История одного солдата (СИ) - Зотов Саша - Страница 44

* * *

1185 год н. э. Лето, 3 декада, 346 д.с.н.г. Энкуа.

«Однако все ж господин старпом прав, и нужно привыкать спать пока дают» — пожурил себя Альхер сидя посреди кучи храпящих тел.

Заняться решительно нечем. Разве что на улицу выйти, но там опять же далеко не уйдешь, да и потом же заняться то нечем.

Поразмыслив над этис сложным вопросом, Альхер взглянул на мешок с вещами, да только рыться то в нем вроде бы незачем. Перевел взгляд на свой жезл, стоявший, как и прочие в углу у маленького чердачного окошка. Да где он сейчас достанет чистую тряпку, и масленку, а без них и толку разбиратьего нет.

На мгновение Альхер даже позавидовал Амину. Уж он то всегда знает чем заняться в свободное время. Подумал было о его книжке, на тут вспомнил что она, вернее то что от нее осталось, уехала вместе с раненым в госпиталь. Как оказалось не такая это бесполезная вещь на войне как он думал. Книга то. Наконец его взгляд задержался на пленнице.

Последняя не спала, смотрела в стенку а то и вовсе в пустоту. Можно подумать, что она и вовсе не спала. Во всяком случаи солдат бы не удивился. Хотя человек же все же. Пусть заостренные уши говорили об обратном.

Стоило девушке заметить, что за ней следят, в ее глазах сверкнула ярость, но лишь на мгновение. Вместо этого девушка вернулась к созерцанию пустоты.

— Что не удалось сбежать? — бросил Альхер, — навряд ли тебя это успокоит, но господин Коргин в узлах мастер.

Как Альхер и предполагал, девушка не отреагировала. Да и с чего ей отвечать своему врагу. Тем более если он над ней насмехается.

— Тебе тоже не спится? — стараясь говорить мягко, подступил с другой стороны ополченец, — мне вот тоже… темные боги, ты ведь меня все равно не понимаешь.

Солдат просидел так еще с полминуты и тут ему в голову пришла мысль.

— Слушай. Понятное дело что тебе не за что меня любить. Даже убить себя тебе не дал. Да и имя свое ты вряд ли скажешь, но тебе же скучно так же как и мне. Может в слова поиграть? А ты ведь от Древних происходишь стало быть знаешь игру эту. Как там… — Альхер напрягся пытаясь вспомнить что проходил в школе, правда без особых успехов, хоть и знал что Древний язык нужный, если собрался путешествовать, — Слова… как это… куэтта… туалли… туалла- … туалла ми куэтт — Игра в слова. Ничего ведь не будет плохого если мы просто поиграем в слова. Туалла ми куэтта? Туе ар ни?

Девушка, до того ни коим образом не реагировавшая на слова Альхера, услышав слова древнего языка казалось оживилась, но тут же понурилась.

Что же касается Альхера то его никак нельзя было назвать знатоком Древнего, хоть слов он знал и не мало благо учили хорошо — ругали стало быть знатн. Но вот многочисленные времена да рода эльфийского остались для него тайной покрытой мраком.

— Так значит ты поняла? Начну… — Альхер замолчал, придумывая слово, которое бы не могло быть воспринято как попытка начать разговор, но ничего лучше «сестра», ему в голову не приходило. А кого еще ему вспоминать при мысли об уроках если не Мельк? Ведь она спрашивала пожалуй построже всех учителей вместе взятых.

— Селер, — сдавшись выдал он.

Ответа не последовало. Может у него все настолько ужасно с произношением, что она просто не поняла что он сказал? Или она настолько его ненавидит, что и слова проронить не готова. Альхер уже был готов сдаться, как с ее губ сорвалось:

— Ракко, — совсем тихо пробормотала кочевница.

««Проклятие?»… Она меня что ли проклинает?! Но это все же ответ».

— Остар, — ответил солдат.

— Роита.

«Это ведь не существительное… «Преследовать»… темные боги… вот только если поправлю».

— Амра, — ответил Альхер взглянув на ржавый крюк.

— Аире, — голос девушки, теперь чуть окрепший оказался мягким мелодичным. Верно так и говорили Древние. Или почти так.

— Ер — секунд десять поразмыслив вспомнил Альхер второе слово для обозначения «первый».

