Vнутри (СИ) - Лаптева Маша - Страница 39

Откуда-то из-за кресла Шорох достал бамбуковую палочку, если не сказать дощечку.

"Бамбук славится своей твердостью", — начал он, поглаживая девайс. Шорох сделал несколько кругов вокруг модели, ровными медленными шагами он кружил над ней словно коршун, пока "жертва" содрагалась в предвкушении неизвестного с каждым его движением.

"Когда мы говорим о прошлых пытках, то сразу вспоминаем еретиков и ведьм, последних не только нещадно жгли на кострах, но еще и пытали на равне с первыми. Бедняжки быстро выдыхались, и готовы были признать себя хоть самим чертом лишь бы это прекратилось", — с этими словами Шорох сел на корточки перед лежащей девушкой, и горизонтально держа дощечку принялся наносить легкие частые удары по ее ягодицам. По началу игрушечные побои выглядели шуткой, такие легкие и почти беззвучные, если в первые секунды девушка была похожа на натянутую струну, то уже через несколько мгновений лежала вполне безучастно, широко улыбаясь.

"По началу все это кажется фарсом, который призван обеспечить жертве приятные ощущения", — монотонно произнес Шорох, — но как я уже говорил мощь Бастинадо не в силе, а в количестве.

Шорох продолжал спектакль, его сильная рука ни на секунду не сбилась с темпа, а жертва тем временем начала слегка ерзать, лицо более не выражало благостной безмятежности, что наблюдалась в начале! После нескольких минут такого легкого постукивания, девушка вдруг громко застонала, пытаясь пошевелиться.

— Не двигайся, — строго приказал Шорох.

И официантка превозмогая боль, изобразила покорность, хотя лицо ее к этому моменту уже кривилось от боли.

— Подойдите сюда, — очередной призыв Мастера флагелляций звучал как нечто не терпящее никаких возражений. И мы безропотно повинуясь, приблизились к месту действия. Мне почудилось, что вокруг Шороха и модели создалось какое-то энергетическое поле, столь интимное и зловещее, что я его ощутила! Кажется я слишком впечатлительна..

Когда мы оказалась в эпицентре событий, то все невольно ахнули. Ягодицы девушки, на которые продолжали сыпаться легчайшие удары выглядели почти синими! И это всего за несколько минут! Официантка не в силах больше сдерживаться извивалась, завывая от боли. Шорох резко остановился, но девушка продолжила плакать, и содрагаться.

— Если я продолжу, Лилия еще долго не сможет сидеть. Займите свои места.

Шорох помог подняться страдалице, которая улыбаясь, сквозь слезы раболепно обняла своего "Мастера" публично выразив ему благодарность, за столь жестокое обращение! Затем она покинула зал.

"Лилия не только официантка, но еще и мазохистка с внушительным стажем, но как вы успели заметить, даже ей Бастинадо далось не легко. Начинающим и большинству продолжающих, я настоятельно рекомендую не превышать одной минуты этой практики. А теперь поговорим о технике в деталях…".

Шорох сыпал терминами, не хуже чем ударами. Каждому его слову я почему-то верила, ни один факт не ставила под сомнение. Под конец лекции я оказалась настолько очарована, что уже сама мечтала побывать на месте Лилии! Но какое счастье, что этого не произошло. Не представляю, как бы я перенесла подобное, однако мысль о том, что Шорох будет стягивать с меня юбку своими сильными руками, и глядеть на меня бесстрастным красивым лицом… Нет! Нет! Что за чушь.

Я выбежала из аудитории в уборную, где принялась умываться, чтобы выбить из себя всю эту дурь. Во-первых я на работе! Во-вторых я его даже не знаю, в-третьих я его не люблю! Люблю я Валентина, который как будто начал теплеть. Он в конце-концов меня спас, а этот Шорох что такого сделал, что я уже готова пускай и в фантазиях, но всеже стянуть с себя юбку?!

После "умывательной встряски" я как будто слегка протрезвела, предательское возбуждение затаилось словно враг в засаде, кажется оно может вернуться в любой момент!

Свернув в последний коридор я вздрогнула — за спиной послышались шаги. Шестым чувством или третьим глазом, но я уже знала кому они принадлежат.

— Зина?

