Любовь на обломках мира (СИ) - Лаврентьева Оксана - Страница 53

Она не спеша обходила здание в поисках открытого окошка. Мария прекрасно знала, что такое обязательно найдётся, и не одно. Ведь колдун (она всё ещё по привычке про себя его так называла) очень любил свежий воздух. Поэтому, даже невзирая на плохую погоду, в его доме всегда гулял освежающий морской бриз.

Ага, вот оно — лёгкая оконная штора так и волновалась на ветру, привлекая к себе внимание. Жаль, что заклинания не накладывались одно на другое. И как только начинало действовать второе волшебство, первое автоматически завершалось. Так что взлететь на второй этаж, оставаясь при этом невидимой, у неё не получилось бы при всём желании. Так что, приходилось идти на риск.

Мария мысленно попросила Магию помочь ей в её благородном деле, после чего смело взмыла к открытому окну. На её счастье Барта в библиотеке не оказалось. Поэтому, быстро прочитав заклинание невидимости, Мария отправилась на его поиски.

Интересно, а что она будет делать, когда обнаружит Барта? И наивно надеясь на то, что при его виде сердце само подскажет, как ей действовать дальше, Мария начала спускаться по лестнице.

Колдуна она застала в кресле, читающим какую-то старинную книгу. И на его голове не оказалось того безобразного серого мешка. Поэтому Мария сразу же остановилась от неожиданности, вернее, от ужаса.

Она глядела на его такое родное лицо, которое с трудом узнавалось под этими уродливыми красными шрамами, и её душа обливалась кровавыми слезами.

Нет, так дело не пойдёт! Он сразу же догадается, что она стояла и рассматривала его исподтишка.

Поэтому Мария на носочках развернулась и уже двинулась к выходу из гостиной, как тут же подпрыгнула от его гневного окрика:

— Какого чёрта?! Я и в собственном доме не могу остаться один?

Глава 39

Мария оцепенела. Кажется, она и дышать-то перестала от ужаса. И как он догадался, ведь он же теперь не колдун, и не мог её увидеть?!

И словно ответом на её немой вопрос прозвучала его коронная фраза, которую он ей не раз повторял:

— От тебя просто разит удушающим ароматом бильгерии.

Мария непроизвольно взяла прядь своих волос и поднесла её к носу. Так и есть. Сладковато пряный запах мыльного корня с вытяжкой из бильгерии она ощутила сразу. И этот аромат уже в тысячно первый раз её буквально очаровал.

Несмотря на свой провал, она стояла, прикидываясь статуей, и отчаянно ещё на что-то надеялась.

Барт вскочил с кресла с каким-то звериным рыком и со злостью отпихнул ногой декоративный резной стол. После чего быстрым шагом вышел из гостиной. И не успела она предпринять никаких шагов, как он уже вернулся назад с мешком на голове.

Посчитав, что оставаться и дальше невидимой просто глупо, Мария отменила заклинание-невидимку.

— Привет! — как ни в чём не бывало пролепетала она и уселась в кресло.

Барт сразу же подошёл к ней и завис над ней как коршун. Он положил руки на подлокотники её кресла и приблизил к ней голову-мешок так близко, что она вынуждена была упереться затылком в мягкую обивку спинки.

— Теперь ты будешь за мной шпионить? — прошипел он ей в лицо, буравя её своими глазами-щёлочками.

— Я же тебя предупредила, что приду сегодня, — возразила ему Мария.

— А я тебе сразу сказал, чтобы ты оставила меня в покое!

— Барт, ты же меня знаешь, я всё равно от тебя не отстану. Так что прими это как должное. Тебе сейчас плохо, и мне, как твоему другу, это далеко небезразлично.

— Так это была дружба? — с сарказмом спросил он, слегка закашлявшись. — А я в твоих глазах читал совсем другое.

Мария обмерла. Затем вскочила и бросилась на него как разъярённая кошка.

— Ах ты мерзавец! Так ты догадывался о моих чувствах?! — Она с размаху начала лупить его кулаками по плечам и груди, вымещая на нём всю свою злость.

Причём она нисколько себя не сдерживала. Наверное, поэтому Барт вскоре схватил её за руки и насильно пригвоздил их своими лапищами к подлокотникам. После чего её боевой запал улетучился также быстро, как и появился.

