Эпоха переселения душ (СИ) - Невзоров Виталий - Страница 62

В палате был телевизор, который показывал всякую всячину, но из–за языковых проблем понять бóльшую часть из сказанного не представлялось возможным. С большим удивлением он увидел репортаж с Бруклинского моста с собой в главной роли. Покопавшись в Васиных сведениях о телевидении, он узнал, что данный репортаж могли смотреть очень много людей, теоретически почти все жители Земли. Узнать его было некому, разве что кроме Васи, но стопроцентной гарантии в свете последних событий на Кердане он уже дать не мог. Этот репортаж был тревожным, теперь надо быть наготове к неприятным неожиданностям, ведь в отличие от обычных людей здешние маги вполне могли счесть этот эпизод вовсе не таким курьёзным и понять суть ситуации. Ещё немного подумав, он пришёл к выводу, что и Маркус его мог узнать по характерной ауре астрала, даже если он и сменил облик, тем более он видел фантом, и возможно догадывается, что это было. Радовало только то, что телевизор никак не передавал астральную составляющую, показываемые по нему объекты имели очень непривычные для колдовского взгляда очертания.

Это подстегнуло Витольда срочно заняться магической подготовкой. Постепенно, за ночь усилий он воздвиг два, хотя и не очень мощных, но всё же щита. И теперь приступил к формированию основательной защиты. Работать было трудно и очень больно, хотя кормили в американском госпитале не в пример лучше, чем в советском, недостаток маны очень скоро стал серьёзной помехой. В голове крутилась фраза Маркуса по поводу его работы с астралом, он тогда ещё сказал: «но ведь можно и расчистить место для колдовства, вот, например, под твоими щитами астрал густой?». Мастер задумался, ведь действительно под щитами астрал вовсе не был таким густым. Не торопясь, он начал экспериментировать с астральными потоками.

К утру, он уже разгадал то, о чём говорил Маркус: густой астрал можно было «отодвинуть», «отжать» от себя, наподобие как он это действительно делал с защитными щитами. И тогда у него появлялась возможность оперировать с астралом, невзирая на его вязкость. Впрочем, это устраняло только боль отдачи и затруднения тонкой работы с астралом. В противоположность им, дефицит энергии и слабая связь астрального компонента с реальным миром оставалась неизменной, да и не могла никак поменяться, учитывая структуру этого мира. В любом случае, колдовать здесь было гораздо сложнее, чем на Кердане.

Л

айла быстро поправлялась. Эльфийская магия на удивление эффективно залечивала раны. Уже на второй день почти исчезла боль, а к концу третьего дня Лайла заметила, как начали бледнеть и рассасываться шрамы. Волосы тоже быстро отрастали. Но колдовать Лайла так и не могла. Поставленное орками клеймо надёжно изолировало девушку от астрала. Эльфы только пожимали плечами и говорили, что они ничего не в состоянии сделать, а Токилан прямо заявил, что эльфийская магия здесь абсолютно бессильна. Эльфам вообще чужда некромантия по своей сути, и им абсолютно нечего ей противопоставить. Из истории Лайла знала, что это правда: плачевный для эльфов результат в последней эльфийской войне отчасти случился как раз по этой причине.

Приятели Лайлы Роберт Бейли и Артос к исходу третьих суток уже чувствовали себя абсолютно здоровыми, а Артос к довершению ещё и избавился от пары шрамов и хронических болячек, и даже перебитые в далёкой молодости пальцы начали приобретать некоторую подвижность. Впрочем, им в плену досталось гораздо меньше, чем Лайле, но хуже всего было Кирку. Гному приходилось не только бороться со своими болячками совершенно самостоятельно, но и противодействовать губительной для него эльфийской магии. Это ещё более усугубляло его и так не простой характер, и частенько захаживающим к нему в подвал друзьям приходилось выслушивать его многочисленные капризы и стенания.

На третий день Лайла была приглашена на аудиенцию к эльфийской королеве.

— Добрый вечер, Ваше Величество.

— Добрый вечер, графиня. Как твоё здоровье?

— Спасибо, гораздо лучше.

