Любовь на обломках мира (СИ) - Лаврентьева Оксана - Страница 2

— Я точно знаю, что здесь сделали всё возможное и невозможное, чтобы информация об Обломках сгинула раз и навсегда. Правители всех стран подписали секретный договор о неразглашении данной информации. Но, как не утаишь шила в мешке, так и невозможно бесследно стереть историю.

До сих пор человеческие умы волнуют истории об оборотнях, собирающихся в стаи. Ведь в то время они держали в страхе многие европейские города. О ведьмах и колдунах, распоясавшихся настолько, что среди белого дня воровали детей для своих мерзких жертвоприношений. О горгульях, которые с наступлением сумерек рассекали своими перепончатыми крыльями воздух исторических городов. Не любили они ваши современные постройки, так напоминающие коробки для обуви. Эти летучие твари предпочитали колонны и барельефы Санкт-Петербурга, черепичные крыши Венеции…

— Ты хочешь пересказать мне все городские легенды? — не сдержалась Мария.

— Городские легенды, говоришь? — снисходительно переспросил её больной на всю голову, но такой симпатичный незнакомец.

— Э-э… Барт! Это же сказки. А я уже довольно взрослая, если ты этого не заметил.

— Ну почему же, заметил, — многозначительно протянул он, прожигая её странным оценивающим взглядом.

Мария почувствовала, как её щёки враз налились неуместным жаром. Воздуха тоже почему-то катастрофически стало не хватать. Поэтому она задышала как загнанная лошадь, проклиная всё на свете, а в первую очередь свою стеснительность.

— Как я вижу, мой Господин оказался прав насчёт тебя. Ему удалось один раз увидеть тебя в лунном камне. После чего он меня уверил, что ты нам подходишь, к сожалению. Я до последнего надеялся, что ты окажешься типичной современной девушкой.

— В смысле? — с нехорошими предчувствиями поинтересовалась Мария.

Мужчина уставился на неё притягательно чарующими, но всё ещё по-звериному холодными глазами и спокойно ответил:

— Как у нас говорят: хороших девочек разбирают ещё щенками, из остальных вырастают сучки. Я успел вовремя: ты ещё нетронута, но потенциал уже чувствуется.

Когда до неё дошёл смысл его грязных намёков, Мария даже не стала себя сдерживать:

— Да как ты смеешь?! И почему я должна выслушивать бред сумасшедшего? — последняя фраза предназначалась уже ей самой. Ведь Мария действительно не понимала, почему этот странный тип производил на неё такое впечатление.

— Думаешь, я не понял твой замысел? Заболтать несчастного умалишённого и затем потихоньку сплавить его куда-нибудь. Вы люди все одинаковы, и время вас абсолютно не изменило. Когда-то вы уже сотворили подобное с моим миром. Всё своё дерьмо отправили к нам, после чего наглухо задраили все люки.

Он говорил абсолютно непонятные ей вещи, но Марии почему-то стало стыдно. Она опустила глаза, лихорадочно соображая.

— А давай сгоняем в Макдональдс? — с надеждой спросила она, пытаясь хоть как-то загладить вину всего человечества, да и свою тоже.

— О Магия! Как тяжело разговаривать с современными подростками! Тебя дома плохо кормят? У нас даже Баской такое не стал бы есть.

— Я хотела как лучше.

— Как лучше не надо, отвыкай. У нас в Обломках инициатива наказуема, можешь остаться без головы. — Барт взял её за локоть и, немного сжав, улыбнулся. — Подожди секундочку! Я ещё не начинал рассказывать, а у меня уже во рту всё пересохло.

Незнакомец упругой походкой удалился, но вскоре вернулся с двумя стаканами чая.

— Я чай не пью, — категорично заметила Мария.

— Будешь, у нас там пепси нет. Пошли, прогуляемся на свежем воздухе, — предложил Барт и тотчас пошёл по направлению к выходу, даже не взглянул на неё. По всей видимости, ему и в голову не пришло, что она может его ослушаться.