— Успокоилась? А теперь подумай и скажи, что мне нужно сделать, чтобы ты оставила меня в покое?

— Ничего. Так как этого не случится в любом случае. И пускай ты приставил ко мне Рейна, я всё равно найду выход. Барт, я хочу помочь тебе!

— Мышка, это невозможно. Ты тут бессильна, а я теперь простой смертный. Так что…

Он умолк. Мария услышала его тяжёлое дыхание, и её сердце тотчас сжалось от безграничного сострадания к нему…

Даже через одежду она чувствовала жар его тела. Её это пугало и возбуждало одновременно. Мария сидела, вжавшись в кресло, и лихорадочно соображала, что же ей предпринять дальше.

Барт неожиданно с силой оттолкнулся от подлокотников её кресла и выпрямился в полный рост. Затем сел в соседнее кресло и замер.

Кажется, зверь внутри него немного утихомирился. И сейчас самое время сделать попытку. Поэтому Мария тяжело вздохнула и тут же огорошила не только его, но и себя своей смелостью:

— Барт, я хотела бы попробовать убрать эти шрамы. Знаю, такие повреждения проходят только после оборотничества, но мне кажется, у нас есть шанс.

— Не говори ерунды. У тебя и половины нет той силы, которая способна на это. А ещё это опасно для твоего здоровья. Такая потеря энергии не может не сказаться, так что я тебе даже и пробовать не позволю, — сказал, как отрезал он, даже не шелохнувшись.

— А откуда ты знаешь мои возможности? Ты же сам говорил, что я особенная, и что у меня есть покровитель в этом мире. Но, как выяснилось, у меня их аж два! И ты даже и не догадываешься кто они такие…

Марии пришлось рассказать ему о своём визите к Хранителю. Без утайки она поведала ему всё, что ей стало известно о своих несостоявшихся родителях из магического мира.

Закончив свой рассказ, Мария вопросительно посмотрела на Барта. А тот застыл неподвижно как изваяние, устремив взгляд на море. На какой-то миг ей даже показалось, что он настолько ушёл в себя, что ничего не видел и не слышал вокруг себя.

— Барт, ты ещё здесь? — как можно мягче поинтересовалась она. — Прежде чем приступить к лечению твоих ожогов, правда, я понятия не имею, как это делается, я должна знать об этом всё. Кто это сделал с тобой и за что тебя так… В общем, я рассказала о себе всё, и теперь жду того же от тебя.

Барт немного помолчал, затем встал с кресла и подошёл к открытому окну. Его поза, руки, скрещенные на груди, рассказали ей о многом. И Мария почти физически ощутила его боль. Пускай этот уродский мешок скрыл его лицо, но шрамы в его душе Барт не сумел спрятать под своей холодной отчуждённостью.

В бессильной ярости Мария слушала его довольно сухой рассказ. Очевидно, колдун не расписывал ей свои мучения, ограничиваясь лишь голыми фактами. И как она предполагала, это злодейство с ним совершила Диана.

По-видимому, герцогиня так и не смогла простить ему потерю своего магического кольца, поэтому и решила отомстить ему подобным образом. А с силой, доставшейся ей от своего поверженного супруга, для неё это не составило большого труда.

Мария внимательно слушала Барта и ловила себя на мысли, что он чего-то ей не договаривает. Кажется, герцогиня не только за это ему мстила. Вероятнее всего, здесь было замешено что-то ещё, личное, чисто женское. Возможно, Диана не могла простить ему то, что он отказывался от их интимной связи. А может, здесь скрывалось что-то другое…

Но её мачеха оказалась страшнее и коварнее, чем само воплощение Зла. Ведь для расправы над Бартом она выбрала самое сильное и самое ужасное заклятие из Чёрной Магии. Вернее, из его тайного учения для избранных, которым Диана овладела совсем недавно, и которое она обрушила с изощрённой жестокостью на своего бывшего любовника. Для этого герцогиня применила Огненных Демонов — так Барт назвал это заклятие.

Неспроста это колдовство во всех кланах оставалось под строжайшим запретом, и вовсе не из-за того, что оно несло мучительную смерть. Его вопиющее зверство заключалось в том, что после смерти сущность несчастного исчезала навсегда. Да, да, она не переходила в призрачные миры как обычно, а именно пропадала без следа!