Мой ангел. Любовь решает все (СИ) - Мигаро Лилия - Страница 13

Я задумался завороженный услышанным, я догадывался, нет, я был уверен в том, что видел, это подтвердил дух хранителя, сам Гун подтвердил, но только матушка все рассказала и рассказ в точности совпадал с моими догадками, я забылся и вновь потеряв контроль над собой произнес вслух свои мысли:

— Значит она была искренней приходя во снах, все было правдой…

И опять гром смеха, приводящий меня в чувства, но уже двух мужчин Маги наполнил пою комнату. А матушка молча подошла и просто обняла меня:

— Добро пожаловать в семью. — потом она дала подзатыльник сыну, дернула за ухо мужа и уже у выхода утвердительно-приказным тоном, так сказать поставила меня в известность:

— Нам с мужем надо занять время и иметь законные основания нахождения в академии не вызывая подозрений, лучше если это будет спецкурс в свободном графике. — Она отвернулась и закрыла дверь, а потом опять открыла и с озорной улыбкой сообщила — дух учебной части уже внес изменения в расписание. Вам, ректор Тэм, стоит ознакомиться с изменениями, спать-то все равно уже некогда. — Подмигнула и ушла уже окончательно.

Нет, это не семья, это исключение из всех вместе взятых правил и законов миро воздания, да они меня сума сведут.

ЛИЯ ДЭ МИГИ

Я сладко спала, когда ко мне в комнату вихрем ворвались три спорящих мелких созданий с кучей книг в собственных руках и в руках духа. Я вышла из спальни в гостиную и присмотревшись узнала в них своего сына, младшую сестру и новую лучшую подругу Дэсу. Они не спрашивая уселись у меня в гостиной, разложили книги и принялись заваривать чай не прекращая спорить. Я ушла умываться, а когда вернулась обомлела. За столиком в гостиной сидела уже вся моя семья и рыжая бестия. Как оказалось, парочка Ната и Рим втянули Дэсу в якобы кражу книг. Но дух библиотеки, которого Дэса с деканом Фином лично привязывали, сдал двух мелких проказников с головой. А дальше, Дэса как совсем не глупая магичка, понимая, что дух абы кому книги не отдаст начала выяснять подробности и искать справедливости, за ней эти трое ко мне и пришли, точнее Дэса за справедливостью, а двое заговорщиков за правдоподобной сказкой. А вот, как и главное зачем в моей комнате появились брат и родители я не знала. Но пока меня не было все мирно и молча пили чай в окружении книг. Я села на свободное место на диване, взяла чашку и не успела сделать даже глотка, как рыжая затараторила:

— Ты! Они! Ты! Вы все! — она почти бросила свою чашку на столик разлив чай — Я знала, чувствовала, что-то не так! Ты не такая как ты была раньше! Ты с другого мира, вы все хранители, а Рим твой сын, настоящий сын и родной, твой! — Дэса прикрыла глаза, глубоко вдохнула выдохнула, открыла глаза со сдерживаемым восторгом и счастьем в глазах осмотрела всех за столиком и почти спокойно взяла чашку с чаем, сделала глоток, шумно выдохнула и повернулась к матушке. Дэса с огромным трудом изображала серьезность и важность в голосе извиняясь за свою несдержанность. Я ничего не понимала, я только видела с каким восторгом, трепетом и любовью Гун ловит каждое движение, каждое слово и вздох рыжей бестии. И осознав это я наглым образом рассмеялась, видимо остальные члены моей семьи видели тоже, потому что мой смех поддержали Рим и Ната, а потом и родители. Отсмеявшись я не выдержала:

— Попал ты Гун, так когда-свадьба-то?

— Какая свадьба? — Дэса не просто удивилась, она даже возмутилась и сменилась в лице. Мы снова рассмеялись.

— Сразу после твоей, котеночек наш, с ректором Гивис. — Теперь смеялись все кроме меня и Дэсы. Лицо Дэсы снова было наполнено любопытства и детского озорства.

— Ты смогла растопить сердце железного лорда? Да, когда ты успела? У вас в вашем мире обучает этому что ли?

— А тебе это зачем? — Гун посерьезнел и спросил жестко — Тоже на ректора глаз положила?

