Большой мир. Книга 1 (СИ) - Олегович Дмитрий - Страница 71

Я вспомнил, что она говорила про размен шестого десятка, и снова словил крайнюю степень противоречия между услышанным и наблюдаемым.

Передо мной была молодая женщина с пышными формами, и не было ни единой возможности дать ей за пятьдесят.

В голове возник образ бабушки Элизабет, которая хоть не выглядела настолько молодо, но очень близко к этому уровню. Если там я мог объяснить это генами, то такая разница между цифрами и внешним видом объяснялась плохо.

— Маргарет, можно вопрос, личный? — сменил я тему, решив, что с лавкой разберусь сам, раз она говорит об этом так просто. — И немного странный.

Она удивилась, сузив глаза, и сказала протяжно:

— Ну, попробуй. Только аккуратнее, женщины и личные вопросы — очень рисковое дело.

— Эм, ладно, — сказал я серьезно и так же спросил. — Женщины в пятьдесят все выглядят так же молодо, как ты?

Она немного повисла.

Я тоже.

Внезапно она хлопнула ладонями по стойке, и общий зал наполнился звонким заливистым смехом. Маргарет так долго хохотала, что в конце закашлялась.

— Ну, ты, — ловила она воздух, — и самец, однако. Не ожидала. Честно. А так серьезно спрашивал, что я прямо не поняла сначала ничего.

— Да я не это имел в виду! — воспротивился я такой реакции.

Она успокоилась окончательно:

— Это как раз-то и важно. Когда специально, это заметно.

— И каков будет ответ?

— Не знаю, — подняла она плечи. — Все, наверное?

Я непонимающе нахмурился, это был не точный ответ.

— Ладно, ты заметил вчера в зале двух женщин за столиком у окна?

Уверенно кивнул.

— Одна из них и есть Офелия. Старая подруга, от которой я узнала про гират. Ей пятьдесят шесть.

— Правда? Удивительно! — я попытался сохранить лицо серьезным, но внутренне моя челюсть отвисла, а в голове черти устроили праздник. — А я-то думал, почему они так смотрят на тебя.

Какого черта? Я решил, что тем женщинам под сорок.

— Кхм. Маргарет, а можно еще один глупый вопрос? И странный, — я просто обязан был спросить.

— Валяй! — сказала она, усмехаясь краешком губ.

— Какая средняя продолжительность жизни атланов? — спросил я затаив дыхание.

— Ну, даешь. Я уж было решила, что спросишь про упругую грудь или еще чего, — она бегло обвела свои формы. — Дед по матери умер в сто восемьдесят пять. Отец погиб, когда ему было семьдесят девять…Бабушка…не помню, вроде пережила деда на два года.

Она продолжала перечислять всех, кого потеряла, а я усиленно прикрывал веки, потому что боялся показать выпученные глаза. Все становилось на места. Вот только появился вопрос о возрасте Леа, которой я дал пятнадцать, и Норсы, на вид не старше меня.

— А вообще, мало кто доживает и до ста. Целители, знаешь ли, не в каждой деревне водятся, чтобы лечить хворь всякую, а знахари порошковые не ровня лекарям за пределами Фариды. Добавь к этому дикие места и разную нечисть, постоянно прорывающуюся через каменную границу, да и ублюдками мир полнится.

— Нечисть? — спросил я дрогнувшим тоном. — Я не встречал в лесу Гора ничего такого, только звери.

— Гора? Ха! Туда просто ничего не успевает добраться. Хотя, когда-то и там заварушки случались, — задумалась она. — Когда еще отец жив был, он рассказывал, как Гильдия собрала десять полных групп, чтобы убить прорвавшегося Форсара и троих Серых. Половина осталась там, а Гильдия набрала кучу полезных и дорогих трофеев.

— Кто такие Серые? — по спине пробежала дрожь. Я вчера вступил в организацию, которая отправила на убой сто человек.

Маргарет снова развалилась на столешнице и, вздохнув, спросила:

— Ты что-нибудь знаешь о тех, кто живет за каменной границей?

— Нет, — ответил я честно.

— Хм, тогда это будет не быстро.

— У меня есть время, — кивнул я бодро.