Какой нахал! Откуда у него такая уверенность, что она побежит за ним как собачонка? Кажется, она и так уделила ему слишком много внимания…

Мария смотрела вслед незнакомцу, и в душе у неё разливалось непривычное ей до этого момента чувство. Она с явным удовольствием рассматривала его чересчур широкие плечи, сильные руки, мускулатуру которых не скрывал даже его бархатный пиджак. Но в то же время фигура незнакомца была не лишена стройной пропорциональности с эдакой звериной грацией. И передвигался он как хищник — свободной уверенной походкой. А его изумительные волнистые волосы и вовсе не могли оставить равнодушной ни одну женщину.

Мария даже потрясла головой, чтобы избавиться от этого наваждения под названием Барт. А потом, злясь на излишне самоуверенного в себе мужчину, а ещё больше на себя, послушно последовала за ним.

— В следующий раз не заставляй меня ждать. — Его серо-зелёные глаза смотрели на неё с едва скрываемым раздражением.

— Не надо вести себя так, словно ты мой учитель, а я твоя нерадивая ученица. И вообще, весь этот бред начинает мне надоедать, — сухо заметила Мария, удивляясь про себя, почему она всё ещё с ним.

— Какая проницательность! Так ведь я и буду твоим учителем по магическим дисциплинам. Буду тебя поощрять за усердие и наказывать, если возникнет такая необходимость, — спокойно откликнулся он, ухмыляясь.

Мария даже не стала комментировать этот вздор, а лишь демонстративно подкатила глаза. Они прошли вглубь парка и сели на одну из лавочек в тень раскидистого куста сирени.

— Кто ты там? Учитель по магии? Ну так продемонстрируй мне сейчас какое-нибудь волшебство. — Мария, довольная собой, не сводила с него глаз.

— К сожалению, не могу. У вас до сих пор везде натыканы глушители, а они нейтрализуют любую магию, даже чёрную. — В качестве подтверждения своих слов незнакомец почему-то кивнул головой на стоящую вдалеке вышку сотовой связи.

— Да кто бы сомневался! Так… Горгульи были, оборотни тоже. Теперь остались, наверное, тролли, гоблины и… вампиры. Без них ведь никуда! — воскликнула Мария, откровенно глумясь над своим собеседником.

— Ты показалась мне умнее. Странно. Как правило, женщины доверяются мне безоговорочно. — Барт загадочно прищурился. — Я с тобой разговаривал как со взрослой, а нужно было, наверное, как с тупой малолеткой. Но разговоры закончились, мне надоело с тобой возиться.

Мария смотрела на незнакомца, поражаясь, как он враз изменился. Его по-волчьи холодные глаза сверкали теперь злобой, природа которой была ей абсолютно непонятна. Кажется, она не заслуживала подобного с ней обращения!

Барт резко встал, протянул к ней руки и приказным тоном позвал её:

— Иди ко мне! Обними меня покрепче.

От такой наглости Мария опешила. И дрожащим от волнения голосом еле из себя выдавила:

— Я? С чего бы это? Я не собираюсь с тобой обниматься.

— Поверь мне, я тоже не горю желанием. Предпочитаю девушек повзрослее. Но ты же не хочешь, чтобы твои части тела разметало по всему магическому коридору?

— Магическому коридору? — непроизвольно повторила она.

— Да. Всё равно ты мне ни за что не поверишь, пока сама не увидишь всё своими глазами. Доказывать тебе что-либо бесполезно. Это то же самое, что объяснять ослу колдовскую геометрию.

И чудак опять протянул к ней руки, а она буквально утонула в его дымчато-зеленых бездонных глазах. Что же делать? Позволить лапать себя какому-то проходимцу? Но если она этого не сделает, он никогда от неё не отвяжется…

Мария медленно подошла к мужчине, остановившись в шаге от него. Он вопросительно посмотрел на неё, видимо, ожидая от неё дальнейших действий. Но она словно окаменела, так и не сумев заставить себя пошевелиться.

Усмехнувшись совсем по-доброму (от его злобы не осталось и следа), Барт шагнул ей навстречу и тотчас заключил её в кольцо своих крепких рук. И в тот же миг её бедное сердце затрепетало как птица в силках. Неожиданно вспыхнула мысль, что она словно прижалась к каменной статуе, одетой в мягкий бархат. Ведь Мария почувствовала грудью его неестественно твёрдое мускулистое тело.

Оказывается, она действительно зачем-то закрыла глаза! А когда их с опаской открыла, то увидела вокруг себя необычно яркую зелень и совершенно незнакомый ей живописный пейзаж.