывается, такие сентиментальные, кто бы знал. Реакция Вертера меня озадачила. Это я такой гениальный учитель, или он — такой талантливый ученик? А может быть, он просто хотел сделать мне приятное напоследок? Типа, выслушал мои бредовые идеи без возражений. Неважно. Главное, Вертер согласился мне помочь. На пороге Охотник оглянулся.

— Ты хочешь, чтобы я спрятал твоё тело до прихода Анары, то есть Алисы?

Теперь мрачнеть пришлось мне. Я совершенно не подумал об этом, да и упоминание про «твоё тело» резко испортило мне настроение. Первой моей реакцией было ответить положительно. Представить, как Алиса увидит меня в луже крови, было нестерпимо. Но жизнь, увы, диктовала свои правила.

— Нет, — процедил я сквозь зубы, — Алиса должна быть уверена, что меня больше нет. В то, что я её бросил, она не поверит. Это я точно знаю. Будет искать меня и всё равно уйдёт от Гора. Пусть уж лучше увидит своими глазами.

Вертер кивнул, и дверь за ним захлопнулась. Дело сделано, можно было отправляться домой. Я уже придумал, как дать фору по времени моему посыльному. Не зря же я устроил себе альтернативное место выхода в базовую Реальность. Теперь оно очень даже пригодится. Во-первых, нужно было дать Вертеру время добраться до Гора и Алисы, а во-вторых, я решил устроить себе напоследок маленький праздник. По-хорошему, надо было бы ещё попрощаться с Марго, но сил на ещё один душеспасительный разговор у меня не осталось. Не беда, пусть считает меня бесчувственным чурбаном. Легче будет забыть. Я лёг на кровать и закрыл глаза.

Ветки ивы расчерчивали ярко-синее небо над моей головой причудливыми геометрическими фигурами. Такая бездонная синева бывает только ранней осенью. И ни облачка. А я так надеялся погадать по облакам, как в детстве. Хотя, в данном случае было неясно, какой расклад можно было бы считать удачным. То, что меня убьют быстро и безболезненно? Так профессионализм Охотников и так не вызывал у меня сомнений. О чём ещё мечтать? Может быть, только об одном — увидеть мою Алису, прижать её тёплую ладошку к своей щеке и забыть про весь остальной мир. Вот только именно этого мне как раз делать было никак нельзя. Я же не герой какой-нибудь, а просто человек, которому до чёртиков не хочется умирать. И если я сейчас увижу Алису, то действительно могу послать этот мир с Охотниками и их жертвами ко всем чертям. Вот такая засада.

Я уселся на берегу полюбоваться, как утки потихоньку подтягиваются к моим ногам в поисках угощенья. Булки у меня на этот раз не было, так что водоплавающих ждало жестокое разочарование. Впрочем, памятуя их пренебрежительное отношение к моей щедрости в прошлый раз, я не испытывал ни малейшего угрызения совести. Некоторые, наиболее наглые особи вперевалочку выползли на берег и начали обходить меня с флангов, демонстрируя, какие они голодные. Это было так забавно, что, наблюдая за их манёврами, я даже на минуту забыл о том, что меня ждёт буквально через час. Спасибо вам, утки.

После общения с пернатыми я отправился гулять вокруг пруда. Удивительно, как ярко начинаешь воспринимать окружающее, когда это всё в последний раз. Как говорится, и трава зеленее, и вода мокрее. Прикольное чувство. Прикинув, что Вертер уже должен был добраться до Гора, я свернул на улицу и медленно двинул в сторону своего дома. В моей праздничной программе были ещё запланированы двойной капучино и большой синабон. Мой любимый столик у окна оказался свободен. Почему-то я был совершенно уверен, что по-другому просто и быть не могло. Я сидел на мягком клетчатом диванчике и наблюдал театр улицы. А вот кофе с синабоном мне прямо-таки в глотку не лезли, хотя последний раз я перекусывал в Убежище часов шесть-семь назад. И понятно, почему — мне было тупо страшно. И чего я в таком случае тяну? Отрабатываю заранее одобренный план мероприятия? Глупо же, только разбазариваю свою решимость. Во мне начала подниматься волна злости и какого-то безумного задора. И это было гораздо лучше, чем сидеть и делать вид, что всё в порядке. Я поднялся и, как мне хотелось верить, твёрдым шагом пошёл к своему дому.