— Ты не могла бы нам поведать о последних экспериментах графа Де Льеро, о его контактах с другими мирами? — королева решила не ходить вокруг да около.

— К моему большому сожалению, вынуждена ответить отказом. Насколько я знаю, Витольд очень дорожил сведениями о своих экспериментах. Я не могу без его разрешения. Очень прошу меня простить, но я не имею права ослушаться своего мастера, надеюсь, Вы сможете меня понять.

— Жаль, мы с пониманием относимся к Вашим секретам, но в данном случае действительно жаль. Если Витольд погиб, то ты наш единственный шанс узнать очень важные сведения для нашего народа.

— Может стоит заняться поисками Витольда?

— Наши лучшие маги занимаются этим непрерывно днём и ночью, причём очень интенсивно и совершенно безрезультатно.

— Вы ставили в известность архимагов Фионы?

— Нет, мы теперь не уверены, к кому можно вообще обратиться, мы не очень–то доверяем людям. У нас возникло достаточно высокое доверие лично к графу де Льеро, но ни с кем более из людей у нас контакта толком не было. Ты и твои друзья лишь небольшое исключение.

— Я уверена, что вы можете обратиться к Торису, а ещё лучше я сама обращусь к нему. Вы не могла бы меня телепортировать в приёмную ректора Академии.

— Мы не будем обращаться к Торису, — королева сделала явный акцент на слове «не будем», — он единственный из живых архимагов, кто лично участвовал в уничтожении эльфов в последней войне и у нас с ним свои старые счёты. Мы не хотим стать его врагами, но и другом признать так быстро не можем. Однако, ты можешь обратиться к нему без малейших проблем. А ты вернёшься к нам? Хотя бы чтобы сообщить о результатах.

— Конечно вернусь, я целиком и полностью доверяю вам после того, что вы для меня сделали.

Королева изящным жестом руки открыла портал, и Лайла тот час шагнула в него. Выйдя прямо посреди приёмной ректора, Лайла огляделась. Секретарша сидела за столиком перед ворохом каких–то бумаг и внимательно смотрела на посетительницу.

— Могу ли я видеть мистера Ториса?

— А кто его спрашивает?

— Графиня де Льеро.

При этих словах секретарша вскочила как ошпаренная, и засуетилась:

— Да–да! Конечно, госпожа! Всенепременно, не извольте беспокоиться, ваше сиятельство. Присядьте в кресло! Чай? Кофе? Вино? Я сию минутку вызову господина Ториса! Это займёт всего пару мгновений, — секретарша ни на секунду не прекращала свои расшаркивания. Лайла присела в кресло, а секретарша кинулась в кабинет ректора, через мгновения она попросила девушку войти.

Торис кивнул секретарше и, когда за ней закрылась дверь, указал Лайле на стул:

— Ну, здравствуй! Присаживайся.

— Здравствуйте. А чего это с вашей секретаршей произошло? Она со всеми посетителями так? — недоумённо поинтересовалась Лайла, — вроде как я такое за ней раньше не замечала…

— Нет, только с Витольдом де Льеро и его приближёнными! — усмехнулся Торис, — не обращай внимания, это с ней после знакомства с Витольдом приключилось. Он её слегка колдонул, когда она решила его в кабинете промариновать…

Лайла усмехнулась:

— Да уж, представляю себе!

— Даже и не пытайся, всё равно не сможешь представить, это было нéчто — вся академия теперь только это и обсуждает. Ладно, давай ближе к делу. Как успехи твоего путешествия и где Витольд?

Лайла помрачнела:

— Очень неудачно. Вы мою записку читали?

— Да. Официально Фиона ещё не приняла решение по политическому вопросу, но на самом деле мы готовим группу магов для атаки на орков.

— В общем решили мы пробираться к гномам, точнее это я настояла, и это оказалось не самым умным решением. Я не ожидала, что мы столкнёмся с настолько сильным противодействием. Нас схватили буквально на следующий день. Пытали, на меня наложили какое–то клеймо, я теперь осталась вообще без магических способностей.

— И как же вам удалось бежать?