Семена Распада. Том I (СИ) - Никольский Олег - Страница 48

— Умно, — улыбнулся фаиру Винтеру тонхэт Дорэан. — Вопрос в лишь том, где найти такого человека?

Глава 16. Путь через пески

Дий разлил кьёр по чашкам, из которых тотчас же пошёл горячий пар. После чего обратился к сидящему напротив писарю со словами:

— Этот напиток — единственная стоящая вещь, которую обберитыдали нашему городу со времён признания вашей общины.

Помощник, молодой человек с вечно взлохмаченными рыжеватыми волосами, нелепо растопыренными ушами и по-звериному жёлтыми глазами, ответил с шутливым недовольством:

— Моя община, во всяком случае, приносит много больше пользы, нежели посол, который пьёт кьёр, вместо работы!

— Молодец, обберит! Хорошо сказал, думаю, за это нужно выпить, — Дий, подмигнув помощнику, с наслаждением отхлебнул дымящегося напитка. — Кстати говоря, за кьёр тебе отдельное спасибо. Эх, Кейнис, не умел бы ты так хорошо его заваривать, я давно бы тебя уже выгнал на все четыре стороны!

— И что потом? А, дай угадаю! Ты вылетел бы следом, провалив первое же задание без моих мудрых советов! — в тон ему ответил писарь, после чего и тот и другой рассмеялись, довольные остроумием друг друга.

— Теперь можно и о деле поговорить, — решил посол, когда его чашка опустела. — Тонхэт Линн шлёт приказ: через два дня мы отправляемся в Альхар.

— Опять в Хезеф? Улаживать таможенные споры? Так ведь граница сейчас перекрыта, — удивился Кейнис, устраиваясь на стуле поудобней, что в его случае значило закинуть босые ноги на стол, отбив у собеседника всякое желание к еде. Однако Дий за долгое время совместной работы успел свыкнуться с диковатыми обыкновениями обберита и не обратил на его действия ни малейшего внимания.

— Нет, здесь труднее: нас отправляют в Атор-Хотэ к самому султану. Линн пишет, что нам предоставят сто человек сопровождения, не императорскую гвардию, конечно, но весьма неплохих стрелков. Также мы должны будем доставить Улладжару подарок весьма немалой ценности. О том, что это, тонхэт Грикул умалчивает. Хм, и к чему таиться от нас?

— Видно, этот дар очень ценен и от желающих его заполучить нас даже сотня стрелков не спасёт.

— Пожалуй, ты прав, Кейнис. Что ещё… ах, да! Земли Новой Ольтрии сейчас закрыты для проезда из-за очередной местечковой войны, и нам придётся идти северным путём: по дуге через пустыню Фер-Арун. И при этом Линн велит поторопиться, вернутся в Дефф, по его словам, мы должны не позже, чем через месяц от текущего дня.

— Жестоко, — протянул Кейнис, после чего спросил. — А что альхарцы? Их уже известили?

— Да, но они ещё не ответили. Думаю, о месте и условиях встречи мы узнаем, когда остановимся в Каих-Лоаш. Кстати, пока не забыл, напоминаю, что мы отправляемся не абы к кому, а к султану энфитов, и потому вести себя ты должен прилично, а не так, как ты привык в своём лесу!

— Ой, да ладно тебе! Расслабься! Я же помню правила, не первый год уже, в конце концов, за тобой таскаюсь! Ты же знаешь, я умею походить на человека, когда мне надо, а сейчас… ну, я просто отдыхаю!

— Так, — одним словом оборвал его Дий, а затем попросил. — Принеси карту южных земель.

— Держи, — Кейнис быстро отыскав её в шкафу среди десятка других, вновь уселся на стул, но уже не в столь развязном виде.

— Хм, пустыня Фер-Арун, — он указал на длинное светлое пятно, отделяющее Санрес и Южный Шохей от ольтрийских степей. — А здесь вот Дэя — столица Старой Ольтрии и наша первая остановка. Так дальше, — палец посла с ухоженным ногтем, прополз по карте и замер в следующей точке, — Каих-Лоаш. Как ты помнишь, мы уже там были, шумный торговый город, один большой базар по сути. От него до северной альхарской границы рукой подать, а дальше уже прямая дорога на Атор-Хотэ. Думается, за декаду доберёмся, ещё прибавь полдекады на переговоры и время на обратную дорогу, получается, мы уложимся в требуемый месяц, если не возникнет каких-либо неожиданностей.