Дэса покраснела, отсела чуть дальше от меня и осунувшись вжала голову в плечи. Матушка глубоко вздохнув сжалилась над рыжей:

— Так девочка, я говорю раз, а ты слушаешь осознаешь и отвечаешь честно и уверено. Итак, мой сын — отец прокашлялся, матушка слегка покраснела и поцеловала мужа — наш сын влюбился, нет он полюбил. — рыжая сжалась и скукожилась, она даже побледнела — Так случилось, что в силу особенностей нашей магии, мы видим больше других. — Дэса мокрыми от навернувшихся слез глазами посмотрела на матушку и любопытство перебороло печаль в ее взгляде — Гун любит, а в нашей семье все однолюбы, если сердце и душа выбрали, то и тело, и разум и магия, даже аура принимают раз и до конца этот выбор — рыжая всхлипнула, а матушка взглянула на меня, она объясняла это не только Дэсе, но и мне и я покраснела — Поэтому дух хранителя пришел к твоему избраннику этой ночью, дочка уж сильно ты выбила железного лорда своим падением в объятия стража и ослабила защиту. И кстати, артефакт от наведенных снов надо будет снять — о, я уже не краснела, я вся горела — духи не могут обратиться к тебе пока он на тебе. Но вернемся к тебе Дэса. Наш сын выбрал тебя — Дэса громко икнула, неверяще уставилась на матушку, у нее даже лицо вытянулось и вместо бледности по лицу стали расползаться красные пятна — ой, прекрати, ты же отозвалась, вон как магия к нему тянется. — теперь горели мы обе — И чтобы не отвлекаться на недомолвки которые помешают делу, определись уж пожалуйста, деточка. А ты — матушка наградила Гуна подзатыльником — сделай девочке предложение, официально, а не ревнуй ее к ее неуемному любопытству и жажде знаний, вон до чего довел девчонку.

Рим с Натой хихикали, а отец откровенно забавлялся ситуацией.

— Э-э-э-э, да, конечно. — Гун подскочил к рыжей, нет пунцовой Дэсе, буквально упал перед ней на колени сравнявшись с сидящей на диване Дэсой лицом — Дэса Ма Руен, согласна ли ты, дав магическую клятву, ответить на мою любовь разделив со мной жизнь и магию во славу богов и до скончания веков? — я видела страх в ее глазах и недоверие, Гун начал нервно и тяжело дышать от затянувшегося молчания

— Ты и вправду? В меня? Я же мелкая и рыжая… — она уже почти плакала. Матушка вздохнула и напомнила, что от нее нужен ответ да или нет. На что рыжая кинулась на шею к Гуну и заверещала. Гун опешил, он так и не понял это да или нет. Поэтому отстранил девушку и вопросительно на нее посмотрел.

— Да — прошептала Дэса краснея и опуская стыдливо глаза к полу. Брат расслабился и блаженно выдохнул.

— Клянусь быть всем, кем будет надо и кем попросишь, клянусь перед богами, что не предам и не обижу. — Он резко встал с места и буквально сгреб мелкую и рыжую целуя, страстно, жадно. — А летом свадьбы с играем. На закате, чтобы все небо было цветом твоих волос. — Смехом взорвались все, такие романтические слова слышать от Гуна было совсем не привычно, даже рыжая не удержалась и захихикала в руках своего жениха.

К обеду наша компания разобрала и проанализировала все сны, мои и Тэма. Вывела общие черты в плетениях черной магии. Дэса была в восторге от всего, что делала и ее восторг, и увлеченность особенно разделяли Рим и Ната, эта троица слажено работали и под конец уже заканчивали фразы друг друга. Так же мы подготовили все требуемое для создания фамильяра для Рима и определились со временем призыва старшего из сыновей для привязки. Форму фамильяру Рим выбирал долго, пока не решился на белого огромного волка. На обед мы шли все вместе, всей семьей. На руках Дэсы и Гуна красовались узоры помолвочных парных клятв, рыжая тушевалась и краснела. Гун же шел уверено, улыбался прижимая Дэсу к себе обнимая стараясь продемонстрировать остальным свое право на женщину. Бедная Дэса, теперь добрая половина адептов женского пола ее возненавидели. Я шла позади с сыном и сестрой забавляясь ситуацией. Только когда все уже сели за стол я заметила, что сели мы за стол ректора и единственное свободное место для меня было рядом с ним. Я смотрела на его спину и невольно сдала шаг назад пытаясь скрыться, Рим и Ната остановили меня. Он даже не обернулся, просто отодвинул соседний стул так что бы было легче сесть:

— Места для адептов в другой части столовой, подробности вы и так узнаете не спрашивая, а сплетен на сегодня и так хватит, благодаря Гуну — Рим и Ната захихикали и развернувшись убежали в другую часть столовой к адептам. А я так и стояла смотря на широкую спину ректора, на его затылок, ватные ноги не могли сделать ни шага не к столу не от него.