— Что ж, — поднялась она и плеснула себе в бокал красного. — На той стороне живут не только бездумные звери, но и разумные существа, которых наш мир не принимает в свой круг друзей. И не мудрено, Варги не очень дружелюбны. Я только знаю, что у них есть подобие общества, но нет единства. И еще их виды разнятся между собой, как пес отличается от кота. Странные разумные, или полуразумные, как любят уточнять умники Эйнфейлен. Но как и все, они также владеют маной. Только магия Варгов отлична от нашей. Они проклинают тебя на смерть, травят твой разум и вытягивают жизнь. Метят разумных и манипулируют ими, как куклами. Наводят мороки и управляют страхами. Призывают тварей из чертогов Са-арга. Не знаю, что из этого правда, а что слухи, но я знаю только это.

— Как же они выглядят? — спросил я настороженно, проникшись описанием.

— Я лично, конечно же, не видела, но говорят, что они похожи на все четыре расы сразу. Их кожа принимает разный цвет при рождении, уши и хвост как у фойре, продолжительность жизни как у эйнфейлен и сила грендар. Как и фойре они могут трансформироваться, только не в животных, а в чудищ.

— Что же в них от атланов?

— Беспринципность, — хмыкнула она.

Звучало все очень фантастично. Но черт, здесь все было не так, как на Земле.

Глава 50

Глава 50

Переговорив еще немного, я забрал из комнаты все имеющиеся деньги и пошел искать лавку со свитками. Тратить все желания не было никакого, но если придется, то знание общей письменности стояло в приоритете. Я уже мало чему удивлялся из вложенных в свитки возможностей, но все равно поразился такой простоте обучения.

Продвигаясь по гудящим улицам города, я вспоминал свои первые шаги в этом мире и рассуждения о природе разных вещей, в том числе возможностях магии.

Было удивительно странно каждый раз открывать новые грани возможностей и разновидности чар. Еще вчера я думал, что виды магии, о которых мне рассказала Леа, это все на чем зиждется мир, но теперь оказалось, что есть еще полуразумные, которые используют свою ману совсем иначе. Как в этом случае понимать природу и работу чар?

Конечно, мои установки и идеи вполне себе работали, учитывая что я продвинулся, основываясь на них, но что дальше?

— Аккуратнее, — гаркнул низкорослик, толкнув меня плечом в узком проходе между улицами, и пошел дальше.

Я никак не прокомментировал и тоже не остановился, попутно решив не углубляться в рассуждения дальше, чем уже есть. У меня уже было достаточно вопросов, на которые я не знаю ответов, чтобы увеличивать их количество.

— Добрый день, уважаемый! — расплылся в улыбке торговец азиатской наружности.

— И вам того же, — ответил я, использовав самую лучшую улыбку в арсенале и закрыв за собой двери, ознаменовав это дело звоном колокольчика.

Решив не гадать, я заглядывал в каждую лавку на пути и просто окидывал взглядом ассортимент. В этот раз мне повезло, и маленькие желтые рулончики свитков лежали по полочкам как вино в погребе. Вместе с этим другие секции магазина были полны оружия, доспехов, а под стеклом боковой части прилавка лежало несколько камней, размером с вишневую кость, напоминающих бриллиант. Я даже не стал разглядывать всю эту красоту, так как любовью к слюновыделению не страдал. Денег все равно нет.

— Чего изволите? — торгаш с редкой бороденкой и поседевшими волосами услужливо сложил руки на прилавок.

— Хм, — задумался я, будто и правда забыл за чем шел. — Мне нужен свиток знаний языка фойре!

Торгаш вскинул брови:

— Простите, может быть вы хотели сказать общего языка?

— Нет, я сказал фойре, — нахмурился я. — У вас что, нет такого?

— Эм, честно говоря, нет, — кисло протянул торгаш, натянув и без того тонкие губы. — Но смею заметить, что на Фариде такие вещи не водятся.

— Странно, госпожа Вера сказала иначе, — произнес я задумчиво. — Может, я не так понял…

Торговец замялся и, осмелившись, спросил:

— Извините, молодой господин, если бы вы могли…

— "Купи мне свиток языка, фойре" — сказала она Баринсу. Но я уговорил его передать деньги мне, чтобы прогуляться… — уныло пробубнил я себе и начал поворачиваться к двери. — Неужели я подведу госпожу и в этот раз.