Спасти мир или как найти свое счастье (СИ) - Рыжова Валентина - Страница 11

— Что? — от такой наглости я просто потеряла дар речи.

— Мням-мням, — к сыру присоединилась ветчина, а вокруг меня начали вспыхивать синеватые огоньки и остро запахло озоном.

— Поживете пару деньков? — осипшим голосом переспросила я, отчаянно стараясь оставаться спокойной. Впрочем, не уверена, что даже Будда в эту минуту сумел бы сохранить спокойствие.

— Тихо-тихо, Кристина, — дракон перестал жевать и прижал меня к себе. — Тебе нужно смириться с тем, что мир никогда не станет прежним. Я очень боюсь за тебя, за то, что Виктория может найти тебя здесь. Ты гораздо, гораздо сильнее ее, но пока не умеешь управляться силами, а потому беспомощна. Верь, на самом деле мы все здесь для того, чтобы защитить тебя.

Дракон обнимал меня, прижимая к своей груди. Он был таким теплым, таким надежным, что я расклеилась. Всхлипнула, а затем тихонечко заплакала, жалея все, чего лишилась за последнее время, жалея свою закончившуюся спокойную, привычную жизнь.

— Что тут происходит? — судя по голосу, в кухню вошел Велиал, и он казался каким-то сонным. Я смутилась и освободилась от объятий, чтобы испуганно вскрикнуть.

Посреди моей кухни стоял высокий статный мужчина с копной густых смоляных кудрей, из который задорно торчали небольшие рожки. Лукавый изгиб ярких губ дрогнул, улыбка стерлась с лица в ярко-серых глазах блеснул гнев.

— К-кто Вы? — я бы попятилась еще дальше, но Дей стоял позади каменной стеной.

— Тшш, Велиал, чертик ты наш распрекрасный, не видишь, напугал хозяйку, — рассмеялся Дей, и я тут же успокоилась, поняв, что ничего страшного не произошло. Но дух мой перехватило: неужели это Велиал? И как такое вообще возможно? — Как, ты видишь, к сожалению, я не один тут красавчик, — наигранно грустно вздохнул дракончик. — Но ты не расстраивайся, как только солнце взойдет, Вел снова превратит в уродца! — ну, вот снова начался балаган. Но строгий взгляд творит чудеса. — Ладно, шучу. В истинном обличье ему проще восстанавливаться от всех травм, да и на удержание иллюзии силы тратятся как-никак.

— Чертик?! Кто ж тебе такие рога наставил? — прыснула я, понимая, что еще немного, и точно свихнусь. Дей, кажется, понял это, потому что ухватил все еще разгневанного непонятно на что Велиала и убрался вместе с товарищем с моей кухни.

— Крис! Я все еще жду от тебя мясо! Много-много, сочного-сочного, вкусного-вкусного! — раздался веселый голос из гостиной, и я рухнула на стул, спрятав лицо в ладонях. Мои плечи тряслись, но уже не от слез, а от смеха: кажется, мне очень нравятся эти ребята.

Привычные кухонные хлопоты охватили меня, размеренность и простота действий: посолить, поперчить, перевернуть — помогли справиться с собой. Действительно, чем плох вечер: у меня в квартире гости, жарится мясо, наполняя квартиру упоительными ароматами. Лео тащит со стола кусок говядины. Я сильно хлопнула по столу кухонным полотенцем, спугнув нахала. Котик жалобно мяукнул, и я, смягчившись, подсыпала в миску еще корма, пусть радуется.

Накрывая в гостиной на стол, расставляя тарелки и раскладывая ужин, я краем глаза заметила вспышку. Повернув голову, я увидела, как Дей фоткает еду айфоном.

— Ты! Гад! Ты меня дурил! — я едва не задохнулась от возмущения.

Дракон заливисто расхохотался, фоткая меня, застенчиво улыбнувшегося Макса, снова завладевшую котом Миру и осуждающе качающего головой Велиала.

«Ведьма всегда найдет свою путь, Кристина, нужно только внимательно смотреть на мир и слушаться свое сердце», — в моих ушах вдруг зазвучал знакомый скрипучий голос, и я вспомнила свою бабушку, с которой мы каждое лето уезжали в деревню. Собирали душистые травы, выискивали грибы, а еще бабушка показывала мне что-то и рассказывала чудесные истории, от которых я помню только безграничное спокойствие и уют. Почему в моей голове всплыли эти слова? Неужели бабушка называла меня ведьмой?

