Восточный пакт (СИ) - Извольский Сергей - Страница 81

— Корнет Изотов, — сказал, как плюнул, жандарм. Уже без имени отчества, лицо не держит совсем.

— Ах да, корнет Изотов, Феликс Эдмундович. Упс, Тимофеевич, простите, — оговорился я так, что понятно в этом мире оказалось мне лишь одному. Сам пошутил, сам посмеялся, как говорится — это вот все нервное сейчас.

— Уверен, что наличие элементарных знаний позволяет вам догадаться, что совместное применение конструктов школ Света и Тьмы физически невозможно. И логически рассуждая, вы можете прийти к выводу, что информация о применении мною, Артуром Волковым, темных искусств банально не соответствует действительности, так что можете сворачивать свою проверку. Не забудьте только принести извинения ее сиятельству за бесцеремонное вторжение и столь неподобающее для офицера корпуса поведение.

Если бы взглядом можно было наносить боль и страдания, я бы, наверное, превратился уже в избитого плачущего мальчика. Но к счастью, дистанционно причинять насилие корнет Изотов не умел, так что сейчас ему оставалось только краснеть и молчаливо яриться.

— Тем не менее, вы очень вовремя, господин корнет. Не сочтите за наглость, посодействуйте в изоляции Зайцева, Романа Игоревича, — обернулся я к безопаснику, и глядя тому прямо в глаза, продолжил: — Бывший начальник службы безопасности, как мы все здесь подозреваем, сегодня пытался организовать покушение на мою жизнь, а также на жизнь ее светлости Анастасии Юрьевны. Господин корнет, у ваших бойцов же наверняка есть специальные средства пассивного действия для ограничения подвижности?

В ответ на непонимающий взгляд Зайцева я невольно расплылся в улыбке и незаметно подмигнул. Вот так вот дядь, со мною связываться. В то же время пауза несколько затянулась, и я вопросительно посмотрел на жандарма.

— Господин корнет, так мы смеем надеяться на вашу помощь? — с нескрываемым удивлением от молчания жандарма произнес я.

— Покушения на жизнь гражданина Конфедерации это прерогатива моей службы, так что я вынужден забрать с собой господина Зайцева… — начал было корнет, но его перебила Анастасия.

— Покушение на мою жизнь, — в голосе вернувшей себе уверенность княжны с новой силой зазвенел лед всех мировых океанов, — покушение, готовящееся начальником службы безопасности моего рода. Прежде всего это наше внутреннее дело, так что владеющий род Юсуповых-Штейнберг имеет непререкаемый приоритет порядка расследования. Так что господин корнет, не заставляйте просить вас дважды — ограничьте подвижность Романа Игоревича и прикажите отвести его в указанное место. Я сейчас же дам задание своим людям проводить ваших бойцов. Благодарю за помощь, — закончила княжна, на миг отвлекшись к управленческому меню и явно в срочном порядке вызвав кого-то из слуг.

Дверь распахнулась почти моментально, и в кабинет завалился Кальтенбруннер. По всей видимости, он ждал прямо за порогом. Только вот вопрос — чего он там ждал, и почему? Но несмотря на неожиданность появления распорядителя усадьбы, Анастасия среагировала моментально, словно его и ждала.

— Иосиф Арнольдович, господа жандармы сейчас закуют в кандалы Романа Игоревича, и помогут нам проводить бывшего начальника службы безопасности в подвал Второго корпуса, в камеры. Проследите за тем, чтобы двери были заперты, а охранные системы включены. Под личную вашу ответственность, Иосиф Арнольдович, выполняйте.

«Второй корпус» — вспомнил я. Здание в конце тенистой аллеи, где в подвале расположены камеры темницы. В одной из которых фон Колер помог мне казнить одаренного Сергея Готфрида, для того чтобы с помощью его жизненной энергии получить новый слепок души.

Ошарашенный Кальтенбруннер замер, не сразу поняв, что именно услышал. Анастасия не обратила на это внимания, вопросительно глянув на корнета Изотова. Жандарм причин отказаться от столь настойчивой просьбы не нашел, и негромко отдал приказ. Сразу же двое бойцов весьма быстро и сноровисто заставили Романа Игоревича на своей шкуре почувствовать, что такое работа профессионалов по применению обездвиживающих спецсредств.