Я замерла и медленно повернулась, увидев его прямо перед собой: высокого, уверенного, взрослого и такого отчаянно красивого!

— Тебе не понравилась моя лекция?

— Понравилась, конечно понравилась, — сбивчиво бормотала я.

— Почему у тебя мокрое лицо? — он взял мой подбордок и слегка приподнял его, едва уловимым движением. Это был скорее намек, он задал направление, и я поддалась.

— Я плакала, — зачем-то сглупила я.

— Надо же еще ничего не случилось, а тебя уже рвет на части меж двух огней, — сказал он с вызывающей улыбкой.

— О чем ты… вы?! — возмутилась я.

— Ты прекрасно знаешь о чем я.

Неужели он догадался о моей спонтанно возникшей симпатии?! Какой пылающий стыд! Но как же волнует когда кто-то читает твои мысли… Меня бросило в жар.

— Зина дорогая позволь тебе кое что рассказать, — Шорох взял меня за руку и повел обратно в зал.

Через каких-то пару мгновений мы оказались на том диване, где проходило его первое интервью. В самом темном уголке пустого клуба.

Он дистанцировался намеряно сев напротив меня, а не рядом. Чтобы я ощутила каково это, когда его теплая сильная рука больше не сжимает мою? Да что со мной происходит, я придумываю то чего нет, почему я так легко поддаюсь на пафосный образ какого-то маэстро с плеткой?

— Я могу сделать так, что ты будешь с ним, — начал он пристально всматриваясь в меня, — могу сказать, что нужно делать, как себя вести. Мне даже не нужно знать кто он, чтобы научить тебя влюблять в себя мужчин.

— Что? Глупости, любовь — это не сценарий.

— Вся жизнь сценарий, — цинично заметил он, — а ты про какую-то любовь. Не смеши милая.

— Какую-то?!

— Ты и впрямь настолько глупа? — он резко схватил меня за запястье и потянул к себе, — Ты можешь очаровать его, женить его на себе кем бы он ни был. Но позволь я предскажу твое будущее. Нет будущее совершенно любой женщины, ЛЮБОЙ на этой земле. Первый год все довольно весело и прекрасно, на второй ваша лодка дает течь, на третий тонет, даже если остается на плаву. Вы уже не так интересны друг другу, ты ждешь его внимания, а он всеми силами избегает тебя утопая в делах, работе или другой женщине. И неважно как хорошо или плохо вы живете. Любовная лодка не разбивается о быт, она разбивается о время. И время это имеет вполне конкретный срок — три года Зина, три паршивых года, а порой и того меньше. Итог до слез смешен: обрюзглая действительность свалится на тебя со всей своей великой мощью, грубо сбив розовые очки с твоих прекрасных доверчивых глаз.

Я от чего-то задрожала, а горло сжалось, как-убдто в нем стало меньше места. У меня было мало мужчин, но заканчивалось все всегда именно так: внимания все меньше, каждый уползает в свою нору даже если вы живете вместе. Я всхлипнула.

— Тщщщ, — шепотом произнес он, — не надо плакать. Всегда есть выход.

С надеждой подняла влажные глаза и взглянула на него, подумав: Какой выход? Неужели можно всегда поддерживать взаимный интерес, или вечной любовь может быть только безответная..?

— Я предлагаю тебе изменить сценарий своей жизни. Уйти от рутины и обыденности, в отношениях. Все эти серые людишки, что живут по принципам удобным людям свыше, коротают вечера в тоске и безысходности. Семья, ячейка общества… да может быть для кого-то. Но лично мне эти рамки давно малы, а что на счет тебя? Я могу показать тебе новый мир, подарить феерверк эмоций, который не затухнет и не погаснет.

— С чего вдруг… о чем ты..

— Как только я тебя увидел, сразу понял что хочу тобой обладать.

— Вот так просто, решить что-то сидя на диване? Я. я, — я мямлила какую-то чушь, от неожиданности и обиды, что захлестнула меня от его слов.

— Ты будешь рада быть моей собственностью. Человек по своей природе раб, и всегда таковым был. Большинство людей созданы, чтобы преклоняться, даже выдумали себе для этого бога. Подчиняться для них, такая же естественная потребность как "пообщаться". Тебе нужно сильное плечо, а мне нужны глаза полные восторга. У тебя именно такие глаза, восторженные и чистые.