Марионетка. Странная связь (СИ) - Мельрих Ксения - Страница 39

Константин кивнул, усаживаясь за стол, я последовала его примеру.

— И как Вам тут живется? — с любопытством спросил парень, с аппетитом поглощая блины с семгой. — Хлопотно, поди?

— Если бы! — сокрушенно вздохнула бедная женщина и покосилась на повара, невозмутимо резавшего овощи в большую миску. — Этот изверг ничего толком делать не дает!

— Я Вам объяснял, любезная Людочка, — неторопливо проговорил мужчина средних лет, очень высокий и тучный. — Основные блюда привозят из ресторанов, я только закуски и завтраки готовлю. Тут и одному-то делать нечего!

Но бывшая экономка явно не верила повару, считая, что тот ущемляет ее в правах. Я немного поела, хотя аппетита совсем не было. Старалась поддерживать идущий разговор за столом, но то и дело вновь возвращалась мыслями к тому ужасному инциденту. Что-то надломилось внутри, словно механизм, отвечавший за живость и желание жить, сломался, его уже было не починить. Все вокруг мне казалось безнадежным и унылым. Я уже не испытывала страха перед будущим, мне как будто стало все равно, что ли.

Окончив трапезу, Константин повел меня куда-то дальше по первому этажу. Поблуждав немного, мы остановились перед высокими двустворчатыми дверями.

— Вот она — святая святых Игорька! — он улыбнулся, явно веселясь. — Ты все еще хочешь получить ответы на вопросы? Тогда тебе сюда. Это наша библиотека. Самая большая из всех тех, что имеются у Иных.

Он открыл двери и пропустил меня вперед. А она и вправду впечатляла. Помещение было высоким, в два этажа, и словно бесконечным, как в областной библиотеке, наверное. Я прошлась вдоль стеллажей с книгами, свертками и какими-то табличками.

— Нам чуть дальше, — проговорил парень, следующий за мной по пятам. — сейчас мы можем спокойно посидеть здесь, нас никто не потревожит, не до этого всем.

— Из-за вчерашнего? — спросила я, разглядывая причудливые надписи на корешках древних фолиантов. — Что-нибудь прояснилось?

Костя покачал головой.

— Ничего ясного. — он достал одну из книг с полки, повертел так и эдак и убрал на место. — Охотник проникает в дом, который имеет колоссальную защиту, незамеченным. За каким-то фигом убивает члена Совета Братства, угрожает тебе и, как ни в чем ни бывало, линяет по-тихому.

— У вас теперь будут проблемы, да? Ну из-за того, что убит этот брат Андрей? — я бросила быстрый взгляд на лицо парня и пошла дальне вдоль полок.

— Не то слово. — Он хмыкнул, разворачивая один из свитков. Проглядев его, он свернул папирус и засунул в специальное отверстие в полке, напоминающей сот. — Это очень серьезно. Да еще и ты тут. Уже дважды находишься на месте преступления, когда еще кровь теплая.

— Хочешь сказать, — с вызовом поглядела я на него. — меня подозревают в убийствах двух взрослых мужчин? Это смешно!

— Конечно смешно, — кивает парень, ведя меня куда-то за руку. — Убийства совершены ритуальным ножом. Только тс! Никто не должен знать, что я в курсе, идет? Это оружие охотников, которое может уничтожить нас как вид.

— Ты подслушиваешь? — ахнула я, сразу зауважав Костю в раза два, не меньше. — И тебя до сих пор не поймали?

— Уметь надо! — гордо вскинул он голову. — Так вот, тебя только больной на всю голову подозревать станет. А вот твой нареченный…

— Не смей! — рявкнула я зло, даже через чур зло, сжимая кулаки. — Я ничего не желаю слышать о нем!

— Это еще почему? — Эрнест вырос перед нами словно из-под земли. Я попятилась назад, немея от страха и жестокой обиды. — Я могу поговорить с Владой наедине? — он смерил Константина взглядом, который говорил, что он все понял, и это очень нехорошо для нас обоих.

— Вообще-то, — грубо бросил мой защитник, бледнея, — я показываю ей библиотеку.

— Я слышал, как именно ты это делаешь, особенно по теме. — взгляд более старшего не предвещал ничего хорошего.

— Ты иди, — вступилась я, боясь, как бы он не навредил моему другу, ведь именно я рассказала о своих сомнениях Косте, посеяв подозрения в отношении Эрни, как он любит выражаться. — я тебя позже найду, ты мне покажешь остальное, хорошо?

Мой взгляд прям — таки кричал: «Беги отсюда!». Костя с сомнением и опаской поглядел на меня, но все-таки ушел, явно недовольный таким поворотом дел. Когда он скрылся из глаз, а его шаги стихли в напряженной тишине, Эрнест подошел ко мне вплотную, прямо-таки испепеляя взглядом, полным ненависти.

