Слишком много колдунов (СИ) - Жигмытов Цокто - Страница 43

— Я ничего не крал, — сказал хрипло Питер. — Это всё сфабриковано. Чтобы отнять у меня дом.

— Да, конечно, — Цейтлих был разговорчив сегодня. — Вы чистый как ангел, но обратились не в прокуратуру, не в легардюкор, а к Торговой и финансовой гильдии, к этой преступной своре, а конкретно к месье Делакруа. Который, в свою очередь, продал и вас за небольшую долю, сочтя барона Дебатца слишком уж сильным противником. Дом, кстати, больше не ваш, и даже не барона. С сегодняшнего дня этот дом есть принадлежать короне. А вы все пойдете под суд. Суровый, но справедливый. Особенно наш южный друг.

С этими словами полковник ещё раз врезал ногой Аслану под рёбра, уже снизу, носком сапога. Эвакуатор был готов и лишь выдохнул коротко сквозь зубы, а больше не издал ни звука.

— Он-то в чём виноват, — сказал Питер медленно.

— Не твоё собачье дело, — любезно ответил Цейтлих. Акцент его прорезался ещё явственнее. — Конторку их мы задавить первая очередь. А то ишь, целый склад у них.

— Я знаю, где склад, — сказал вдруг Геркулес.

— Мы тоже знаем, — ответил Цейтлих. — Но желание твоё я одобряю. Будешь умный — отделаешься батдафом, повоюешь за корону.

С чёрного хода вошёл ещё один легионер.

— Никого нет, полковник.

— Сбежал, стало быть, — вздохнул Цейтлих. — Тоже умный.

Аслан и Питер переглянулись.

— Так, — сказал Цейтлих. — Этих взять, они с нами.

Легионеры взяли под ружьё Геркулеса и двоих в наручниках. Цейтлих лениво ткнул пальцем.

— А этих двоих — в помещение номер два. Чтоб каждый прохожий видел.

С этими словами он ушёл, за ним ушли и Геркулес, и дознаватели, и легионеры-конвоиры. В комнате остались два бойца с ружьями наизготовку. Питер и Аслан лежали некоторое время недвижно, затем учёный осторожно повернул голову. Легионер смотрел прямо на него, и взгляд его Питеру определённо не понравился. Что значит «чтоб каждый прохожий видел?» Что за «помещение номер два»?

И тут один из легионеров позвал другого, стоявшего напротив.

— Морис.

— Чего? — откликнулся другой.

— Ты приказ на сегодня получил?

— Конечно.

— Что скажешь?

— А что тут скажешь, — произнёс Морис. — Приказ есть приказ.

— Ну это, — сказал первый легионер. — Я вроде как на такое не подписывался. Я понимаю, воевать. А тут…

Морис молчал. Аслан и Питер не шевелились, сознавая, что сейчас решается их судьба, какой бы она ни была. Неожиданно Морис пробормотал:

— Ну извини, — и резко вскинул винтовку.

Но первый легионер опередил его, выстрелил от пояса не целясь — оглушительно грохнуло, Морис дёрнулся и влепился спиной в стену, затем косо сполз вниз, оставляя на обоях мокрый красный след. Винтовка, выпавшая из его рук, некоторое время стояла на прикладе, затем со стуком упала рядом. Второй легионер медленно опустил оружие стволом в пол, посмотрел на дверь. Никого не было.

— Вставайте, оба, — сказал он. — Ты и ты, служивый.

И Аслан наконец его узнал.

— Бюнэ!

Парень, с которым они коротали ночь в бризской клетке, кто вместе с ним участвовал в пророчестве Корентина, смотрел на него поверх платка, закрывающего ему почти всё лицо.

— Не знаю никакого Бюнэ. Я Лоран. Легионер Лоран.

Питер поднялся и сразу же тихонько застонал, схватившись за голову.

— Дьявол, как башка трещит… Обязательно было стрелять?

— Начало операции в девять утра, — сказал Бюнэ-Лоран. — Фуке собирает торговцев и крупных чиновников в Версале, сразу кучей, а птицу помельче будет душить Иностранный легион. У нас приказ стрелять по списку и вешать прямо на воротах. Вас тоже надо было, но я на такое не пойду. Это не гвардия.

— Спасибо, — сказал Питер неожиданно ясным голосом.

— Святому Корентину скажи спасибо, — ответил легионер. — Штуцер заберите, пригодится.

Аслан кивнул.

— Увидимся ещё, может быть, — с усмешкой сказал Бюнэ-Лоран, закинул оружие на плечо и ушёл не оглядываясь. Двое друзей некоторое время смотрели на дверь, за которой он исчез, затем посмотрели друг на друга и произнесли одновременно:

— Где Жак?

