Петля судьбы (СИ) - Горенко Галина - Страница 8

— К тому же прибавим вынашивание и рождение двойняшек, когда ты познакомишься с ними поближе, ты заметишь, что они сильно отличаются от обычных детей, особенно Катя. В общем Вилли я стала видеть после родов, чему этот обжора страшно обрадовался, ведь выпрашивать еду намного проще, когда тебя видят.

Услышав свое имя, пес, все еще обидчиво насупившись посмотрел в нашу сторону, но на всякий случай хвостом постучал, авось позовут кушать.

— Так уж довелось, — сказала Соланж, — что мне дано видеть не просто ауры, сущности человека, я некромаг, очень сильный, это я вам говорю без ложной скромности, и ваша сущность Ката удивительная. Никогда прежде мне не доводилось видеть ауру такого цвета. Точнее, подождите…это сложно описать. В общем вокруг вас как будто прозрачное марево, туман, лед. Не понятно. Обычно аура имеет конкретный цвет. У Теаны он например золотой, с проблесками бледно-розового, а у меня…

— А у вас, несса, — перебила я её, не могла не сказать, не могла не видеть, — смоляные крылья за спиной, черные словно агат и бархатные как безлунная ночь.

— Верно, Ката, ведь я могу вас так называть, верно, — засмеялась Соланж, — и это поразительно, удивительно. Мне нужно будет кое-что посмотреть, записи, хроники, но я могу попытаться объяснить, с вашего разрешения. Не будете против.

— Не буду, но тогда, пожалуй, вам нужно знать еще одно, цвет моих глаз изменился. Стал голубым.

Мы очень долго общались, и разговаривали обо всём кроме Пита, я боялась спросить есть ли у него кто-нибудь серьезный на примете, опасаясь положительного ответа, а сама Теа о нем не вспоминала. Она спросила меня о ближайших планах, о том, где я собираюсь работать после окончания Академии, посетовала на то, что не может найти порядочных людей на руководящие должности и предложила проходить хирургическую практику в расширившимся крыле. Мы договорились, что как только я освоюсь, она лично проведет мне экскурсию по усовершенствованной больнице, к тому же меня приятно удивили серьезные реформы в области здравоохранения, которые, с легкой руки Цессы серьезно обеспокоенной здоровьем нации, были приняты министерским кабинетом единогласно, а супруг, без сомненья, обожающий свою жену выделил на эти нужды финансы из государственной казны.

То, что Себастьян Виверн души не чает в Теане было заметно невооруженным взглядом, потому как во время третьей смены тая на свежий, уже после того, как Теана отвлеклась и покормила проснувшихся малышей, в покои, не обращая ни на меня, ни на нессу Силье, в покои буквально ворвался Цесс и стремительно прошествовал к супруге.

Я, естественно, подскочила с диванчика, как и Соль, но она обошлась легким кивком, когда я поприветствовала монарха по всем правилам, а тот, не обращая внимания на наши расшаркивания, шагнул к любимой, обнял и поцеловал куда-то в висок, зарывшись в волосы. Я услышала негромкий шёпот о том, что он скучал от Виверна, и о том, что мы не одни, от Теа. Наверное, я бы долго выходила из состояния шока, когда Цесс приветливо улыбнулся, и попросил чувствовать себя непринужденно, безо всяких чинов и званий:

— Я очень рад вашему появлению, несси Дирт. Теана не смирилась, и верила, одна из немногих, признаться даже я не ожидал вашего возвращения, но невероятно рад, что ошибался, — с этими словами он вновь поцеловал супругу и покинул нашу компанию так же стремительно, как и вошел.

— Закрой рот, милая, наглотаешься пыли, — засмеялась Теа.

— Не думала, что в цесском дворце так плохо убирают, — парировала я, всё еще плохо соображая от явления пред мои светлые, теперь во всех смыслах, очи, Цесса Ориума.

Уже в карете, по пути домой, в городской дом брата, хоть Теана и предлагала остаться в покоях дворца, которые тут же выделила мне, я думала обо всём произошедшем за ун. На мои протесты, что я не являюсь благородной дамой и не по чину мне оставаться во дворце, она сказала, что главный титул, титул подруги Её Величества у меня есть, а на всё остальное можно не обращать внимание.

Несмотря на то, что с утра я чувствовала себя п истине великолепно, уже наступило время позднего ужина, и я поняла, что чрезвычайно устала и присоединиться к брату в столовой не в силах, так как у Теаны было выпито столько тая и отвара, съедено столько легкой закуски, что от обилия она превратилась в тяжелую, и уверена, великолепный ужин, что приготовил наш повар просто не влезет в меня. Я пожелала брату сладких снов и легла.

Вопреки собственным желаниям и опасениям, заснуть моментально у меня не получилось, подробности встречи с подругой навалились на меня и еще долго раскладывала по полочкам сознания свои мысли, впечатления и ощущения. Последнее, о чем я осознанно размышляла — это покупка новой одежды, старая оказалась невероятно велика и совсем не по моде.

Ночью я проснулась от странного ощущения, прислушавшись я поняла, что это каменный пол холодит мои ступни. Сквозь неплотно зашторенные окна, при свете второй луны, мне удалось рассмотреть комнату, в которой я оказалась. Где мне было понятно.

Но вот как?

Глава 8. Силы непременно найдутся, если неустанно к чему-то стремиться

Я крутила головой, пытаясь в полутьме рассмотреть очертания комнаты, в которой я очнулась, а сосредоточившись — облегченно выдохнула. Я узнаю это место.

Быстро пробежавшись по безлюдному холлу, не опасаясь кого-либо встретить в столь поздний час, так как охрана если и была, то снаружи, по периметру, я помчалась к такому знакомому зданию, обжигая ступни мерзлой землей и негромко охая, когда мелкие камушки гальки, которой были присыпаны дорожки, больно вписались в босые ноги. Я негромко постучала в окно, прекрасно зная, что женщина всегда на месте, и вряд ли даже сейчас покинула свою работу. Когда в окне забрезжил приглушенный свет от маг-кристалла, я выдохнула и приплясывая от холода стала ожидать на пороге. Когда дверь открылась, я увидела седые букли, намотанные на старомодные деревянные бигуди и строгий взгляд направленный на мои босые ноги:

— Доброй ночи, комендант Карри, мне нужна ваша помощь.

Под оханье и причитания женщины, я прошла в личное, тепло натопленное помещение такого родного общежития. Все студенты сейчас были на каникулах или практике, да и времени на часах было позднее, так что я очень надеюсь, что меня никто не видел. Комендант заварила горячего травяного отвара, нашла мне теплые шерстяные чулки, ношеные ботинки и старый плащ. Я пообещала вернуть всё в целости и сохранности, и как только далеко на западе первые багряные лучи дневного светила окрасили бледнеющее небо, вышла из стен Академии и поймав экипаж — отправилась домой.

От цепких глаз и безостановочных вопросов несси Кари удалось отбрехаться сомнамбулизмом*, благо дом брата был всего в пятнадцати унах неторопливой ходьбы, хотя отпустила меня женщина скорее от неожиданности, уверена, как только придет в себя, так просто я не отделаюсь и меня ждет допрос с пристрастием. Кстати, те покои в которых мы жили с Теаной были свободны, и как только я поинтересовалась судьбой полюбившихся мне комнат, комендант поняла, что я намерена вернуться на учебу.

— Ну и правильно, деточка, — позволила она себе некоторую фамильярность, — в учебе забыться быстрее сможешь, ни к чему тебе дома грустить. К тому же тебя приятно обрадуют реформы, затеянные и успешно проведенные вашим братом и Её Величеством Цессой Теаной, — посмотрела она на меня хитро.

— Я знаю, что несси Бруно уже Теана Виверн, комендант Кари. Не далее, как вчера я имела честь быть приглашенной во дворец, — немного похвастала.

— Ну и славно, давай, беги, и постарайся больше не ходить во сне, — наказала она мне, хотя очень сомневаюсь, что мне поверили.

Когда я, словно воришка прокралась в холл городского особняка, то нос к носу столкнулась с братом. Тот очень хмуро осмотрел мой внешний вид и произнес:

— У меня сейчас совершенно нет времени, но поверь мне, синичка, по возвращении нас с тобой ждет серьезный разговор тет-а-тет.