— Господин корнет, не смеем больше вас задерживать, — посмотрела на жандарма Анастасия, как только согнувшийся в три погибели Зайцев, с заведенными за спину и поднятыми вверх руками, просеменил через дверной проем в сопровождении оперативников группы быстрого реагирования.

— Как пожелаете, ваше сиятельство, — ровным голосом произнес взявший себя в руки жандарм, и повернулся ко мне: — Артур Сергеевич, вам все же необходимо пройти с нами.

«Спасибо, но мне и здесь неплохо»

— На каком основании? — удивился я, понимая, что ничего еще не кончилось.

— С какой это стати? — одновременно с неподдельным возмущением произнесла Анастасия.

— На основании необходимости проведения оперативно-следственных действий, — уже полностью оправившись от чувствительной оплеухи, произнес корнет. И не давая княжне вставить ни слова, заговорил: — Артур Сергеевич может быть вашим гостем, но так как он гражданин Конфедерации, в первую очередь он имеет права и обязанности перед государственной службой, а не перед родом владеющих. Поэтому… прошу со мной, — посмотрел на меня Изотов неприязненным взглядом.

Черт, а дело-то снова дрянь. Видимо, фээсбэтмен получил недвусмысленное указание доставить меня в управление, где я точно не смогу рассчитывать на помощь извне.

— Господин корнет, Артур Сергеевич Волков мой жених, и совсем недавно принял полагающийся ему по наследству баронский титул, поэтому под юрисдикцию вашего ведомства он уже не попадает.

«Чего?!»

По-моему, меньше всего услышанным удивился как раз-таки жандарм Изотов. Хотя и он выглядел донельзя пораженным.

— Прошу не испытывать терпение и не злоупотреблять моим пока еще благостным настроем, — закончила Анастасия, после того как бросила на меня весьма говорящий взгляд. Да, теперь уже я слишком уж откровенно переборщил с эмоциональным всплеском. Мог бы и потише ее словам удивляться — укорил я сам себя.

— Но ваше сиятельство… у меня нет такой информации, что Артур Волков…

— Вы сейчас обвинили меня во лжи? — теперь уже в воздухе на самом деле дохнуло холодом. Глаза Анастасии сверкнули голубым отсветом, а за ее спиной воздух сконцентрировался и заблистал едва видной, зазвеневшей морозной пеленой.

— Никак нет, ваше сиятельство, — моментально понял свою ошибку жандарм.

— Впредь будьте аккуратнее, корнет и выбирайте выражения, — не стала менять гнев на милость Анастасия. — Вам пора покинуть территорию моей усадьбы, и постарайтесь не задерживаться. Имейте ввиду, что информацию о столь неподобающе-бестактном поведении я не премину довести до вашего начальства.

Когда последний из оперативников покинул кабинет, первым делом я посмотрел на Садыкова и показательно, с паузой, моргнул. Подпоручик на удивление понял. Он на несколько секунд зажмурился, а когда открыл глаза, зеленый отсвет имплантов исчез. И только после этого я обернулся к Анастасии, показательно вздернув бровь.

— Воды нет? — прямо глянула на меня Анастасия. — Рот прополоскать бы…

Говоря это, она неожиданно поставила ментальные щиты — так что истинные ее чувства и эмоции уловить я не смог. Причем при нашей установившейся связи ментальные щиты от меня — это солидный расход стихийной энергии для нее. Расход энергии, которую ведь просто так не накопишь, это трудоемкий процесс.

— В горе пересохло? — хмыкнул я, в то же время прекрасно поняв намек, почему именно ей захотелось рот прополоскать.

Внимательно глядя на княжну, я попытался поймать ее взгляд. Понятно, что сказанное ей о женихе и титуле это лишь способ для того, чтобы гарантированно отвадить отсюда жандарма, чье нахождение здесь было опасно не только для меня, но и для самой Анастасии. Причем ни первое, ни второе ее утверждение не сработало бы по отдельности, а вот в комплексе обоих жандарм действительно не имел права что-то от меня требовать.

И ладно с первым — сегодня я жених, а завтра уже нет — с этим утверждением проблем нет. Но информация о баронском титуле откуда? Ведь если титула у меня в самое ближайшее время не появится, то княжна получит очень серьезные проблемы. Потому что солгав, она воспрепятствовала законным действию ФСБ. И в том, есть ли у меня титул, заинтересованные лица наверняка пожелают удостовериться в самое ближайшее время.