Становление крови (СИ) - Абабков Андрей Сергеевич - Страница 83

Выбор Ильхори как места базирования мозгового центра конгрегации тоже был не случаен. Вестор, еще будучи «простым» архиепископом, обратил внимание на одну мелкую деталь. В местах, где подолгу живут вампиры, во-первых, они сами активно уничтожают других вампиров, а во-вторых, нападения и убийства людей там происходят настолько тайно, что об этом обычно никто не знает. Подчас даже слухов не ходило, настолько тщательно вампиры затирали следы своей деятельности! И, к сожалению, на карте мира была огромная область, где и первая и вторая примета присутствовали в полном мере.

Герцогство Кас и герцогство Гуян. Две северные провинции Элура были «свободны» от вампиров и там официально не пропадали люди. По крайне мере в количествах, заставляющих Охотников всполошиться и начать действовать. Точно такой же ситуация была и в Ильхори перед тем как обнаружилось, что королевством правят вампиры. Так что кардинал Вестор не сомневался в том, что на на севере Элура живет достаточно много вампиров, чтобы отгонять от своих владений конкурентов, и они обладают приличной властью, чтобы обставлять свои делишки без шума.

Первыми подозреваемыми были маги герцога Каса. Они вроде как правили теми территориями, они были многочисленны, и они излишне долго жили на свете. Вот только они были магами, и этим все было сказано. Вампиры не могли применять заклинания. Тварям, как любым порядочным магическим существам, была доступна лишь личная сила.

Поэтому на эту минуту основной версией происходящего в Элуре было предположение, что архимаг Блад, ныне ставший королем, активно сотрудничает с вампирами, которые ему служат. Кардинал знал, что в Валерии часть верхушки их Магического Совета буквально повернута на овладении секретом бессмертия вампиров и допускал мысль, что герцог Кас, а точнее уже король Александр, тоже боится смерти и держит кровопийц рядом с собой, чтобы в случае угрозы гибели они обратили его в нелюдь.

Впрочем, Элур занимал мысли кардинала и по совершенно другой причине. Пару лет назад стало известно, что многочисленные шпионы элурцев, что буквально наводнили некоторые государства, по странному стечению обстоятельств практически не интересуются его конгрегацией. Вестор знал нескольких подкупленных северянами священников, которые информировали своих хозяев о происходящем внутри конгрегации, и на этом все заканчивалось. Казалось, что силы шпионов сосредоточенные в Вобанэ считаются герцогом Касом достаточными, и на другие дела Наместника он внимания не обращает. Потому конгрегация получила расширенные права, и отныне не только вампиры, но и любые нелюди стали входить в круг ее полномочий.

Так было сделано именно из-за того, что подчиненным Вестора уделялось мало внимания и благодаря этому можно было проворачивать некоторые не самые светлые дела относительно гномов и эльфов, что жили под покровительством Каса. С тех пор скауты стали периодически ходить в леса Элура и выполнять деликатные поручения кардинала. И вот отряд таких скаутов принес новости о сражении между эльфами, один из которых убегал к границам Ильхори, а другие его догоняли. И догнали…

Случившееся могло быть сигналом, что некие подводные течения и силы среди нелюдей, недовольные правлением Каса, активизировались и активно выступили против своего хозяина в тот момент, когда тот был занят дворцовым переворотом и устранением последствий землетрясения. Впрочем, с такой же вероятность случившееся могло вообще ничего не значит и скауты стали свидетелями обычного для нелюдей странного поведения или некоего таинственного ритуала. Или же беглец и вовсе был преступником…

— Пришли разведчики, которых вы требовали к себе, ваше преподобие, — бесшумно появившийся хорошо вышколенный секретарь как верная собака замер в ожидании малейшего сигнала от хозяина.

— Зови.

Появившиеся скауты выглядели немного растерянными, но держались неплохо и даже исподтишка разглядывали кабинет кардинала и его самого.

— Преподобный.

