Исправление настоящего (СИ) - Терновский Юрий - Страница 28

И увидела, что на том месте, где она труп оставила, было только свежее пятно крови, а сам он — этот проклятый труп, сидел около стены, склонив голову на грудь, и зажимал живот окровавленными руками. От этого зрелища у нее закружилась голова, и она сама чуть не свалилась вниз, рискуя сломать себе шею. Бедняжку стошнило… «Жив, — испугалась она и в то же время обрадовалась. — Столько времени прошло, а он все еще жив, вот сволочь!» Кэт поменяла позу, усевшись на краю люка и свесив вниз ноги. Кто бы только знал, как ей сейчас не хотелось туда возвращаться, но выхода у нее уже не было. Если он и в самом деле не виноват, если верить записи, то тогда виноватой автоматически становилась она, отправившая человека к ангелам и даже не попытавшаяся его хоть как-то удержать на этой грешной земле. «Короче, — решила она, — даже самый отъявленный негодяй все равно имеет право на милосердие. Не суди, да не судима будешь!» И с этой оптимистичной мыслью, нащупав ногой ступеньку, она и заставила себя сделать шаг в преисподнюю. Второй шаг сделать оказалось еще труднее. Ноги то дрожали, то предательски подгибались в коленках. Спустившись до половины лестницы, она замерла и прислушалась, рассматривая скрючившееся тело. «А пистолет где? — мелькнула мысль, и она принялась испуганно шарить глазами по полу, боясь самого страшного, что он уже у него в руках. — Дура, — кляла она себя, — допрыгалась. Решила в благородство поиграть. Сейчас он тебя и отблагодарит девятью граммами свинца между глаз». Но все обошлось. Пистолет валялся все там же, где она его выронила, а сидящий около стены даже и не думал шевелиться. Кэт еще раз попыталась взять себя в руки и постаралась успокоиться. «Он, наверное, уже умер, — шептала она в надежде, спускаясь всё ниже и ниже, что все так и есть. — И мне ничего не грозит. И за самооборону мне тоже ничего не будет…»

— Эй, — тихо позвала она сидящего, но ответа не последовало. — Эй, — повторила она чуть громче и осторожно спустилась еще на одну ступеньку. Ступенька скрипнула, но ответа так и не последовало. Еще несколько ступенек, и смелая женщина осторожно коснулась ногой деревянного пола, снова оказавшись в преисподней, где снова под ногами скрипели дряхлые ступеньки и пахло плесенью, где снова не хватало света и воздуха. И снова рядом был этот отвратительный тип — ее потенциальный убийца-хранитель. Только теперь они уже поменялись ролями, и не она зависела от него, а наоборот, его жизнь, если таковая еще теплилась в его никчемном теле, полностью зависела теперь от нее. Кэт медленно подкрадывалась все ближе и ближе к телу и, странное дело, все больше при этом успокаивалась. А когда она оказалась с ним рядом и опустилась на колени, то от былого страха не осталось и следа. Ее больше даже не мутило, такая вот гадость. Кэт прикрыла глаза и постаралась прислушаться к самой себе. Неужели она тоже стала такой же? Мысль, от которой ее тут же снова чуть не вырвало. Не дождутся! Потрогав лоб, она убедилась, что он еще теплый, и принялась расстегивать ему рубашку на груди, чтобы добраться до сердца. И оно тоже еще билось, еле слышно, правда, и как-то через раз, как ей показалось, но все же гоняло еще кровь по телу. «Странно, — думала Кэт, осторожно укладывая его на пол и подкладывая под голову грязную подушку, что стащила с кровати, — этот человек хотел меня убить, а потом якобы даже спас мою жизнь, пряча в этом погребе, если это правда, а я его убивать совсем не собиралась и угробила. Теперь сама же и спасаю, мне это надо, именно за этим я сюда и приперлась?» Кэт разжала ему руки, прижимавшие к кровоточащей ране скомканную, испачканную в машинном масле, кровавую тряпку и внимательно осмотрела рану, после чего оторвала от подола платья большой кусок ткани, пытаясь соорудить из него что-то вроде повязки. «Пуля прошла навылет, где-то сбоку, — успокаивала она себя. — Может, все еще и обойдется. И меня не посадят… Ему в больницу надо, и чем скорее, тем лучше, а мне звонить своему заморскому адвокату. Старик вытащит, он, наверное, уже прилетел». Со всеми этими местными перетрясками она даже забыла его имя, точнее, не вспомнила, но так ли это было важно.

