Влюбленный эльф (СИ) - Эм Михаил - Страница 34

— Да.

— Ты точно обучена?

— Это спецназовская магия, отец ей владеет. Он мне показывал.

— И сколько раз ты фруктопортировалась?

— Раза три или четыре, в детстве, тайком от матери. Из одной каюты «Червя» в другую. Отец наблюдал, чтобы со мной ничего не случилось. Хотя, случись что, он бы мне не помог.

— Все прошло гладко?

— Если бы нет, ты вряд ли принял бы меня в свою постель. У меня не было бы руки или крыла.

— Бедняжка! — Ариэль погладил девушку по волосам, от удовольствия слабо заискрившим.

— Запомни главное: яблоко должно быть цельным, не надрезанным и не гнилым. Если возьмешь не то яблоко, я погибну.

— Хочешь выбрать сама?

— Зачем? Ты же не станешь меня убивать?

Он заткнул ей рот поцелуем.

— Возьмешь яблоко с собой. Когда окажешься на поверхности, положи на землю — только осторожно, не попорти, — я в него сразу фруктопортируюсь, пока «Червь» не углубился в породу. Потом может оказаться поздно.

— Я понял.

— Как только фруктопортируюсь, бежим. Они нас не догонят, мы моложе.

— Догонят на «Черве».

— Придется менять направление: «Червь» не умеет передвигаться по поверхности. Долго преследовать не смогут, это опасно, может встретиться кто-нибудь из факельщиков.

— Гениальный план.

— Не смейся, я долго над ним думала.

— Мюриэль, я тебя люблю.

— Вот и хорошо. Люби меня, Ариэль, люби на здоровье.

Они заснули в объятиях, не в силах оторваться друг от друга.

2.13. Обмен

На следующий день, с самого утра, «Червь» начал приближаться к Бездонному колодцу — со всей осторожностью, на которую только был способен его экипаж.

Если вы еще не догадались, что представлял собой Бездонный колодец, то он представлял собой пещеру, единственный вход в которую был вертикальным, причем тянулся на полусотню шагов. Вследствие равнинной местности, в которой располагался Бездонный колодец, рядом с ним было сложно организовать засаду.

Расчет Варсиэля строился на том, чтобы с утра кружить вокруг назначенного места, высматривая, кто приближается — войска или грузчики с урановым аккумулятором. Для определения перемещений по поверхности приходилось останавливать «Червя», после чего в дело вступала Мюриэль как обладающая наиболее обостренным слухом.

— На 11 делений трое эльфов, не вооружены, — сообщала она после прослушивания.

Или:

— На 5 с половиной делений эльфиец на единороге.

За час до назначенного срока Мюриэль сообщила:

— Три транспортных единорога тянут повозку. Насколько могу судить, тяжелую. Пятеро сопровождающих.

— Это они, — заметил Варсиэль.

Ариэль находился здесь же, в командной рубке, но в связанном виде. Понимая неизбежность заранее оговоренных условий, он позволил себя связать — этим неблагородным делом с удовольствием занялся Рыжий. Закончив с путами, Рыжий напялил на голову Ариэлю смирительный колпак — железную шапочку, намертво застегивающуюся под подбородком. Облаченные в смирительные колпаки эльфы не могли прибегнуть к магии, ввиду того, что их волосы были зафиксированы. Способ — надежный, проверенный в веках — использовался в тюрьмах для нейтрализации особо опасных заключенных.

Мюриэль — видя, как Рыжий издевается над ее возлюбленным, — вздохнула, но поостереглась возражать. Для нее этот день был важен не менее, чем для Ариэля: сегодня девушка должна была выйти на поверхность, начав новую жизнь — что называется, с чистого листа.

Транспортные единороги остановились возле Бездонного колодца и принялись сгружать поклажу.

— Подойти с севера, — приказал Варсиэль гному.

Дор защелкал тумблерами — «Червь» завибрировал, покачнулся и заскользил вокруг Бездонного колодца, намереваясь подобраться к нему с противоположной стороны.

Мюриэль присела рядом со связанным Ариэлем, положив ладонь ему на коленку. Провела по боку, нащупав в его кармане яблоко — очень осторожно провела, чтобы случайно не повредить яблоко. Ариэль предлагал взять на всякий случай несколько плодов, но девушка не позволила: отец мог догадаться, что дело нечисто. А на одно яблоко Варсиэль не обратит внимание.