— Рокко, — произнесла девушка с какой-то особой теплотой и как показалось юноше, с вопросом. Сам же он помрачнел при мысле о бедной лошадке девушки. Уж бедная животина точно ни в чем не виновата. И кочевница и вправду имела право знать. Ведь вплетала бы она в гриву такие же ленты как в своим волосы, если б не любил лошадь.

— Ты… прости, я убил твою лошадку. Твоего коня. Он был ранен и… то есть прости. Эм…Ин макар рокко. Рокко квалин. Макуэтэ аватайра.

— Ханта, — лишь губами, едва ли не прошептав, произнесла девушка.

— Не за что… Я… я ведь должен был, — чем больше Альх говорил, тем больше он чувствовал вину. И перед кем? Врагом? Той что безжалостно едва не убила его друга, но Альхер сглотнув, взял себя в руки — Как тебя зовут?

— Нену.

— Это ведь какой-то цветок… Постой. Так ты понимаешь наш язык.

Явно раздосадованная собственной неосторожностью девушка укусила губу, да так что на краю глаз выступили слезы. Или это были слезы о друге. Но на удивление быстро собравшись, лишь пару раз сморгнув, приняла свой прежний каменный вид, ответила.

— Знаю. Мало.

— Но даже так… Я, я… мне правда жаль что так вышло. Она… твоя лошадь умерла быстро.

— Война. Ты враг, — с большими перерывами. Явно подбирая слова, прервала оправдания Алхера, наследница Древних, — Я убить твой друг. Ты убить мой.

— Война? Все так просто? Значит ты убила моего друга, а я твоего? Башь на баш и все нормально?! — вспылил Альх.

Девушка в ответ лишь кивнула.

— Да ты… какого пса морского вы вообще к нам приперлись? Вас что кто-то сюда звал? Какая к Ульхаилу война да баш на баш?! Вы это, — вы к нам пришли, а не мы к вам. Так что и катиться вы должны отсюда, а не правила равноценного, к темным его богам обмена устанавливать!

— Ты можешь убить меня. Я молчать. Ты победить. Это твой закон. Если хотеть ты можешь взять. Я как женщин. Я молчать. Ты победить. Это твой закон. Если хотеть я убивать за тебя. Ты победить. Это твой закон. — бесстрастным, но все столь же прекрасным голосом объяснила девушка. Но при том он был ужасен. В ее голосе не осталось ни надежды, ни страха, лишь покорность судьбе, так как буд — то бы ее и вправду не волновало что с ней будет. Как буд-то бы так и надо. Как буд-то бы это — правильно.

И это злило еще больше. Отбивало всякое желание что- либо ей делать. Какой смысл ее бить, глумиться мстить, если она и так на все согласна, все готова принять? И в конце концов не она ведь развязала эту войну.

— Не хочу я никого убивать. И потому мой друг жив. Хватит с тебя и лошади — наконец ответил солдат.

— Тогда ты взять меня, — предложила девушка.

— Уж этого то я делать точно не собираюсь.

— Ты слаб. Говорить как ребенок. Если я ты не нужен ты убить меня, — продолжала вещать девушка так как буд-то бы говорит о том, что солнца два а камни падают на землю.

— Ага, — невесело отозвался Альхер, — как ребенок. Да ты сама еще ребенок! А дети… Знаешь может это мы тут ничего непонимающие идиота, варвары, а ты гордая воительница, и знаешь как положено жить, но… ульхаилову мать за ногу… я знаешь ли крестьянин. Пахарь, да грузчик, Не воин. Так, что мне ваши законы псовы не понять. Взять говоришь о да как же.

— Ты слаб.

— Да, что тебя… Альхер немного помолчал, не зная что тут еще можно сказать стараясь побороть желание пару раз кого-нибудь стукнуть. Вот только что бы это доказало кроме ее правоты. Да и о чем с ней говорить? Только что он понимает? Слова что она произносит, вот только говорят они на совершенно разных языках.

— Слушай… ты когда в последний раз ела? Да что там понятное дело что давно… и вчера ничего не сказала. Где-то здесь, — Альхер полез в свой мешок в поисках отложенной четвертинки хлеба, всяко лучше чем ничего, — держи. Да только держать то тебе нечем… Ты ведь не сбежишь?

— Я не сбежишь. Сбегать. Я мертва.

— То есть как? — искренне удивился Альхер, хоть мгновением раньше и зарекся вступать с ней в серьезные разговор, все одно — одно расстройство, — вроде бы вполне живая. Даже не покалечена особо.