— Ну-ка, отведаем-ка мяса! — плотоядно облизнулся Дей, и я отвлеклась от своих мыслей и переключилась на гостей, стараясь не забивать голову туманными воспоминаниями, больше похожими на сон.

Мы много смеялись, ребята рассказывали мне забавные истории о своем мире, о том, как все устроено. В конце вечера даже Макс, обычно молчащий и уплетающий куски мяса, почти не жуя, рассказал шутку о том, как в детстве вытащил все пирожки из корзинки девочки в ярко-красном капоре. Уловив мотивы знакомой до боли сказки, я рассмеялась и рассказала об этом ребята. Кажется, те были очень удивлены и обрадованы тем, что давняя история превратилась в детскую сказку.

Вечер закончился тепло и мирно. С трудом уложив своих гостей спать на диван и на надувной матрас, я, наконец, закрыла глаза. Было неспокойно, хотя ребята уверили меня, что поставили на квартиру оповещающий и защитные барьеры: даже если Виктория и ее люди сумеют сюда проникнуть, незамеченными точно не останутся. Поворочавшись с боку на бок, я, наконец, провалилась в сон, который больше напоминал явь.

Светило яркое солнце, деловито жужжали пчелы, басовито гудели шмели, пахло подсушенным разнотравьем. По телу разливалась приятная нега, а ко мне навстречу спешила бабушка, радостная, сияющая, одетая в ярко-синее платье. Такая молодая, как на самом раннем фото, с детства хранившемся в моем дневнике как самый ценный подарок от бабушки.

— Все хорошо, милая, — она ласково обняла меня и принялась укачивать. — Все хорошо.

Глава 8

— Бабушка! — обняв дорогого человека, не смогла удержать слезы. — Я так скучала… Сразу тебя узнала… Ты совсем как на том старом фото… Ты такая красивая! Ты снишься мне? Ты так давно мне не снилась… Пусть это все лишь сон, но я рада, что могу снова тебя увидеть.

В бабушкиных объятиях было так уютно и безопасно, как в самом раннем детстве. Она погладила меня по голове, и я со стыдом вспомнила, как когда-то уворачивалась от этого жеста, считая себя слишком большой для подобных нежностей.

— Это не совсем сон, — ласково улыбнулась бабушка. — Твоя сила начала просыпаться, поэтому нам нужно поговорить. К сожалению, в том, что сейчас происходит с тобой, есть и моя вина…

— О чем ты, бабуль? — отстранившись от бабушки, я посмотрела ей в глаза. Она же легко поднялась, подол взметнулся, задевая высокие травинки рядом с тропой. Я потянулась вслед за ней, наслаждаясь солнечным теплом, близостью родного человека и ощущением безграничного счастья, которое можно поймать только во сне. Около минуты бабушка молчала, наблюдая за моей беззаботностью и слегка покачивая головой. Наконец, она заговорила.

— Мне нужно рассказать тебе одну историю… Точнее, мою историю, — бабушка говорила медленно, с перерывами, то и дело погружаясь в воспоминания. Было заметно, что ей тяжело вспоминать эту самую историю. Я не торопила ее, хотя догадывалась, о чем могла пойти речь.

Мы неторопливо брели рядышком по тропе, тянущейся через огромное, заросшее душистыми травами поле. Вдали виднелись темные, чуть покосившиеся от времени домики той самой деревеньки, куда так часто приезжала летом на каникулах.

— Сегодня ты столкнулась с необычными людьми, правда? Много лет назад я тоже принадлежала к тайному миру сверхъестественных существ и занимала там отнюдь не последнюю роль. Мы тщательно скрывали свое существование, исподволь пытались изменить мир к лучшему. Что-то получалось, что-то не очень, но это было прекрасное время, полное надежд и стремлений. Я ни разу не пожалела, что согласилась занять пост верховной ведьмы, хотя и встретилась со множеством сложностей. И все же в один прекрасный день я встретила замечательного мужчину, которого впоследствии полюбила… — тяжело вздохнув, бабуля посмотрела вдаль. Колоски трав склонились к земле под порывом ветра, небо начало розоветь, а от приближающейся деревеньки потянулись темные тени. — Наш мир не принял мой выбор, ведь я — сильнейшая ведьма, а влюбилась в человека… Это было ожидаемо, ведь мы так долго привыкли прятаться от людей и незримо опекать их, что начали считать себя кем-то стоящим над людьми. Особенно негодовала Виктория. С её подачи большинство членов совета проголосовали за мою отставку, поэтому вскоре мои способности были заблокированы, и я была лишена бессмертия.