Зайдя с другой стороны Бездонного колодца, «Червь» затормозил. Мюриэль прислушалась — магические искры с ее волос свободно проходили сквозь стенки землепроходческого аппарата: слышимость при этом несколько ухудшалась, но в допустимых пределах.

— Поклажу выгрузили, единороги и сопровождение удаляются, — объявила она.

— Ушли все?

— Да, все.

— Кого-нибудь еще видишь?

— В пределах зоны сканирования не вижу.

До назначенного времени оставалось полчаса. Через пятнадцать сотен мгновений Мюриэль объявила, что сопровождение с единорогами удалилось, живых существ в зоне сканирования не наблюдается.

— Действуй, Дор, — приказал Варсиэль.

— Слушаюсь, масса.

Дор — неимоверно, как ребенок, счастливый управлять своим замечательным «Червем» — заработал тумблерами, и землепроходческий комбайн послушно рванулся вверх, к поверхности. Пол под ногами сразу накренился, но обитатели «Червя» давно к этому привыкли и за мгновение приняли положения, позволявшие удерживаться на месте.

«Червь» приблизился к поверхности и высунул наружу пару сегментов, готовый в случае опасности занырнуть под землю. На экране гномьего сканера виднелась пустынная местность, с провалом посередине. Возле провала лежал урановый аккумулятор — во всяком случае, таким он казался на экране.

— Еще раз, Дор, — приказал Варсиэль.

«Червь» опустил нос и зарылся в землю, вследствие чего пол уехал из-под ног.

Занырнув на глубину порядка двадцати шагов, «Червь» снова искривился, но уже в обратную сторону, и пошел вверх. На этот раз он вынырнул поближе к Бездонному колодцу и высунул наружу уже не пару, а четыре головных сегмента. Вражеской атаки не последовало: ни следов, говорящих о присутствии в данной местности эльфов, ни попыток заблокировать «Червя» магическими заклинаниями — вообще никакой магической активности в данном районе.

— Еще раз.

«Червь» повторил маневр, приблизившись к урановому аккумулятору шагов на двадцать, выждал пару мгновений и, ничего не дождавшись, снова зарылся под землю.

В следующий раз «Червь» появился через десять сотен мгновений, когда назначенный срок передачи уже истек. Он вынырнул практически рядом с урановым аккумулятором, вылез из земли наполовину и обвился вокруг вожделенного предмета, как бы загораживая его от посторонних взоров.

По-прежнему ничего не происходило: равнина оставалась пуста, Бездонный колодец зиял холодом.

Люк «Червя» откинулся, и из него, опасливо озираясь, показался Рыжий.

Рыжий спрыгнул на землю и быстрым шагом прошел к урановому аккумулятору. В руках эльфа находились приборы — несомненно, гномьи, полученные от Дора, — который Рыжий немедленно собрал воедино и присоединил к аккумулятору, после чего привел в готовность. Полученный прибор мелко и коротко затрещал, загорелась зеленая лампочка.

Рыжий крикнул Грачу, страховавшему его, высовываясь из люка:

— Работает, бля!

Грач кивнул и соскочил на землю. После этого они вдвоем с Рыжим принялись подтаскивать урановый аккумулятор к люку, затем втискивать в него. Вследствие нестандартной формы, аккумулятор никак не хотел пролезать: пришлось звать на помощь Дора, благодаря мудрым распоряжениям которого столь необходимую вещь удалось втащить внутрь землепроходческого комбайна.

Затащив урановый аккумулятор внутрь «Червя», Грач доложил Варсиэлю, остававшемуся в командной рубке, об успехе операции. Там же присутствовала Мюриэль — остальные женщины сидели по каютам, которые им запретили покидать.

Варсиэль взглянул на связанного, в смирительном колпаке, Ариэля.

— Развяжи его, — приказал он Грачу.

Грач освободил Ариэля от пут, затем отщелкнул смирительный колпак с головы. Сейчас же волосы Ариэля заклубились и потекли фиолетовыми искрами.

— Немедленно покиньте «Червя», — сообщил юноше Варсиэль. — Но если желаете, можете остаться, я не возражаю.