Ведьма с украденным именем (СИ) - Муссен Анна - Страница 42

— Это было храбро и глупо, но я аплодирую твоему бунтарству, — услышала Мария голос Тмина.

Но на этот раз не в своей голове.

— Узнаю мою Марию.

Колдун возвышался над ней и правда негромко хлопая в ладоши, будто издеваясь над ней за её провал. Склонившись над ведьмой, Тмин схватил её за белые волосы на макушке, приподнимая девушку над землёй.

— И требую повтора, — сказал он.

И Мария вновь поняла, как же её фамильяры были правы.

Она извела себя и сил на противостояние Тмину у неё почти не осталось.

Глава 27

— За то время, что мы не виделись, ты ничуть не изменилась, — беззаботно проговорил Тмин, будто у них с Марией намечался славный разговор после долгой разлуки. — За эти два года я успел насмотреться на порождения некромантии, и уж поверь мне, ты куда красивее, чем они.

Мария могла лишь сверкнуть злобно взглядом, силы возвращались к ней медленно. Лиса, Ленар и Савва продолжали лежать на земле поодаль от неё, не подавая признаков пробуждения. Мария сейчас была как никогда слаба и это сказывалось на её фамильярах. Она знала, чтобы воплотить свой план в жизнь, ей нужно быть умнее. И продумывать все свои шаги наперёд.

Так она до недавнего времени и делала — обдумывала каждый свой шаг, каждое своё слово. Даже следила за походкой, жестами и…она бы сказала мимикой, если бы её лицо могло выражать весь спектр тех эмоций, какие она показывала окружающим на выжженной Пустоши. Если бы она продолжала вести себя как ведьма Алых озёр, то встреча с Тмином произошла бы намного раньше, и она бы не сомневалась в своей победе над колдуном. Ради этой встречи Мария потратила столько времени и сил, желая отомстить бывшему возлюбленному за свою смерть, а итоге она лежит на земле и не может пошевелиться, потому что была слишком самонадеянной.

— Не хочешь рассказать мне, что с тобой произошло? — опускаясь на корточки перед её лицом, спросил Тмин.

Тон его звучал с любопытством, но глаза не отражали ничего, кроме безразличия. Тмин погладил Марию по белым волосам, перебирая локоны между пальцев. Его прикосновения вызвали у ведьмы волну дрожи во всём теле.

— Какой приятный цвет, — прошептал он ей на ухо, дотрагиваясь губами до кожи. — Как снег. Мария, ты же видела снег? Настоящий снег, белый, каким он и должен быть, а не ту грязь, что падала с неба на выжженную Пустошь. Скажи, снегопад — завораживающее зрелище, да? Когда я его впервые увидел, то сразу же вспомнил о тебе.

В этот момент тон Тмина потеплел, и Мария поверила его словам.

Увидев первый снег, он и правда думал о ней.

Она вспомнила, как они мечтали вырваться с территории выжженной Пустоши, чтобы увидеть обыденные для магов всего остального континента вещи: голубое небо, белый снег, гладь океана, зелень живых трав. Они хотели вдохнуть в лёгкие свежий, не пропитанный гарью воздух, почувствовать на коже тёплые лучи солнца, ощутить на лицах дуновение слабого ветерка, нёсшего на себе ароматы луговых цветов.

Маги в городах не понимали и до сих пор не понимают, какими богатствами обладали, ничего для этого не делая. Поначалу Мария их всех ненавидела, чувствовала к этим магам презрение, но после негодование на сердце улеглось и даже она, та, кто мечтал обо всём этом, перестала замечать красоту мира, погрузившись в вещи, не столь возвышенные, как любование облаками, плывущих по небу.

— Я чувствую, что силы тебя покидают, — произнёс Тмин, проводя пальцами по щеке Марии, а затем вниз по подбородку к шее. — Сколько ещё ты собираешься мучить себя?

Его пальцы сомкнулись на её горле. Колдун оскалился, в его взгляде горели огни неконтролируемого гнева.

— Почему ты не умерла тогда?.. — спросил Тмин, с силой сжимая шею Марии.

Он чувствовал её отчаянную попытку ослабить его хватку, но её сопротивление лишь сильнее злило его.

— Зачем так цеплялась за свою никчёмную жизнь?

