Большой мир. Книга 1 (СИ) - Олегович Дмитрий - Страница 111

Упитанный азиат, замерев лишь на секунду, снова потянул светловолосую подопечную госпожи Файрен, но та даже не сделала попытку подняться.

— Какого хера ты лежишь! Подняла задницу и пошла вперед, сука, — гаркнул мужик, утерев тыльной стороной ладони редкие усы.

— Господин Кайрез, — внезапно поднялся парень на вид моего возраста из-за соседнего столика. — Не стоит так обращаться с девушками, даже если они с рабским ошейником.

Азиат повернулся к нему и пару секунд молчал. Я не видел его лица, но думаю, оно не сияло добротой и желанием обсудить моральную сторону своего поведения.

— Будешь меня учить, молодой Паркасиан? — наконец рыкнул он. — Заботься о своих шлюхах. Хотя, куда тебе, это скорее о тебе заботятся. Любитель отростков.

Внезапно появившийся защитник с копной темных волос мило улыбнулся, но не сел обратно за стол. Вместо этого он подошел ближе к азиату и глянул в его узкие глаза.

— Господин Кайзер, — сказал он. — С вашей стороны очень некрасиво порицать чужие предпочтения, находясь в борделе. Да еще и утягивая девочку возраста вашей младшей дочери на этаж для извращенцев. Вам не кажется?

— Мне кажется, что твой отец не научил тебя уважать старших, — рыкнул толстяк в ответ. Он отпустил рабыню и, уперев руки в бока, подошел вплотную к парню. Его крупная тушка сильно контрастировала с худым парнем, будто к дереву подплыла туча.

Связь все также молчала, и я не двигался. Истмани не объяснила, как проявляет себя Связь при вызове вне комнат, но, наверное, есть какой-то способ. Может на амулете появится стрелка с направлением движения, может по звуку нужно будет найти. Хотя, если так подумать, я не понимал, как определяется и номер двери комнаты, в которой происходят незапланированные действия.

Пока защитник и азиат решали свои вопросы, светловолосая рабыня отползла подальше и спряталась за одно из кресел.

— Господин Кайзер, мой отец учил уважать старших, вот только ваша личность не входит в список уважаемых людей. В том числе с его стороны. Кому как не вам это должно быть известно, — не отступал молодой парень, надув грудь.

Похоже здесь разворачивается что-то интересное. Не ясно, когда мне нужно вступать в дело и нужно ли вообще? В теории, я должен следить за исполнением соглашений на оплаченные услуги, но общий порядок, по идее, должен входить в негласный перечень обязанностей. Иначе в зале были бы еще охранники, кроме меня и Истмани.

— Господин, — шепнул кто-то снизу.

Я опустил взгляд и заметил светловолосую рабыню, из-за которой произошел весь сыр-бор: миловидное лицо, голубые глаза, аристократично длинный нос, тонкий подбородок и слегка пухлые губы, которые сейчас были обмазаны розовой помадой. Весьма симпатичная, я бы сказал. Пока я следил за нарастающей агрессией, она тихо подползла к моему столику почти через весь зал. Да, хреновый из меня охранник. Так и по голове схлопотать проще простого.

— Господин, — повторила она. — Вам разве не стоит вмешаться?

Я глянул на Связь и пожал плечами. Молчит. Показал ей.

— Господин, вне комнат Связь не имеет значения, и Вам следует реагировать по своему усмотрению, — сказала девушка полушепотом и надеждой.

Я вскинул брови. По усмотрению, значит. Глянул наверх в поисках Истмани, но конечно же, глаза наткнулись только на нависающий круговой мостик. Стол стоял у самой стены, так что я был, как бы, под прикрытием. Подставила, гадина. А говорила, что не хочет получить штраф из-за меня. И вчера не разъяснила, чего ожидать.

Решив не затягивать, я быстро поднялся и подошел к уже толкающимся мужчинам.

— Все, господа. Концерт окончен, занавес опускается, — встал я между ними.

Азиат удивленно глянул на меня выпученными от гнева глазами:

— Какой еще концьерет, сопляк?

— Сегодня я слежу за порядком в этом зале, поэтому прошу вас успокоиться и присесть на свои места, — лаконично донес я. — Вы ведь уплатили деньги, и ваше время убегает.

— Да плевал я на деньги. Где Истмани? Где Рахамм? — завертел он головой.

