Свет Черной Звезды (СИ) - Звездная Елена - Страница 74

Он жил мной.

Только мной.

Исключительно мной.

Соответственно, лично ему было плевать на то, сколько делегаций меня ожидают — по мнению кесаря, они вполне могли подождать меня и трупами, в смысле в безжизненном состоянии, так что я старалась… избегать возможности вместо дипломатических переговоров проводить похороны или ритуал оживления. Просто и в том, и в другом случае это время и силы, ко всему прочему я не очень любила что похороны, что оживления, чем Араэден и пользовался, проявляя тем самым невероятное коварство, усиленное вдвое по причине того что светлые были сами по себе коварны, темные тоже сами по себе очень коварные, а кесарь это два в одном! В смысле он был в два раза коварнее всех своих родственников! Вообще всех! Я так понимаю, даже Властитель Ночи мог уже идти и плакать в уголке от зависти.

Одна маленькая проблема – рыдать от зависти Арахандар явно не любил.

***

Экономику Эрадараса я создавала рекордными темпами. Освобождение рабов, внедрение в человеческие общины достойных мастеров из Оитлона, и строительство не только городов, но и заводов. В то утро я как раз инспектировала новый ткацкий завод где меня ожидали мастер Соно, и мастер Тод, привезенный из Оитлона и еще несколько не привыкший к зеленоватому цвету небес, но зато уже проявивший ту основательность в подходе к строительству, которой так славились оитлонские мастера.

Заводы строили рабы, вкладывая в производство не только знания, но и всю душу. «Полученное без труда — выброшенное» — эту мудрость шенге я и использовала в качестве главного принципа освобождения из рабства. Свободу получали лишь заслужившие ее, а потому у тех кто желал снять оковы имелся стимул, основательный стимул быть максимально старательными. И глядя на то, с какой самоотдачей работали люди, я вполне могла гордиться своей расой.

Кислая мина Эдогара правда не радовала, он все еще не мог свыкнуться с тем, что рабство медленно, но основательно и уверено уничтожается, но уже оставил свои попытки доказать мне, что люди все-таки на ступень ниже в своем развитии, нежели элары. Впрочем, все лорды Великих Дворцов заткнулись по данному поводу, едва я милостиво уведомила их, что являюсь чистокровным человеком.

Забравшись на холм перед поселением, я осмотрела радостный пейзаж — заводы, мануфактуры, сырьевой рынок в трех тысячах шагах, и растущий ремесленный городок, и все это в часе верховой езды от столицы светлых.

— Полагаю, это будет потрясающий день! — воодушевленно заявила я своим сопровождающим.

И собственно зря я это сказала, потому что потрясло, так потрясло…

Для начала потрясло холм, и я удержалась на ногах, исключительно благодаря Эдогару, все же реакция у пресветлых лордов была по-хищному быстрая, более того – глава моей канцелярии и как воин оказался на порядок лучше всех нас. Ну, потому что мы, во-первых, не были воинами, а, во-вторых, лично я никогда не думала, что похищение может начаться землетрясением, и потому, когда Эдогар выставил щит, я, цепляясь за его руку в попытке удержаться от падения, с изумлением спросила:

— А что вы делаете?

Пресветлый вместо ответа, попытался призвать портал, но нападающие были готовы именно к этому, и заискрившийся сияющий портал элара, сменился багрово-алым порталом темных, собственно в этот момент я и поняла, что происходит.

Следующий щит выплетала уже я, отчетливо видя бегущую к нам стражу города, пресветлых магов в серебряных доспехах, призывающих магию и потому тоже засиявших, и даже рабов, которые узрев неладное, кинулись меня спасать, что на самом деле было очень приятно, если честно, но… не очень эффективно, к сожалению.

Как впрочем и мой щит.

— А что вы делаете? — изумленно вопросил Эдогар, наблюдая убогую конструкцию из криворуко переплетенных лиан магии Жизни, которые на вид были достаточно… эм… неприспособленными к чему-либо.

Потому что нормально плести я так и не научилась, плетение в целом видимо не мое, я бисером вышивать даже не научилась в свое время, а сейчас… время было упущено.

