Суданская Альтернатива (СИ) - Чернов Кирилл Николаевич - Страница 148

Японцы отошли с большими для себя потерями на остров Айхэцзян, но, горные пушки и часть нашей артиллерии, начали бить по ним и там. Серьёзных укреплений японцы не успели там соорудить, поэтому несли потери. После такой неудачи своей пехоты, часть японской артиллерии перенесла свой огонь на позиции русской пехоты, которая так жёстко встретила японцев, другая пыталась подавить своих русских визави, которые весьма удачно вели стрельбу закрытых и полузакрытых позиций, и тоже оказались замаскированными. Вскоре артиллерийская перестрелка закончилась, стороны стали готовиться ко второй попытке.

В новое наступление генерал Куроки перешёл всеми силами, решив одновременно нанести удар по всем русским позициям сразу, у Тюречэна, Потэтынзы и Чингоу, там силами 12-й дивизии.

В 11.15 японцы начали сильный обстрел русских позиций, русская артиллерия им ответила, отвлекая часть огня на себя и заставляя японцев под ответным обстрелом вести менее сильный и точный огонь. Около полудня японская пехота как казалось неудержимым потоком вновь пошла в атаку на русские позиции. Сначала её встретили огнём горные орудия, потом вновь пошли в дело пулемёты, миномёты, ракеты и винтовки. Но, японцы упорно шли вперёд, отталкивая руками и прикладами плывшие тела своих уже убитых товарищей. И всё же смогли большими силами выйти на берег, и со своим "банзаем" сразу бросились в атаку. Но, несмотря на всю ярость и желание, даже бойцы гвардейской дивизии не могли пройти импровизированные засеки, рогатки, мины, и прежде всего шрапнель и даже картечь горных орудий, ДЗОТы с пулемётами и пулемётный огонь из окопов. Вскоре весь берег на месте атаки покрылся телами убитых и раненых японских солдат. По прикрытием огня своей артиллерии генерал Куроки, отвел свои силы Гвардейской и 2-й пехотной дивизии даже с островов, поскольку по позициям японцев на них вела огонь так и не подавленная русская артиллерия. Но, тяжелее всего пришлось в этой атаке, 12-й японской дивизии.

У неё в отличие от других у неё было артиллерийского прикрытия. А русские начали по ним бить из 75 мм горных Круппа уже на их позициях на левом берегу Айхэ. При переходе реки японцы попали ещё под огонь пулемётов, картечниц и винтовок. И только несколько десятков отчаянных везунчиков сумели под этим свинцовым градом дойти до русского берега, где и залегли. Их перебили своим метким огнём снайпера добровольцев и стрелки из охотничьих команд. И когда понёсшая немалые потери при попытки перейти Айхэ японская 12-я дивизия отходила от берега, чтоб выйти из под огня русских пушек, их атаковал с севера генерал Мищенко со своими казаками.

От неожиданной атаки казаков, поддержанной огнём пулемётов и ракет, принявшие на себя первый удар японцы все погибли, их перекололи пиками и порубали шашками, те, кто были за ними начали спешно отступать. Удар казаков был внезапен и силён, но, их было немного, 1 600 человек, а японцев, несмотря на потери, несколько батальонов. Поэтому почувствовав нарастающие сопротивление, и получив в ответ пока ещё нерешительные контратаки японцев, Мищенко отвёл своих забайкальцев, при этом продолжая, создавая угрозу новой атаки. Опасаясь совместного удара русских с правого берега и казаков, части 12-й дивизии начали отходить на юг к Тигровому холму под прикрытие свой артиллерии, но, там до них дотягивалась и русская артиллерия, которая начала их беспокоить обстрелами. Но, на этом неприятности от генералов Зарубаева и Артамонова для их визави генерала Куроки не закончились.

В момент второй атаки японцев четыре сотни казаков при поддержки двухсот корейских повстанцев атаковали переправы японцев на остров Киури на левом берегу Ялу. Караулы и часть сапёров были уничтожены, остальные оттеснены внезапной и дерзкой атакой русских там, где её и не ждали. Корейцы уже начали разрушать ближний к себе понтон с левого берега на остров Киури, а подошедшие сверху реки лодки с бойцами начали разрушать понтон с острова на правый берег. Возникла явная угроза отсечения 12-й дивизии от главных сил. Только подошедший японский батальон из резерва и перенесённый огонь японской артиллерии с острова Сямалянду по атакующим казакам и корейцам заставил их отойти.

