Дом Земли и Крови (ЛП) - Маас Сара - Страница 132

Пальцы Брайс сжались на его спине, а затем начали поглаживать. Он почти мурлыкал.

Он не позволял себе думать об этом, даже когда провел губами по тому месту, куда уткнулся носом. Она слегка выгнулась ему навстречу. Ощущая что-то твердое за боевым костюмом.

Проглотив еще один стон у ее шеи, Хант крепче обнял ее теплое, мягкое тело и провел руками вниз, к этой идеальной, сладкой попке, которая мучила его с самого первого дня и…

Металлическая дверь на крышу открылась. Хант уже вытащил пистолет и прицелился, когда Сабина вышла и прорычала:

— Отойди к чертовой матери.

Глава 48

Хант тщательно взвесил все возможные варианты.

Он держал пистолет, направленный в голову Сабины. Она держала пистолет, направленный прямо в сердце Брайс.

Кто из них был быстрее? Этот вопрос гудел у него в голове.

Брайс подчинилась приказу Сабины, подняв руки вверх. Хант мог только следовать за ней, шагая позади Брайс так, чтобы она в мгновение оказалась у него за спиной, чтобы он мог обхватить ее свободной рукой за талию и прижать к себе. Сможет ли он подняться в воздух достаточно быстро, чтобы избежать пули?

Брайс не переживет выстрела в сердце с близкого расстояния. Через несколько секунд она будет мертва.

Брайс ухитрилась спросить сквозь стук дождя,

— Где твой маленький дружок демон?

Сабина пинком захлопнула дверь на крышу. Он понял, что все камеры были отключены. Иначе легион уже был бы здесь, будучи предупрежден Маррином. Каналы, должно быть, зациклились на безобидных кадрах — точно так же, как она сделала это в храме Луны. А это означало, что никто, абсолютно никто, не знал, что происходит.

Хант медленно начал поднимать здоровую руку вверх по дрожащему, мокрому телу Брайс.

Сабина сплюнула.

— Даже не думай об этом, Аталар.

Он остановил свою руку прежде, чем она смогла прикрыть грудь Брайс — сердце, бьющееся под ними. В его боевом скафандре было достаточно брони, чтобы отразить пулю. Чтобы позволить ему поглотить удар. Лучше ему потерять руку, которую он сможет отрастить заново, чем ей…

Последнее слово он никак не мог помыслить.

— Я же говорила вам держаться от этого подальше, — прошипела Сабина. — И все же вы не послушались, вы появились в берлоге, задавая вопросы, которые вы не имеете права задавать.

— Мы задавали эти вопросы, потому что ты убила Данику, гребаная психопатка, — прорычала Брайс.

Сабина стояла совершенно неподвижно. Почти так же неподвижно, как и фэйри.

— Ты думаешь, я сделала что?

Хант знал, что на лице Сабины отразились все эмоции, она даже не пыталась их скрыть. Ее шок был неподдельным. Дождь капала с узковатого лица, когда она закипала:

— Ты думаешь, я убила свою собственную дочь?

— Ты убила ее, потому что она собиралась занять твое место в качестве будущего премьер-министра, ты украла Рог, чтобы подорвать ее, и ты использовала этого демона, чтобы унизить Мику перед саммитом и убить любого, кто мог бы увидеть тебя…

Сабина тихо и глухо рассмеялась.

— Что за полная чушь!

— Ты стерла записи о краже Рога из храма, — прорычал Хант. — я не знаю, что это такое. Мы это уже подтвердили. Ты солгала нам, что Даника была там той ночью. Говорила о том, что твоя дочь не держала рот на замке в ту ночь, когда она умерла. Мы должны доказать, что ты убила Данику, чтобы привязать тебя к Кристаллу.

Сабина опустила пистолет и снова поставила его на предохранитель. Она дрожала от едва сдерживаемого гнева.

— Я ничего не крала, тупые ублюдки. И я не убивала свою дочь.

Хант не осмелился опустить пистолет. Он не смел отпустить Брайс.

Не тогда, когда Сабина заявила, холодным и безрадостным тоном,

— Я защищала ее. Это Даника украла Рог.

Глава 49

— Даника ничего не крала, — прошептала Брайс, и холод пронзил ее насквозь. Только рука Ханта, обнимавшая ее за талию, удерживала в вертикальном положении, а его тело было теплой стеной у нее за спиной.

Светло-карие глаза Сабины — того же оттенка, что и у Даники, но лишенные тепла-были безжалостны.

— Как ты думаешь, почему я поменяла пленку местами? Она думала, что темнота скроет ее, но была слишком глупа, чтобы подумать о том, что там записывались звуки, которые улавливали каждый ее шаг, когда она покинула свой пост, чтобы украсть Рог, а через минуту вернулась в патруль, словно плюя в лицо нашей богине. Была ли она причиной отключения света, чтобы украсть его, или она воспользовалась возможностью, я не знаю.

— А зачем ей это понадобилось? — Брайс едва могла выговорить эти слова.

— Потому что Даника была соплячкой желающей увидеть, что ей могло сойти с рук. Как только я получила предупреждение о том, что Рог был украден, я просмотрела видео и поменяла кадры в каждой базе данных. — Улыбка Сабины была жестоким ударом. — Я убрала за ней весь этот бардак — точно так же, как делала это всю ее жизнь. А вы двое, задавая свои вопросы, угрожаете клочку наследства, которое она оставила.

Крылья Ханта слегка вспыхнули.

— Ты послала этого демона за нами сегодня ночью…

Бледные брови Сабины сошлись на переносице.

— Какого демона? Я ждала вас здесь всю ночь. Я подумала о твоем дурацком долбаном визите в мою берлогу и решила, что тебе нужно настоящее напоминание, чтобы не вмешиваться в это дело. — Она оскалила зубы. — Амелия Рейвенскрофт стоит на другой стороне улицы, ожидая звонка, если ты переступишь черту, Аталар. Она говорит, что вы двое только что устроили настоящий спектакль. — Злобная, понимающая улыбка.

Брайс покраснела и позволила Ханту посмотреть, чтобы убедиться в этом. По тому, как он напрягся, она поняла, что это правда.

— А что касается того, что я сказала в ту ночь, когда она умерла: Даника не могла держать рот на замке — ни о чем. Я знала, что она украла Рог, и знала, что кто-то, вероятно, убил ее за это, потому что она не могла держать это в тайне. — Еще один холодный смешок. — Все, что я делала, я делала только для того, чтобы защитить свою дочь. Мою безрассудную, высокомерную дочь. Все, что ты делала, поощряло в ней самое худшее.

Рычание Ханта разорвало ночь.

— Осторожнее, Сабина.

Но Альфа только фыркнула.

— Ты еще пожалеешь, что перешел мне дорогу. — Она подошла к краю крыши, ее сила гудела в слабом сиянии вокруг нее, когда она оценивала тот же самый прыжок, о котором Брайс так глупо думал полтора года назад. Только Сабина сможет грациозно приземлиться на тротуар. Сабина оглянулась через худое плечо, ее удлиняющиеся зубы блеснули, когда она сказала: