Луна желаний (СИ) - Горенко Галина - Страница 44

Я задумалась лишь на мгновение. Одни плюсы, за исключением одного — личности мастера.

— Сегодня Арунаян прибыл с коротким официальным визитом, всего на три уна, на презентацию дирижабля, как и Генрих…

В голове промелькнул образ медведя, но как бы я не хотела попасть в дружеские объятья и погостить у практически родного оборотня, не в моих привычках было бегать от трудностей.

— Честное слово, как мальчишки с новым набором солдатиков, — засмеялась Соль.

— Не говори, первые сорок талей детства самые сложные в жизни мужчины, — Улыбнулась Теана. — У тебя будет возможность обсудить все детали соглашения, более того, я поговорила с Себастьяном, Ориум будет гарантом того, что ни один пункт не будет нарушен.

Я согласно кивнула. Так и быть. Неизбежное зло. Тан. На чаше весов сбрендившие от вседозволенности элементали и моя уязвленная гордость, даже не знаю, что выбрать.

— Дам тебе маленький совет, Лисичка, — поднесла чашку к губам Нори, загадочно улыбаясь, — Тан не женат, наложницы не в счет, — Какой любвиобильный, подумалось мне, — если ты правильно разыграешь карты, а тебе не привыкать играть без козырей и блефовать, то всё же станешь Цессой, пусть и другого государства. И еще одно, Арунаян, как и многие мужчины охотник, не падай спелым яблочком в его руки и пол дела будет сделано.

Ха. Твой совет, воровка, немного устарел, мелькнуло молнией в моей голове, но я покорно кивнула и сказала:

— Я благодарю вас всех, за помощь и советы. По правде говоря, я не заслужила столь хорошего отношения, — покаянно мямлила я, стараясь, чтобы мои извинения не услышали вовсе.

— Не заслужила, — сказала Цесса, а я внутренне поморщилась, — но я верю во второй шанс. Но запомни Алисия, там откуда я родом, в ходу отличная поговорка: всегда давай второй шанс и никогда третий, надеюсь мы поняли друг друга?

— Да, спасибо Ваше Величество, — присела я в низкий реверанс и наконец-то покинула их общество.

После сытного ужина я разомлела, усталость сказывалась, но покидать суаре раньше Цессы считалось дурным тоном, поэтому чтобы взбодриться я прошла сквозь распахнутые окна в зимний сад. Как только я пересекла тепловой полог пронизывающий до костей морозный ветер, начал больно пощипывать мои щеки, под подол забрались ледяные пальцы и обвили мои лодыжки, сжимая, словно не желая отпускать от себя. Я выдохнула облачко белого пара и посмотрела на небо.

Как же хорошо.

Звездная ночь перемигивалась россыпью созвездий с огнями твердыни, ЛаЛуна лишь начинала свой путь, но я уже чувствовала ласковые касания её света на своей коже. Я прошла по расчищенной дорожке вглубь, мертвого до весны, парка и поправив юбки уселась на мраморный бортик замерзшего фонтана.

Прикрыв глаза, я позвала стихию, и без малейшего усилия с моей стороны она ответила, растопив ледяное зеркало и пустив крошечные вихри по его поверхности. Я водила по поверхности водной глади до тех пор, пока моя спина не затекла, а встав я вернула фонтану его внешний вид, до того, как я вторглась в его зимний сон.

Я покинула званный вечер не прощаясь, уверена Цесса поймет, а до остальных мне нет дела. В экипаже я практически уснула, но войдя в дом мне пришлось зайти в библиотеку за книгой, прежде чем подниматься в свой будуар. Спать было рано, а вот почитать о стихиях вновь — не помешает.

Я взяла толстый фолиант в потертом сафьяне и почти вышла, обратив внимание что что-то не так, лишь когда открывала дверь. Я вернулась к столу и зажгла луминос камни. Все, что были в библиотеке.

Большая, квадратная коробка, обитая шёлком, стояла на моем рабочем столе. Я провела по ней почтовым артефактом, что бы в ней ни было, это не несет угрозу ни моему здоровью, ни тем более жизни.

Я открыла ее, подцепив крошечный крючок стальным пером.

На подкладе из чёрного шёлка лежала самая красивая изумрудная диадема, из тех, что я видела в своей короткой жизни. Та самая, что должна была стать призом в Великой гонке.

На крафтовом прямоугольнике было всего одно предложение.