Труп Мориса они спрятали в саду, винтовку его Аслан замотал в тряпьё вместе с лопатой. Пока они одевались в походное и собирались, Питер рассуждал.

— Ясное дело, он пошёл к Нони. И его там, наверное, уже схватили.

— А если не схватили?

— Тогда он у неё.

— Чего же мы ждём?

— Время половина седьмого, — сказал Питер. — У нас ещё два часа.

Аслан шагнул за дверь, спустился по крыльцу, остановился и нетерпеливо обернулся. Питер стоял на пороге, держась за косяк, словно обнимая плечо старого друга, и смотрел на свой дом, на стены и двери, лестницу и перила, на камин и столик, на кресла и обои, на изуродованный пол. Коротко прошептал что-то, выдохнул и торопливо зашагал вслед за эвакуатором, опустив голову. Аслан не стал его ждать, перехватил свёрток с винтовкой и лопатой поудобнее и пошёл к перекрёстку, высматривая извозчика.

Извозчика им поймать так и не удалось. Они шли и шли по направлению к театру, но ни один экипаж не попался им на пути. По улицам носились возбуждённые студенты и печатники, ища, где центр всей заварушки, встретилась группа легионеров — от них Питер и Аслан спрятались в подворотне — но больше никого не было. Они уже почти дошли до улицы, которая спускалась прямо к театру, как с неё выехал кабриолет, а в нём, разумеется, сидел Жак. Глаза у него были совершенно белые и квадратные, он не видел перед собой ничего, лишь кричал извозчику «Быстрее! Быстрее!».

— Стооооооой! — в один голос заорали друзья, и обалдевший извозчик внял. Жак увидел Питера и Аслана, выскочил из экипажа им навстречу, подбежал, выдохнул:

— Чудовище похитило Нони.

2

Аслан покрутил головой, будто разминая шею, и как-то сразу весь собрался. Питер позавидовал и тоже попробовал. Его сразу начало мутить.

— Ну? — потребовал эвакуатор.

Жак сглотнул.

— Горничная говорит, примерно в пять утра. Нони вернулась… со спектакля, а оно уже было в спальне.

— А Майя? — спокойно спросил Аслан.

— Чудище похитило только Нони, — сказал Жак.

— Оно было одно?

— Вроде да.

— Как оно выглядело?

Жак дернул плечом.

— Чёрт его знает. Прелати рыдает. Криминалите не появились, эвакуаторы твои тоже не едут, вообще никого нет уже два часа. Что-то странное.

Питер и Аслан переглянулись.

— Нони… жива? — спросил Жак у Аслана.

Аслан, помедлив, кивнул.

— Скорее всего, да. Прелати и Майя выжили.

— А вы почему не дома? — вдруг с подозрением спросил Жак. — Что случилось?

— Так, — сказал Аслан. — Все в экипаж, едем на наш склад. Расскажем по дороге.

— А я уже догадываюсь, — проворчал Жак и полез в экипаж первым.

— Сан-Доминик, военное ведомство, — сказал Аслан бородатому извозчику. — Там рядом.

— Э, нет, — ответил тот. — Я туда не поеду. Там что-то затевается.

— Что затевается? — с ещё большим подозрением спросил Жак.

— Объедешь через набережную, — твёрдо сказал Аслан кучеру. — Езжай.

Поколебавшись секунду, бородач свистнул и стегнул вожжами.

— Так что стряслось? — спросил Жак. — Фуке?

— Видимо, да, — сказал эвакуатор, внимательно глядя на него. — Судя по Иностранному легиону. Он, похоже, не стал дожидаться, когда ваши делишки окончательно достанут людей. И решил форсировать события. Через час-полтора всё начнётся.

— Это же переворот, — потирая виски и прислушиваясь к желудку, сказал Питер. — Зачем? У него ведь и так уже власть в руках.

— Видимо, не в руках, — сказал Аслан. — Видимо, этого ему казалось мало. Или он счёл, что у кое-кого этой власти слишком много.

— Мы не одни были, — неожиданно произнёс Жак. — Хотели как лучше.

— Вы хотели как выгоднее, — сумрачно сказал Питер. — А не как лучше.

— Поздно уже выяснять, — прервал их Аслан. — Теперь Нони.

— Да, — сказал Жак. — Что делать-то?

— Сейчас едем на склад, — сказал эвакуатор. — Забираем оборудование, и отправляемся в спасательную экспедицию. Подальше от всего этого бардака.