Путь к Небу (СИ) - Кащеев Денис - Страница 73

Фактическая передача Предмета персонажу Антонова Мария возможна лишь на срок не более 1 часа

Желаете передать Предмет персонажу Антонова Мария без делегирования прав и обязанностей хранителя?

Да / Нет

О, Небо, сколько лишних слов!

– Сберегу, – пообещала девушка, принимая Ключи.

Тем временем Егор сделал короткий шаг вперед и церемонно поклонился. Я ответил тем же – совсем не исключая, что в момент поклона Черных бросится на меня со своим топором-переростком, и, соответственно, будучи начеку, но мой противник добросовестно выждал, пока я не приму боевую стойку, и лишь затем атаковал.

Лезвие бердыша со свистом рассекло воздух с явным намерением рассечь меня сверху вниз на две половинки. Среагировал не столько я, сколько Муракумо-но Цуруги – бросив меня влево, а клинком отведя оружие противника в противоположную сторону и сопроводив его движение до самого пола. Поняв, что промахнулся, Егор дернул бердыш на себя, острым выступом лезвия зацепив меч и едва не вырвав его из моей руки. Чтобы не остаться без оружия, я был вынужден податься вперед, Черных же, наоборот, отступил на шаг и ударил повторно – на этот раз с меньшим замахом – и, соответственно, слабее – и я снова успел отскочить. О какой-то контратаке тут, увы, даже думать не приходилось – только о том, чтобы не быть зарубленным.

На несколько секунд мы с моим противником замерли, сверля друг друга свирепыми взглядами. Затем Егор в третий раз занес бердыш над головой. Пока лезвие шло вверх, у меня мелькнула мысль попытаться сократить дистанцию и достать оппонента мечом, но Муракумо-но Цуруги, как видно, рассудил, что шанса успеть нет, и воспротивился моему отчаянному порыву. Времени же преодолеть сопротивление собственного меча Черных мне не дал, обрушив на меня новый удар.

Не мудрствуя лукаво, я повторил уход влево, с попыткой прижать бердыш к полу клинком. На миг мне даже показалось, что прием удался, но Егор, вместо того, чтобы попытаться отскочить, потянув оружие на себя – как он сделал это в первый раз – метнулся вперед, на ходу перехватывая древко, и наотмашь нанес мне удар нижним его концом – аккурат в челюсть. Все, что я сумел сделать в ответ – это выбросить колено, но то уткнулось моему противнику в бедро – с внешней стороны – не причинив особого урона. Последовавший же за этим не слишком уверенный мах мечом в горизонтальной плоскости, предпринятый уже снова по собственной инициативе Муракумо-но Цуруги, не успев обрести силу, был встречен обухом отдернутого бердыша и легко отбит.

В поединке снова возникла короткая пауза, которой я воспользовался, чтобы ощупать свободной рукой принявшую на себя удар древка скулу. Всю левую половину моего лица прострелило болью. На миг в глазах у меня потемнело, и я машинально попятился. Егор осклабился и ринулся вперед.

От коварного удара, которым противник намеревался подсечь мне ноги, я сумел уйти, вовремя подпрыгнув, но уже следующим, который мы с Муракумо-но Цуруги попытались парировать, Черных выбил меч у меня из руки. Клинок со звоном полетел на пол, бердыш вознесся для нового удара, я метнулся в сторону, Егор шагнул следом – и споткнулся о выставленную ногу одного из туристов, кажется, им же самим сюда и сдвинутого перед началом боя. Упасть мой враг не упал, но равновесие потерял, и лезвие бердыша, просвистев в сантиметрах от моего плеча, ударило в стекло витрины, разнеся то вдребезги и завязнув в сочленениях каких-то рыцарских лат.

Воспользовавшись заминкой, я нырнул за оброненным мечом и успел не только поднять его прежде, чем Егор – высвободить застрявший бердыш, но и рубануть врага по голени. Нога Черных подогнулась. Вскрикнув, он рухнул на колено, я же, ведомый безжалостным Муракумо-но Цуруги, распрямившись в рост, подскочил к осевшему противнику почти вплотную и обрушил на него меч сверху. Каким-то чудом Егор успел подставить под удар древко наконец-то выдернутого им из недр витрины бердыша, но мощи Муракумо-но Цуруги оно не выдержало, с сухим треском переломившись недалеко от лезвия. Почти не задержавшись, но развернувшись плашмя, клинок опустился на макушку Черных, тот охнул и, закатив глаза, повалился навзничь.