Тмин говорил сквозь зубы, ярость бурлила в его теле, и Мария не могла понять — за что он её так ненавидел? Они ведь любили друг друга всю ту недолгую жизнь, что была у них на выжженной Пустоши. Не было никого, кто был бы им дороже. Их души обладали общим именем на двоих, лишь друг с другом они могли быть по-настоящему счастливыми. «Так почему же?» — крутился в голове ведьмы вопрос.

Горечь обиды и жгучее чувство нехватки воздуха сковало её тело.

Почему Тмин так сильно её ненавидел? Может, она его чем-то обидела? Может, он устал от её общества? От её любви? Мария не могла понять, что именно пошло не так в их жизни? Когда их любовь стала для одного из них невыносимым бременем? И почему Тмин выбрал такой ужасный способ разорвать их узы? Почему именно в тот день? Ведь он мог оставить её на выжженной Пустоши, мог бросить в городе, потерять её и не искать.

Так почему же он предпочёл её убить?

— А зачем ты, — прохрипела Мария, ногтями впиваясь в запястья колдуна, — лишил меня этой никчёмной жизни?

В глазах Тмина мелькнуло удивление, он ослабил хватку, и, воспользовавшись его замешательством, Мария сорвала со своего уха серьгу, разрывая на мочке кожу. Тонкое серебряное кольцо разломилось под натиском её пальцев и огонь, вспыхнувший в её ладони, опалил щёку Тмина и кончики его волос.

Зашипев, колдун вскочил на ноги, прижимая к лицу руки.

— Чёрт бы тебя побрал, Мария!..

Мария отползла от него, но поняв, что вскоре Тмин придёт в себя и подобный трюк ей не удастся провернуть дважды, она собралась с силами и встала. Сначала опираясь руками о землю, затем лишь на одно колено, а после уже стоя в полный рост. Её ноги дрожали и даже руки била мелкая дрожь. Чары Яра вновь развеялись, а серьга, затерявшаяся в траве, стала не более чем сломанной побрякушкой.

Мария дотронулась до разорванной мочки, а затем посмотрела на окровавленные кончики пальцев. Стерев кровь, она сняла с уха ещё одну серёжку и сжала её в кулаке.

В украшениях, созданных для неё Яром, заключалась вся её магия.

— Мария!.. — взревел Тмин, убирая от своего лица ладони.

Его щека пылала алым цветом, от кончиков волос пахло палёной плотью.

— Вот теперь я по-настоящему разозлился!

Его мальчишеская спесь насмешила ведьму. Он был зол до яростных бликов в глазах, но Мария нисколько не боялась его гнева.

— Твоё право. Но знай, я никогда не считала свою жизнь никчёмной, — проговорила Мария, ломая серьгу. — Во всяком случае, я была ею довольна.

Из её ладоней вырвались холодные вихри. Тмин прикрыл лицо руками, а парящая в воздухе пыль резала его одежду, разрывая ткань. В украшениях Яра таилась небывалая мощь, но к сожалению Марии эффект от неё длился недолго. Когда ветер утих, орошая землю в саду синими лепестками гортензий, сорванный с кустов, Тмин перешёл в наступление.

Забыв о том, что сам учил Марию читать по губам, Тмин стал произносить заклинание, не заботясь о том, что ведьма узнает об его атаке раньше, чем она пронзит её. Мария усмехнулась уголками рта. Это было так на него похоже. Тмин никогда не заботился о своей безопасности, предпочитая идти напролом. В детстве из-за этого он часто возвращался домой весь в синяках и ссадинах, и чем старше Тмин становился, тем серьёзнее были полученные им во время вылазок раны.

Сколько раз она просила его быть благоразумнее? Всех и не припомнить. А сколько раз он отмахивался от неё, говоря о том, что ведьмам с их травами и настоями никогда не понять колдунов, для которых творить магию не сложнее, чем щёлкнуть пальцами? Миллионы раз.

Так кто же в итоге был прав?

«Ничего у тебя не выйдет», — пронеслась в голове ведьмы мысль.

Мария сняла с пальца кольцо и, подкинув его вверх, хлопнула в ладоши. Металл в воздухе накалился, окрашиваясь в оранжево-красный цвет, и расплавился, из твёрдого состояния перетекая в жидкое. Сотни мелких капелек упали на землю, прожигая и её и корни растений, вырвавшихся из холодных недр по велению Тмина.

— Ответь же, почему ты убил меня?! — выкрикнула Мария, срываясь с места.