Подходит к твоему платью.

Глава 34. Возражения против прогресса всегда сводились к разговорам об аморальности

По сколько официального представителя Демистана еще не утвердили в высочайших кругах, на презентацию аэростата мне пришлось идти в сопровождении исполняющего обязанности консула, а по сути, с секретарем. Мужчина был ненавязчив и очень вежлив, благодарил меня за согласие составить ему компанию всю дорогу в Розовый дворец, а по приезду незаметно растворился в толпе гостей не желая ходить за мной хвостиком. В любом случае оторваться от него не составило бы труда, тем более что как только все желающие лицезреть невиданный доселе дирижабль собрались, ко мне подошел Кёниг Стоунхельма.

А затем этот шутник начал разговор в официальной манере, восхищаясь погодой, поводом по которому мы собрались и моим туалетом, выгодно подчеркивающим батистовую кожу и огненный оттенок локонов. Я сегодня и правда была диво как хороша. Бледно розовый фатин был вышит гранатами и турмалинами, превращая летящую ткань в подобие кольчуги, кружева и мех, длинный рукав и закрытое горло, тонкий поясок и лодочки в тон, соблазнительно и элегантно, но болтун произнес свой комплимент таким наигранным тоном, что мне захотелось от души его пнуть.

— Уймись бируанг*, - засмеялась я, принижая величие другой его ипостаси. Хотя второго такого монстра как Генрих, и по величине, и по количеству мышц, я не видела ни разу, даже на запрещенных боях без правил в ямах.

Генрих притворно схватился за сердце изображая инфаркт, пытаясь вызвать сочувствие, его сильная рука мяла полу сюртука, грозясь вырвать с мясом пуговицы.

— Жестокосердная, — выдохнул он мне в ухо.

— Какая есть, за это ты меня и любишь.

— Люблю, — серьезно произнес друг, — и очень волновался, когда мне стало известно о проклятии и твоем состоянии. Пожалуйста береги себя.

— Я постараюсь. Как Кайла? — решила я сменить тему, и как любой любящий оборотень, нашедший свою пару, Генрих мог говорить об избраннице бесконечно. Я с удовольствием слушала его рассказы про малыша Фенрира и поздравила друга со скорым пополнением. В отличие от Северна наследники у Кёнига появлялись по любви, а не во имя отчизны.

Когда наконец-то начался интереснейший доклад я заняла место рядом с Генрихом, по крайней мере если это будет скучно, я смогу развлечь себя подтруниванием над медведем. Как я ошибалась.

Для начала на импровизированную сцену вышла группа ученых-изобретателей. Они подробно и очень интересно рассказали о процессе создания и испытаниях Авиша**, так был назван их первый летательный аппарат. Сложный симбиоз механики и магии дал поразительный результат, и, хотя, демонстрируемый экземпляр был явно военной разработкой, за гражданским направлением дело не станет.

Воздушное судно могло передвигаться, используя не только силу ветра, но и энергию маг кристалла которую удалось преобразовать в кинетическую. Аппарат был запатентован, и, хотя я точно знала, что в Стоунхельме ведутся разработки аэростата похожего на этот, а в Расаяне разрабатывались летательные машины, визуально напоминающие птиц, такого совершенства и готовности достигли пока только в Оруме.

Я была рада и раздосадована одновременно. В конце концов дело касалось не только национальной гордости, ведь несмотря на подписанный не так давно пакт о ненападении, вероятность конфронтации сохранялась. Куда и главное зачем Кроу вкладывал деньги налогоплательщиков не известно, закольцованный в желании получить как можно больше власти и могущества, он продолжает кружить по наезженной колее, словно механический заяц на псовых бегах. И, к сожалению, не видит дальше собственного носа, еще немного и Демистан потеряет статус развивающегося государства, а значит в экономику, будет поступать всё меньше денежных вливаний извне. Или уже перестают.

Алекс Де Вард, один из ведущих изобретателей, работающих с металлом и его свойствами, уже имел несколько письменных договоренностей с Расаяном и Стуонхельмом, не говоря уже об Оруме, что являлся его родиной, а значит был приоритетным для разработок. Все эти мысли, пойманной в ловушку кошкой мышью, метались в моей голове спотыкаясь о хладнокровие и выдержку. Ну по крайней мере мне так казалось. А потом Генрих сжал мою руку, привлекая внимание и сказал: