Дом Земли и Крови (ЛП) - Маас Сара - Страница 127

— Пожалуйста. — Она открыла холодильник и вытащила оттуда целый набор продуктов. Это был обед пастуха. — На днях я встретила Мера, который был так горяч, что можно было бы поджарить яичницу на его прессе.

— Ничего из того, что ты сказала, не имеет никакого смысла, но я думаю, что поняла суть.

Брайс снова рассмеялась.

— Может, мне разогреть для тебя вегетарианский бургер или как?

— Мне бы очень этого хотелось, но…

— Но тебе же надо тренироваться.

Джунипер вздохнула.

— Я не собираюсь становиться директором, валяясь на диване всю ночь.

— Ты получишь травму, если будешь слишком сильно изнурять себя. Ты уже даешь восемь концертов в неделю.

Мягкий голос стал резче.

— Я в полном порядке. Может быть, в воскресенье, ладно? — Единственный день, когда танцевальная труппа не выступала.

— Конечно, — ответила Брайс. Ее грудь сжалась настолько, что она сказала: — позвони мне, когда освободишься.

— Будет сделано.

Они быстро попрощались, и едва Брайс повесила трубку, как она набрала другой номер.

Телефон Фьюри сразу же переключился на аудиосвязь. Не потрудившись оставить сообщение, Брайс отложила телефон и открыла контейнер с хумусом, затем остатки лапши, а затем немного, возможно, гнилой тушеной свинины. Магия сохраняла большую часть еды в ее холодильнике свежей, но были и рациональные пределы.

Кряхтя, она выбросила тушеное мясо в мусорное ведро. Сиринкс нахмурилась, глядя на нее снизу вверх.

— Даже ты этого не съешь, мой друг, — сказала она.

Сиринкс снова помахала хвостом и прыгнула к дивану.

Тишина в ее квартире становилась все тяжелее.

Одна подруга — вот кем стал ее круг общения. Фьюри ясно дала ей понять, что она больше не хочет с ней возиться.

Так что теперь, когда ее одинокая подруга была слишком занята своей карьерой, чтобы придерживаться надежного графика, особенно в предстоящие летние месяцы, когда труппа выступала в течение всей недели… Брайс предположила, что она опустилась до нуля.

Брайс без особого энтузиазма съела хумус, макая в него слегка скользкую морковь. Хруст заполнил тишину квартиры.

Эта слишком знакомая волна жалости к себе подкралась незаметно, и Брайс выбросила морковь и хумус в мусорное ведро, прежде чем направиться к дивану.

Она переключала каналы, пока не нашла местные новости. Сиринкс выжидающе уставилась на нее.

— Сегодня только ты и я, приятель, — сказала она, плюхаясь рядом с ней.

В новостях появился Ригелус, яркая рука Астери, и произнес речь о новых торговых законах на позолоченной трибуне. Позади него на троне в своей хрустальной палате восседали пять других Астери, холоднолицые и излучающие богатство и власть. Как всегда, седьмой трон пустовал в честь их давно умершей сестры. Брайс снова переключила канал, на этот раз на другую новостную станцию, демонстрируя кадры, на которых ряды построенных людьми меховых костюмах шли рука об руку с элитными имперскими легионами на грязном поле боя. Другой канал показывал голодающих людей, выстроившихся в очередь за хлебом в Вечном городе, и их детей, вопящих от голода.

Брайс переключила на передачу о покупке загородных домов незаметно и смотрела ее, не особо вдумываясь.

Когда она в последний раз читала книгу? Не для работы или исследований, а для удовольствия? Она много читала до того, как все случилось с Даникой, но эта часть ее мозга просто отключилась после этого.

Она хотела заглушить любое проявление спокойствия и тишины. Ревущий телевизор стал ее спутником, чтобы прогнать тишину прочь. Чем глупее шоу, тем лучше.

Она уютно устроилась на подушках, Сиринкс крепко прижалась к ее ноге, когда она почесала его мягкие, как бархат, уши. Она извивалась в просьбе о большем.

Тишина надвигалась все плотнее и плотнее. Во рту у нее пересохло, конечности стали легкими и полыми. События в логове грозили начать закручиваться, холодное лицо Итана было на переднем плане.

Она взглянула на часы. Всего лишь пять тридцать.

Брайс глубоко вздохнула. Лехаба ошибалась — это было совсем не похоже на ту зиму. Ничто и никогда не могло быть так плохо, как та первая зима без Даники. Но она этого не допустит.

Она встала, Сиринкс фыркнула от досады, что ее потревожили.

— Я скоро вернусь, — пообещала она, указывая на коридор и ее ящик.

Бросив на нее злобный взгляд, химера зашла к себе в клетку, захлопнув металлическую дверь крючковатым когтем.

Брайс заперла дверь, еще раз заверив ее, что она ненадолго выйдет, и снова надела туфли на каблуках. Она обещала Ханту, что останется на месте — поклялась в этом богам.

Очень жаль, что ангел не знал, что она больше никому из них не молилась.

Хант уже выпил полбутылки пива, когда зазвонил его телефон.

Он точно знал, что произошло, прежде чем взял трубку.

— Она ведь ушла, не так ли?

Наоми тихо рассмеялась.

— Да. Вся при параде.

— Так она обычно и делает, — проворчал он, потирая висок.

Сидя за резной дубовой стойкой бара, Вика изящно изогнула бровь, и ее нимб задвигался вместе с этим движением. Хант покачал головой и потянулся за бумажником. Ему не следовало выходить сегодня вечером. За последние четыре года ему столько раз делали это предложение, но он никогда не приходил, особенно когда ему так не хотелось снова оказаться в 18-м полку. Но на этот раз, когда Исайя позвонил со своей стандартной оговоркой (я знаю, что ты скажешь «нет», но…), он сказал «Да».

Он не знал почему, но он пошел на встречу.

— Куда она направилась? — спросил Хант.

— Я сейчас выслеживаю ее, — сказала Наоми, и ветер зашелестел на ее конце провода. Она не задавала вопросов, когда Хант позвонил ей час назад, чтобы попросить охранять Брайс — и уступить свое место в сегодняшней тусовке. — Похоже, она направляется в сторону Пяти Роз.

Может быть, она искала своего кузена, чтобы узнать последние новости.

— Держись поближе и будь настороже, — сказал он. Он знал, что ему не нужно было этого говорить. Наоми была одним из самых талантливых воинов, которых он когда-либо встречал, и ни от кого не терпела дерьма. Один взгляд на ее туго заплетенные черные волосы, красочную татуировку, покрывавшую ее руки, и множество оружия на ее мускулистом теле, и большинство людей не осмеливались связываться с ней. Возможно, даже Брайс подчинилась бы приказу оставаться на месте, если бы его отдала Наоми. — Пришли мне твои координаты.