Муракумо-но Цуруги взметнулся в воздух, чтобы добить поверженного врага, но замах прервал отчаянный зов из-за моей спины:

– Артур! Артур, помоги!

Кричала Маша.

Я обернулся: пока в зале кипела схватка между мной и Егором, Пашка просочился вдоль левой витрины к Антоновой и теперь пытался вырвать у нее из рук Ключи!

– Ах ты сволочь!

Бросившись к ним, я от души двинул гардой меча Иванову в лицо. Муракумо-но Цуруги, конечно, предпочел бы негодяя просто зарубить, и не позволить этого своенравному оружию стоило мне немалых усилий. По лицу у предателя хлынула кровь, таким потоком, словно там где-то дамбу прорвало – не иначе, я сломал ему нос. Иванов попятился, запнулся обо что-то и полетел спиной на пол.

– Все в порядке? – оглянулся я на Машу.

– Да, – кивнула она, демонстрируя мне в доказательство оба Ключа. – Вот, сберегла, как обещала…

– Молодец… – улыбнулся я.

Уголки губ девушки приподнялись мне в ответ, но вдруг глаза ее широко распахнулись – и с истошным воплем: «Нет!» она рванула в своей коляске мимо меня. Колесо зацепилось за мою ногу, прежде чем я успел ту отдернуть, кресло закрутило, развернуло и вынесло между мной и Егором – уже снова не лежавшим, а стоявшим на коленях. Рука Черных была вытянута к нам, и сперва я даже не понял, что это значит – и лишь через секунду-другую с ужасом увидел лезвие бердыша с обломком древка, насквозь пробившее спинку Машиного кресла и глубоко вошедшее в спину Антоновой.

Руки девушки безвольно соскользнули с подлокотников, разжавшиеся пальцы выронили Ключи – один полетел на пол, второй остался на прикрытых пледом коленях. Глаза Антоновой выпучились, рот приоткрылся, и в уголке губ выступила алая капля.

Грозно взвившись в воздух, Муракумо-но Цуруги потянул меня к Егору, но послышавшийся из кресла сдавленный хрип заставил меня метнуться к Маше. Воспользовавшись этим, Черных подорвался с пола и, волоча раненую ногу, проворно припустил на трех конечностях к выходу из зала. Муракумо-но Цуруги опять дернулся было за ним, но Антонова снова застонала – уже едва слышно – и я шарахнулся назад, к ней, позволив Егору беспрепятственно достичь кованой решетки, возле которой еще с момента, когда я впервые взял в руки Ключи от Неба, светился характерный зеленый контур. Мгновение – и Черных в зале уже не было.

Тут же выбросив проклятого беглеца из головы, я опустился на колени перед Машей. Глаза ее были закрыты, дерганое дыхание больше походило на агонию.

Желаете исцелить раненого?

Пациент: Антонова Мария

Да / Нет

Конечно, желаю, но у меня же нет Ки!

Без всякой надежды я бросил взгляд на таймер:

7:12

7:11…

Исцеление пациента без использования лекарственных средств возможно при помощи энергии Ки.

Желаете воспользоваться энергией Ки?

Да / Нет

«Да», но ведь…

Черт, так и есть:

Ошибка!

Отсутствует доступ к энергии Ки!

Доступ будет открыт через 7:04… 7:03… 7:02…

Сам знаю, что отсутствует!

Свернув табличку меню, я схватил Машу за вялую, уже практически безжизненную ладонь и прошептал:

– Держись! Я помогу, обязательно помогу – только держись!

Ответа, конечно же, не последовало.

Затравленно вскочив на ноги, я взялся было за обломок древка бердыша, но тут же выпустил его: если вырвать лезвие из спины девушки, ей станет только хуже. Хотя, кажется, куда уж хуже?!

Дыхание раненой, и до того сбивчивое, затухало с каждым новым хрипом.