Из увеличившегося портала вышел издевательски ухмыляющийся Арахандар Властитель Ночи и щит Эдогара снесло вместе с моим главой канцелярии, а удар появившегося пресветлого брата кесаря снес к гоблинам спешащих на помощь своей императрице магов, и в следующую секунду, перехватив меня за талию, главный арахнид Тэнетра совершил самую срашную ошибку в своей жизни – похитил меня.

***

В момент переноса через портал, я благоразумно зажмурилась, а потому, едва мы перенеслись, ни стонов, ни стенаний, ни жалоб с моей стороны не последовало.

— Ваша «богиня»! — издевательски возвестил Арахандар и я открыла глаза.

Сказать, что Властитель ночи был идиотом, это не сказать ничего, потому что он был… неимоверно тупым идиотом. Я с трудом сдержала улыбку, оглядываясь… Когда Юранкар сообщил о том, что темные строят что-то грандиозное, он забыл упомянуть такую маленькую деталь, как брачное ложе посреди этого свежевыстроенного черного храма.

То есть этот, который Властитель гоблин его пожри ночи, решил поиметь меня на глазах у максимального количества присутствующих. Отче не постеснялся даже своих сыновей — Араэн, Ависей, Анрах и даже Акъяр принц Ночного ужаса, все были тут. Более того, находились в пределах круглого черного храма, в то время как остальные расселись за черными колонами, приготовившись к зрелищу.

И… судя по тому, с каким интересом сейчас все они смотрели на меня, явно ожидалось, что мне сейчас полагается кричать, просить о пощаде, и в целом молить о спасении. Боюсь, я была не в силах оправдать их ожидания, потому что лично меня разбирал смех — мы искали повод уничтожить Арахандара, сохранив жизни его сыновьям, и не подвергая тотальному уничтожению тэнетрийских лордов, принесших клятву верности Властителю ночи и в соответствии с этой клятвой поклявшиеся защищать его или его честь до конца.

Но, гоблин кроется в деталях, а в настоящий момент свою собственную честь Арахандар низвел до нуля, потому как — одно дело небрежная война, имеющая целью исследование возможностей противника, и совсем другое похитить беззащитную жену своего же сына.

— Извини, дорогая, наше знакомство начнется сразу с самого пикантного. Ты не возражаешь? – поинтересовался темный, перекидывая через плечо мой покров, и открывая себе маленькую часть шеи — от воротника до линии волос там едва ли было кожи на ширину пальца, но это определенно никого не смутило.

— Как же, как же, — я все так же с трудом сдерживала улыбку, — ваше незабвенное желание наблюдать лица мужей, чьими женами вы попользовались, воистину незабвенно. Честно, и хотела бы забыть, да не могу.

Пальцы, коснувшиеся моей кожи, замерли.

О, да, это был маленький нюанс о котором прекрасно осведомлена была я, но едва ли с кем-то иным Властитель ночи был столь же откровенен.

И едва он замер, я развернулась, лучезарно улыбнулась «свекру» и поинтересовалась:

— Как здоровье? С женщинами все так же трудности?

Темный застыл массивной статуей абсолютного непонимания ситуации. Решила добавить диссонанса в его восприятие реальности и демонстративно сняла с головы покров. Мои черные волосы, до того скрытые ото всех и потому предположительно долженствующие быть светлыми, как у эллар, иссиня-темным водопадом опали на плечи и спину, вынудив Владыку ночи потрясенно отступить.

— Да-да-да, сюрприз, я не пресветлая, — издевательски объявила темным.

И мысленно поинтересовалась у супруга, который всегда слышал, мои к нему обращения:

«Спасать меня будем, или как?»

После чего, оглядевшись, обнаружила столик с напитками, и, продемонстрировав всем, что я не только не пресветлая, но и не гордая, сходила, налила себе бокал вина, вернулась в центр ожидаемого действа, и за неимением иных мест, грациозно опустилась на край демонстративно-жертвенной кровати.

Честно, мне лично было даже интересно, что будет дальше и я вполне готова была присоединиться к зрителям, напряженно вспоминая где там конкретно у нас на карте были уничтоженные города, потому как в первое пришествие, я таки возродила не все… два остались на болотах, еще один на берегу Эхеи, частично уничтоженный при формировании самой реки, ну и так по мелочи пару поселений близ моря. В общем работы хватало, энергетический донор, еще не осознавший что ждет его впереди, потрясенно взирал на охамевшую жертву.