На скамейке у моего подъезда сидел незнакомый парень, явно Охотничьей наружности. Вообще-то, я ожидал увидеть Стэна, может быть, даже поболтать с ним по старой дружбе, но на этот раз они прислали нового убийцу. Какое разочарование. Парень, разумеется, меня заметил, но не подал виду, а я, проходя мимо него в подъезд, взял и нагло помахал ему рукой. Просто так, для прикола. А чего мне, собственно, таиться? Войдя в квартиру, я подумал, что, наверное, стоит оставить дверь незапертой. Чего им зря отмычками мне замок портить? Но решил всё-таки соблюсти традицию и повернул задвижку на пару оборотов. Цепочку накидывать, правда, не стал. Проходя мимо ящика с обувью, я нагнулся и вытащил пистолет, брошенный Вертером. Вообще-то, я никогда не испытывал тяги к оружию, но этот пистолет мне понравился. Тяжёлый, с благородным матовым отливом и удобной рифлёной рукояткой. Настоящее оружие профессионала. Покрутив пистолет в руках, я равнодушно засунул его обратно под ящик. Всё равно, стрелять из него я не собирался.

Делать мне было совершенно нечего, только ждать убийцу. По опыту я уже знал, что Охотники зря времени не теряют. Но на этот раз я ошибся. Скрежет отмычки в замке раздался только через час. К тому времени я уже весь извёлся и был почти рад услышать этот мерзкий звук. Я вышел в коридор и встал перед дверью, чтобы встретить смерть, так сказать, лицом к лицу. Дверь плавно распахнулась, и передо мной возник Эрик, командор клана Охотников собственной персоной.

Так вот почему мне пришлось маяться целый час, ждали начальство. Правильно, хочешь, чтобы дело было сделано хорошо, сделай его сам. А то три раза уже киллеров присылал, а я до сих пор жив. Наверное, мне следовало чувствовать себя польщённым тем фактом, что меня явился пристрелить целый командор. Но, если честно, я бы предпочёл, чтоб последним, кого я увижу в жизни, был какой-нибудь симпатичный парень, а не это странное создание с головой, растущей прямо из плеч. Но, как говорится, выбирать не приходится.

Увидев меня прямо перед собой, командор выхватил оружие, его палец плавно спустил предохранитель. Снова, в который уже раз, я смотрел в направленное мне прямо в лоб чёрное дуло, и с удовлетворением отметил, что страха больше не испытываю.

— Ты! — командор от злости брызгал слюной. — Ты…

Чего он от меня хочет? Чистосердечного признания? И тут мне в голову пришла замечательная мысль, достойная стать моей последней шуткой, а заодно сбить этих уродов с Алисиного следа. И я улыбнулся весело и бесшабашно.

— Да, я Гор!

Часть 2. Творец. Глава 18

До настоящего рассвета было ещё далеко. Небо только-только начало светлеть у самого горизонта, окрашивая серебром гребешки чёрно-синих волн. Чернь и серебро — это выглядело так изысканно. Волны с грохотом разбивались о берег, осыпаясь клочьями пены и выбрасывая вверх фонтаны мелких брызг. Разлетавшаяся во все стороны водяная пыль в тусклом свете зари напоминала капли расплавленного серебра. Яростные порывы ветра подхватывали эти серебряные капельки и со всей силы швыряли их на скалы.

Наверное, у ветра с утра было плохое настроение, и ему очень хотелось устроить холодный душ странной троице, расположившейся на обрыве в ожидании восхода. Но берег был высокий, и до верха долетало только его разочарованное шипение. Зато высокой шелковистой траве, устилавшей край обрыва, сполна приходилось отдуваться за его неудачу. Как бы в отместку, ветер гнул и переплетал гибкие стебли с такой изощрённостью, словно они были сделаны из водяных струй. Вся поверхность обрыва превратилась в бурное травяное море. Однако странная троица взирала на капризы ветра терпеливо и добродушно. Они не первый раз встречали рассвет на этом обрыве и совершенно точно знали, что, как только ярко-оранжевого краешек восходящего светила покажется из воды, ветер стихнет и с извинениями отползёт в морские просторы.