— Очнитесь, — дернула она «мертвого» за руку. — Эй, вы живы?

К покойникам только на «вы», они ведь уже грубостью не ответят, а вот чертей наслать могут, в чем Кэт даже не сомневалась. Раненый не реагировал. Бесстрастное побелевшее лицо с ввалившимися, покрытыми густой щетиной щеками и такими же ввалившимися, почерневшими веками застыло в немой, спокойной неподвижности. Как спокойны всегда покойники, так же спокоен сейчас был и этот с перебинтованной головой. «Мы вообще-то собирались в отпуск», — вспомнила она его слова. Все, больше ее никто не обидит!

— Очнись же, — повторила она уже громче и стала трясти тело за обмякшие плечи. Бесполезно. В отчаянии она принялась хлестать его по щекам, ясно понимая, что если она сейчас не приведет в чувство эту «мякоть», то не сделает этого уже никогда, а лужа крови, что натекла рядом с ним, была явным тому подтверждением. Пустой сосуд жизнью уже не заполнишь. Ей вдруг так стало жалко его, себя и весь этот проклятый мир с его нескончаемыми проблемами и трагедиями, что сдерживаться уже не было сил. А когда она, наконец, от души наревелась и успокоилась и, все еще всхлипывая, снова взглянула на почти что уже покойника, ей вдруг показалось, что его губы, она не поверила своим глазам, слегка растянулись в издевательской ухмылке. Полутруп усмехался! Нет, ну надо же какая сволочь, вызверилась она на урода. Почти сделал уже ее убийцей и ржет в свое удовольствие. Вы видели такое!

— Скалишься, да? — процедила она сквозь зубы. — Решил напоследок еще и поиздеваться надо мной, скотина.

Женщина поднялась на ноги, чувствуя, как у нее все внутри закипает от гнева: мало того, что сам подыхает, так еще и ее на всю жизнь решил сделать виноватой!

— А вот ни черта у тебя не выйдет, понял? — разозлилась она окончательно. — Решил так просто от меня отделаться? Чтобы я потом еще и мучилась из-за тебя? Не выйдет. Подругу у него стащили, какое горе! Моего друга тоже, может быть, убили, и муж мой насмерть разбился, отправляться к ним самой? А ну вставай! Мне только еще не хватало стать порнозвездой в вашей варварской стране, ноги моей больше здесь не будет. И моли Бога, чтобы этот диск в машине был единственным, а я его единственной зрительницей, иначе…

Странное дело, но после прогремевшего в подвале выстрела прежние страхи по поводу стремного видео с ее участием отошли как-то сразу на второй план. Неизвестно почему, но она точно знала, что этот диск и в самом деле единственный. Не понимала, правда, почему он отдал его без денег, зачем вообще было тогда всю эту гадость снимать и городить весь этот огород, но тут же нашла и этому объяснение, что он и сам на этом видео засветился, вот и прикинулся чистеньким, чтобы уж совсем с головой не уйти в грязь. С другой стороны, свое лицо можно было и вырезать из кадров ради сотни тысяч долларов, она выложила бы и больше за эту гадость. И ради чего, чтобы осчастливить сироток в детском доме? Странный какой-то вымогатель… Кэт присел рядом с раненым на корточки и перекинул его левую руку через свою шею, а второй рукой обхватила его за талию, набрала как можно больше воздуха в легкие и стала подниматься. И это ей удалось, хоть и с пуком. Но при первом же нетвердом шаге руки ее разжались, нога на высокой шпильке подвернулась, и они оба завалились на пол.

— Черт, — выругалась она, избавляясь от обуви и вытирая с лица пот, понимая, что так дело не пойдет, силенок маловато. Не хочет идти, что ж, будет ползти. Всего-то несколько шагов до лестницы. Отшвырнула в сердцах нагой бронежилет, неизвестно откуда взявшийся возле тела, не придав этому никакого значения, и принялась за дело. Самое трудное сдвинуться с места, а уж потом по закону инерции… Намазать бы еще маслом пол, чтобы лучше скользило, да только где же его было в этом подвале взять. Спасли старые покрышки, на одну из которых она его и взгромоздила. Таким образом тащить его оказалось гораздо легче, чем на себе, но все равно, добравшись с ним до лестницы, она уже была никакая, чтобы еще с сотней килограмм живого веса карабкаться наверх. Оставив ненавистное тело, женщина устало свалилась рядом и прикрыла глаза руками. Вот и все…