— Ну, мы справлялись и быстрее…

— Только не когда дело касалось альхарцев! Вспомни управителя в Хезефе, проклятый энфит промариновал нас два месяца, каждый раз откладывая решение вопроса, предварительно щедро угостив сладостями. А сейчас ведь дело поважнее, чем таможенный беспорядок, речь о войне, zerch, с Seliri!

— В таком случае нам придётся выявить всё своё очарование и заставить Азиза проявить быстроту мысли. Кстати, а правда, что он их умеет читать? — полюбопытствовал Кейнис, вспоминая один из весьма распространённых слухов, которые во множестве роились вокруг таинственной особы Азиза Улладжара.

— Не знаю, но полагаю, что нам в самом скором времени предстоит это выяснить, — с задумчивым видом протянул Дий. — Налей кьёра!

— А волшебное слово?

— Keynis*, налей, zerch, кьёра! — более резко повторил свою просьбу посол, писарь же обиженно надулся.

*Вспышка (ST)

— То, что «zerch» — это правда! Дурацкое у меня имя, а родители — остряки, — сказал он, и чуть погодя добавил. — Твой кьёр остыл, сразу надо было пить, а не языком чесать.

— А в Альхаре за неповиновение вышестоящему казнят, раздавливая слонами… — отвлечённо проговорил посол, и довольно улыбнулся, представив, как парочка серых великанов, покачивая бивнями, неспешно вдавливает Кейниса в грязь.

— А может, не поедем к этим жестоким дикарям?

— Тогда Линн сделает с нами такое, что ты будешь умолять слона наступить на тебя, — улыбка Дия стала ещё шире, а всплывшая в его воображении картина расправы ещё ужасней.

— Нет, такого счастья нам не надо! Пойду кьёр подогрею что ли…

— Кинь туда дольку лимона.

— А что Лысый скажет? — спросил писарь, имея в виду всё того же советника Линна.

Дий удивлённо моргнул, взглянув на помощника:

— В смысле?

— Ну, у него на гербе лимонное дерево. Как он отнесётся к тому, что какой-то пройдоха пьёт чай с гриданским лимончиком, а? — разъяснил Кейнис, но посол в ответ только хлопнул себя ладонью по лбу, да и замер так, опершись на локоть.

— Иногда я не понимаю, о чём ты вообще говоришь. Вы оббериты все такие или мне с тобой так повезло?

— Я единственный в своём роде, гордись тем, что имеешь такого друга как я!

— Так хватит! Что мы, право, как дети?! Вернёмся, пожалуй, к альхарскому вопросу. Хм, нужно бы набросать план разговора, к Улладжару ведь нельзя идти не подготовленным. Давай попробуем, я буду султан, а ты посланник. Что ты, как представитель империи, можешь мне сказать?

— А почему ты султан?

— Потому что себе я доверяю, а тебе нет! — отрезал Дий, и воскликнул возмущённый писарской наглостью. — И вообще, позволь напомнить, начальник здесь я! Или про слонов забыл?!

— Да брось! Что уже и пошутить нельзя?

— Ты делаешь это, во-первых, слишком часто, а во-вторых, бездарно, так что…

— Понял-понял, хватит! Я всё обдумал, сделал выводы, глубоко проникся и искренне раскаялся! Доволен? — обберит широко улыбнулся, обнажив парочку длинных звериных клыков.

— Ты меня убиваешь. Zerch! Ну почему моим помощником назначили тебя, а не Зикеля?! Тот, по крайней мере, делал бы всё, что нужно и не болтал при этом.

— Да, но с ним бы тебе было скучно!

— Тут ты прав, к сожалению. Может ты и дурак набитый, но очень уж забавный, — вынуждено признал посол.

— Спасибо. За это я не стану сегодня прятать в твою обувь скорпиона, — в ответ торжественно пообещал Кейнис, возложив руку на сердце.

В предрассветный час, когда Дефф плотно окутывал густой белесоватый туман и холодна была остывшая за ночь земля, к южным воротам города подъехала двуколка, запряжённая парой белоснежных лошадей, благородным видом своим обязанных внушать почтительное уважение к посланникам империи. Следом тащил гружённую вещами и припасами повозку мохнатый тяжеловоз бурой расцветки.

Возле ворот их уже ждали. Стрелки стояли, построившись пятью ровными рядами, каждый боец носил кожаную куртку с металлическими нашлёпками и высокий остроконечный шлем. У всех них были непроницаемые лица, кажущиеся одинаковыми в своей невозмутимой суровости.