Такого сопротивления и решительных действий от русских, которые перед сражением убаюкивали японцев своей пассивностью, генерал Куроки точно не ожидал. К шести часам вечера японцы оставили острова Айхэцзян, Сямалянду, чтоб выйти из зоны обстрела русской артиллерии, которую они так и не сумели уничтожить. Потери японцев были большими, более восьми тысяч человек, из них убитыми, утонувшими, без вести пропавшими, более половины от всех потерь, было и немного пленных. У русских потери, около двух тысяч, большей частью ранеными и контужеными. Меньше всего потерь было в батальонах добровольцев, после боя, офицеры и солдаты, уже с большим вниманием, чем до него рассматривали и примеряли на себя "железяки", многие, которые имели отметины от попадания осколков и пуль, но, при этом сохранили жизнь и здоровье своим владельцам.

Река, где при попытки перейти её, было пролито столь много японской крови вновь разделила противников. Японцы оставались на только Тигровом холме, острове Осеки и Киури где уже сделали более основательные укрепления.

В ночь с 3-го на 4-е июня, силами двух батальонов, добровольцев и корейцев внезапным ночным штурмом они выбили японцев с Тигрового холма. Корейцы вполне мирный народ, в отместку за уничтоженных на минных полях соотечественников на своём участке атаки, японцев в плен не брали. С рассветом ведя корректировку с захваченного холма, русская артиллерия силами шести батарей обстреляла японские позиции и переправу на северной части острова Осеки. Эти действия генералов Зарубаева и Артамонова принесли японцам новые немалые потери. В тот же день Тигровых холм был оставлен, на нём остались только наблюдатели. Поэтому обстрелу из 120 мм гаубиц Круппа подверглись опять уже покинутые позиции. После этого происходили только небольшие перестрелки между сторонами, и ночные нападения на японцев, здесь неоценимую помощь нашим силам оказали местные корейцы, многие из которых взялись за оружие.

Начиная с 5 июня 3-й сибирский армейский корпус по ночам начал покидать свои позиции на Ялу, уходя на Фынхуанчэн, чтоб вновь встретить японцев на перевалах Ляодуна. 10 июня последними ушли добровольцы, при чём они ушли на Квантун, оставшиеся корейцы ещё целый день изображали деятельность на оставленных позициях, и вечером тоже ушли. Японцы заподозрили подвох только на следующий день, и начали осторожно продвигаться вперёд, но, время от времени всё же подрываясь на расставленных русскими минах, и 12 июня заняли уже бывшие их позиции.

Русские ушли, но, остались воодушевленные победой, приобретшие боевой опыт и наполненные ненавистью к японцам корейцы. Их партизанские отряды, которые могли доходить численностью до батальона, снабжённые русским оружием и японскими трофеями, в течение всей войны создавали очень серьёзные проблемы для японцев. Они в ответ на действия корейцев вынуждены были держать гарнизоны и отвлекать крупные силы для охраны путей сообщения, складов, магазинов, обозов от нападений партизан. Проводили японцы и "примирительные" операции, которые отличались по отношению к местному населению большой жестокостью, что, в ответ увеличивало численность корейских отрядов, и уменьшало число кули из местных.

Сейчас и наверняка потом, историки, различные стратеги, высказывают мнение, что не стоило так легко отдавать позиции на Ялу, после так успешно выигранного сражения. Что надо было дать ещё одно сражение, ведь шансы ещё на одну победу были всё ещё высоки. Но, я и многие военные, историки, уверены, что генерал Зарубаев и Артамонов поступили совершенно верно уйдя с Ялу.

Генерал Куроки несомненно запросил подкреплений, и получил их, пехоту, артиллерию, в том, числе и тяжёлую. Во второй раз он, учитывая опыт первого сражения, организовал бы наступление в трёх, а может и более направлениях, более широко использовал бы именно тяжёлую артиллерию, и использовать аэростаты, могли даже привлечь силы флота для действий на Ялу. Учитывая всё это, и упорство японцев, их не особую чувствительность к потерям, с большой долей вероятности это привело бы к поражению Восточного отряда. Отход же его на перевалы за Фынхуанчэн, укорачивало транспортное плечо для него, и, наоборот увеличивало его для японцев, и они вновь должны были атаковать русские войска на заранее подготовленных и выгодных позициях, получая при этом значительные потери, без гарантии достижения успеха. И как показали дальнейшие события, стратегия тореадора оказалась верна".