— Ты следишь за мной? — явно храбрясь, спросила я, не в силах выносить эту тишину.

— Твой отец поручил мне приглядывать за тобой. — ответил он грубо, я старалась не смотреть на него.

— Да что может со мной переключится в доме, полном народу? — не сдержалась я и вспылила. — Оставь уже меня в покое! Что тебе нужно от меня?!

— Во-первых не лезь, куда тебя не просят. Убийствами занимаются те, кто в этом хоть что-то понимают, а ты только запутываешь все, мешая со своими предположениями. — его голос был полон яда.

— Да я почти уверена, что ты в этом замешен! — выплюнула я ему обвинение. — И чем тебе не угодил этот невинный старичок?

— Ты и так доставляешь массу неприятностей одним своим присутствием, — проигнорировал он мои нападки, — не добавляй еще. Тебя приютили в этом доме, дают тебе защиту, будь благодарна. А во-вторых, — он подошел ко мне вплотную, нависая надо мной, словно домоклов меч, — не путайся с этим парнем, поняла? Если я еще хоть раз услышу, что ты ночуешь в его комнате или просто зашла туда на пару минут, я…

— Что ты сделаешь? — насмешливо, с вызовом спросила я, чувствуя обиду и боль, засевшие в груди. — Довершишь начатое?

Слезы жгли глаза. Я отступила на несколько шагов от него, ничего не видя перед собой.

— Я…Влада… — его голос стал каким-то приглушенным, виноватым. — Я перегнул палку, признаю. Я не хотел так тебя обидеть, правда!

Он осторожно взял меня за руку, но я вырвала ее, чувствуя, что готова взорваться от ненависти к нему.

— Не смей прикасаться ко мне! — закричала я. — Ты мне омерзителен! Я ненавижу тебя!

Я побежала со всех ног, не зная куда, совершенно потерявшись в этом лабиринте из книг. Он нагнал меня в одном из тупиков. Я начала хватать книги с полок и швырять в него, совершенно не церемонясь с явно бесценными экземплярами. Он уворачивался, пытаясь приблизиться ко мне. Я не понимала, зачем он лезет ко мне. Неужели не видит, что я не собираюсь сдаваться? Все-таки он изловчился, схватил мои руки и с силой прижал к себе. Я зарыдала в голос, ударившись в истерику.

— Прости меня! — прошептал он, прижавшись щекой к моим волосам. — Я не знаю, что на меня нашло! Я как услышал, что Константин говорит твоему отцу о тебе, твоих подозрениях, что ты провела ночь в его комнате, у меня просто помутнело в глазах. Я едва рассудок е потерял, представив вас в одной постели. Я порой схожу с ума, не могу контролировать себя.

Я глотала слезы, уткнувшись ему в грудь, испытывая и радость, невероятное счастье от его слов, и сильнейшую боль от того, что он вытирает о меня ноги, а я ничего не могу с собой поделать.

— Ты не должна находиться с ним рядом, ты поняла? — его голос вновь стал стальным, режущим. — Я вам обоим шеи сверну, если узнаю, что между вами что-то было!

Я оттолкнула его от себя, вытерла рукавом лицо и заорала так, что самой стало не по себе:

— Я буду общаться с тем, с кем посчитаю нужным. А уж если я решу с ним переспать, тебя я спрашивать не собираюсь!

Он отшатнулся от меня, словно я ударила его. Слова, слетевшие с губ, были жестокими, я это понимала. Но он сам виноват. Я не его собственность или вещь. Я никому не позволю так с собой обращаться! Его лицо внезапно стало еще красивее от гнева, проступившего на нем, глаза сузились, полностью почернев. Я, затаив дыхание, любовалась им, явно не отдавая себе отчета в том, что мне угрожало. Он схватил меня за волосы и притянул к себе. Я вскрикнула от боли, только сейчас осознав, что натворила. Он поцеловал меня грубо, бесцеремонно, причинив боль. Я уперлась руками ему в грудь, попыталась оттолкнуть, но мои потуги были тщетны. Мое сердце бешено билось, я понимала, что сейчас что-то будет…а мгновение спустя мне стало все равно. Как только он оторвался от моих губ и поцеловал меня в шею, я забыла обо всем на свете. Мои руки лихорадочно касались его тела, словно обретя свободу. Я откинула назад голову, дотянулась до его волос, погладила их, они были такие мягкие и шелковистые на ощупь. Мы опустились на пол, не разжимая объятий. Каждая клеточка моего тела кричала от желания, я больше не могла терпеть. От его поцелуев и ласк, я совершенно потеряла голову, забыв собственное имя. Каждый нерв моего тела звенел от наслаждения и нетерпения. Эрнест все тяжелее дышал, почти полностью раздев меня. Он что-то шептал, просил, обещал, но я ничего не понимала, зная только одно, если мы не овладеем друг другом, я просто умру.