— Рассказывайте, как вы наблюдали схватку эльфов. В подробностях, — Вестор опустил положенные приветствия и сразу перешел к делу.

— Вышли мы, значит, в Элур как обычно по кабаньей тропе…

— Меня интересует лишь сама схватка. Остальные подробности можете опустить.

— Как будет угодно, ваше преподобие.

Спустя полчаса, еще раз выслушав рассказ о бое, что произошел между наездниками на драконах, и задав положенные уточняющие вопросы, кардинал вновь стал теребить ус, на этот раз мало заботясь о том, как он выглядит в этот момент в глазах подчиненных. Случившееся явно требовало дополнительного внимания с его стороны. Все слишком непонятно, чтобы о происшествии можно было просто забыть. Эльфы ведь могли узнать о вампирах, и именно это могло не понравится беглецу и вынудить его лететь в Ильхори.

— Как часто эльфы бывают в Касии или ее окрестностях?

— Никогда, преподобный. Ранее такого вовек не бывало…

— Но, — второй скаут перебил своего товарища, — После того как Кас стал королем, их отряды появились недалеко от столицы и все еще там. Правда, никто не знает, как долго они там будут находиться.

— Тогда…, - кардинал до боли накрутил ус на палец, — Немедленно отправляйтесь в Элур и поймайте мне любого эльфа, который попадется вам на глаза, и любой ценой доставьте его ко мне. Я должен знать все наверняка.

— Дядько! Там в море паруса. Много.

— Паруса? — усатый мужчина в летах хитро глянул на подбежавшего к нему подроста и, почесав шрам на щеке, придававший его виду пугающую уродливость, потрепал парня по голове, — Пойдем глянем, что там за паруса в море. Да еще и много.

От костра, у которого смотритель побережья жарил свежепойманную рыбу, до берега было менее ста метров, и преодолев заросли, старый безногий солдат и молодой резвый парнишка вышли на широкий пляж. Не выходя на песок, по которому из-за протеза было неудобно передвигаться, мужчина вскинул руку ко лбу и уставился в море.

— Паруса. Много, — смотритель нахмурился, — Кого это к нам несет?

Не то чтобы их родной Карлсберг не пользовался популярностью у торговцев и рыбаков, скорее все было наоборот, и остров считался главным не только в группе Восточных островов но и центром всех южных поселений. Только вот самая южная его часть такой популярностью-то и не пользовалась, ведь далее на юг лежал лишь материк и никаких человеческих деревень там не было.

В широком проливе, что отделял остров от материка, любили ловить рыбу рыбаки, но они редко причаливали в этих местах, предпочитая сразу возвращаться с уловом в родные гавани. Разве что шторм или внезапная поломка, но и для этого был на юге небольшой порт, способный полностью удовлетворить все нужды мореходов. Еще побережье иногда пытались использовать разного рода местные бандиты, но смотритель нес службу исправно и всегда вовремя сообщал о незваных гостях. Если же таковые заявлялись к нему домой и делали недвусмысленно предложение предать герцога, то мужчина быстро соглашался на любые условия, а как только посетители на радостях покидали дом, сразу отправлял тайное послание по одному ему известному адресу всего с одним коротким словом «подарок» и больше никогда не видел и не встречал тех кто к нему приходил. Зато спустя некоторое время приходили другие и все повторялось.

И никому из любителей легкой наживы даже в голову не приходило задуматься о судьбе своих предшественников или же подумать о том, каким «дерьмом» должен быть смотритель побережья, чтобы предавать своего благодетеля. А именно благодетелем и был для всех смотрителей герцог Кас, ведь набирались они из числа раненых и негодных к службе солдат, что пострадали на своей основной работе.

Более того, каждый служивый твердо знал, что что бы ни случилось, его или его семью не бросят и без средств к существованию не оставят. У герцога Каса работа есть для всех, а особенно она есть для тех, кто верой и правдой служит его сиятельству. И за долгие годы жизни герцога это правило не было нарушено им ни разу. Потому служили смотрители не за страх, а на совесть и другим завещали делать также.