Я нахмурился. Почему его интересуют охранники, когда есть владелец заведения и утвержденные правила?

Парень-защитник спокойно отошел к своему столику и, взяв за руку чернокожего раба, утащил того к одному из коридоров, который вел в секцию комнат на первом этаже.

— Истмани! — крикнул плотный азиат, выискивая девушку почему-то за моей спиной.

— Господин, Истмани сегодня дежурит на втором этаже, а Рахамм больше здесь не работает, — спокойно сказал я, разведя ладони. — Сегодня я дежурю здесь и прошу вас перестать усложнять ситуацию.

Это были последние вежливые слова, которые я выдавил из себя максимально спокойно. Он серьезно раздражал, и я решил, что вправе настучать ему по голове.

— Ты? Дежуришь? Кто ты такой вообще? — зарычал он на меня и попытался ткнуть в грудь пальцем.

Я резко схватил его за этот самый палец и выкрутил наверх. Мужчина запищал и моментально упал на колено. Слишком просто.

— Уебок, ты хоть понимаешь, кто я такой? — просипел он, хватая воздух.

— Мне все равно, кто вы и что вы. Я сказал, что слежу за порядком в зале и вы его нарушаете, — холодно ответил я.

Он зыркнул вправо, и я почувствовал движение с той стороны. Ушел вбок, выкрутив палец азиата еще сильнее, и пропустил мимо летящую в меня ногу.

Мужчина в сером костюме, до этого чинно развлекавшийся с одной из девочек за столом, по-видимому, оказался то ли другом, то ли охранником нарушителя спокойствия борделя.

Напавший быстро опомнился и, развернувшись, наотмашь махнул рукой в мою голову. Я пригнулся, и свободной рукой заехал ему под мышку. Он выпустил воздух и, не успев как следует опомниться, поймал прессом носок моего ботинка.

— Колин, убей тварь, — визжал нарушитель, несмотря на то, что его предполагаемый спаситель скрючился от боли.

Я не стал ждать и, отпустив посиневший палец, обеими ладонями оглушил Колина, врезав ему по ушам. Он осел на пол, и я повернулся к азиату.

Адреналин разгонял кровь, и я хотел продолжения. Но это работа, а не уличная разборка, поэтому я глубоко вдохнул и обратился к плотному азиату, лицо которого тряслось и блестело от пота:

— Господин, я вынужден попросить вас удалиться из заведения. И заберите вашего друга с собой.

— Я этого так не оставлю, — заворчал он, тяжело поднявшись. — Ты не понимаешь, с кем связался.

Я понимал лишь то, что это ожидаемый и закономерный результат подобной работы. Если бы эта угроза поступила месяц назад, я бы понервничал. Сейчас же, мне было все равно. Одной угрозой больше, одной меньше. За такие деньги можно и оглянуться лишний раз, проходя по вечерней улице. Кстати…

— Конечно, не понимаю, ведь мы не знакомы. А вот вы связались с гильдийцем, и все претензии о моем поведении можете отправить в наш штаб, — улыбнулся я невинно. Почему не использовать Гильдию? Просто так я что ли мешки сегодня таскал? Главное, чтобы он не попросил показать значок, что было бы вполне разумно с его стороны.

Азиат сузил глаза, от чего зрачки почти исчезли:

— Гильдиец?

— Ага. С отрядом, — продолжал улыбаться я. — Из пяти разумных. Среди которых волчица.

— Что ты здесь тогда забыл, гильдиец, — недоверчиво спросил он.

— Подрабатываю, чтобы купить свиток обнуления побыстрее.

Какого черта?! Теперь я буду использовать этот козырь на каждом шагу! Конечно, можно нарваться и на тех, кому будет все равно, но в такой ситуации, почему бы и нет?

Он нервно дернул щекой и, молча развернувшись, пошел на выход. Мужчина, которого я оглушил, так и остался на полу. Я взял Колина за ногу и оттащил к своему столику у стены.

Девушка рабыня все еще сидела на полу и неотрывно следила за моими действиями с атланом в отключке.

— Господин, — позвала она тихо, когда я уселся на прежнее место. — Вы не подошли ко мне, потому что не знали, как реагировать на ситуации вне комнат?

Я глянул вниз. Она сидела, поджав колени, и смотрела на меня голубыми, тоскливыми глазами.