Призрачный мост Матиара (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 58

— Тогда понятно!

— У вас очень красивый дом, леди Итерия!

— Спасибо, моя дорогая! Пойдём, я покажу тебе твою комнату.

Они сделали несколько шагов, и только потом сообразили, что идут в разные стороны. Гораций, оставшийся посередине, тихо смеялся. Его мать непонимающе тряхнула головой:

— Дани, ты куда направилась?

— В домик для гостей.

— Девочка моя, ты не гость, ты почти член семьи. Поэтому жить будешь здесь, с нами.

И леди Итерия, подхватив девушку за руку, повела её наверх. Даниэль поселили в покои, состоящие из спальни и гостиной. Словно своя маленькая отдельная квартира. Вещи уже доставили и успели разложить по местам. Девушка видела учебники, тетради с записями, была уверена, что и одежда заняла своё место в шкафу. Даже букет, который Гораций ей подарил накануне, стоял в вазочке на столе. Даниэль благодарно улыбнулась женщине, а та, перехватив выразительный взгляд сына, вскоре вышла из комнаты.

— Нравится? — архимаг замер рядом с девушкой.

— Конечно.

Гораций словно почувствовал её смятение:

— Даня, одно твоё слово — и мы возвращаемся домой.

Девушка покачала головой:

— Всё нормально.

— Не хорошо и не плохо, — перевёл мужчина.

— Мне надо время, чтобы привыкнуть.

На удивление обед прошёл спокойно. Может быть, подействовала угрожающая физиономия Горация, может быть, родителей успокоил договор с сыном. Но и Касиан, и Итерия вели себя радушно.

— Даниэль, время занятий останется прежним. Мы согласовали этот вопрос с твоими учителями.

— Спасибо, лорд.

— Зачем же так официально? — отец Горация улыбнулся. — Раз уж мы живём под одной крышей, зови мне Касиан.

Девушка украдкой глянула на колдуна, тот кивнул, мол, всё в порядке. Мужчина напомнил:

— Через неделю начинается поступление.

— А документы?..

— Уже в университете.

— Но когда?..

— Спроси у магистра Затери, — улыбнулся Гораций. — Ты стала самой уникальной выпускницей своей школы, поскольку сдавала все экзамены на эльфийском языке.

Девушка заметила весёлые улыбки на лицах магов и сама не сдержала смешка. С каждой минутой атмосфера в столовой менялась. Доверительной она не стала, но и враждебной не была. Лачевы приглядывались к девушке, она приглядывалась к ним. Сразу после обеда Гораций ушёл в Тайную канцелярию, а у Даниэль начались занятия. И язва Вершинин смог сделать так, что девушка забыла обо всём.

— … Бред! Слышишь меня, дорогуша?! Если ты так будешь говорить с оборотнем, знаешь, что тебя ждёт? Какой-нибудь ушлый малый перекинет через плечо, затащит в свою нору и… ну ты поняла?!

— Тимур, я знакома с оборотнем и ничего такого не было! — не выдержала девушка.

— Да?

— Да!

— Белый?

— Что?

— Твой знакомый — Белый волк?

Даниэль напряглась:

— А какая разница?

— Ноль баллов, моя дорогая! Будешь учить раздел про оборотней заново, — отрезал Вершинин и стал объяснять: — Только Белые волки не демонстрируют в открытую свою натуру, но это не значит, что они мирные и покладистые. И если Чёрный утащит тебя в своё логово с громким гиканьем и при свидетелях, то Белый сделает это молча, но тоже утащит, может быть, даже опередит всех остальных вместе взятых.

— Ого!

Вершинин усмехнулся:

— Ты помнишь решающий фактор в жизни оборотней?

— Да. Сила. У них всё решает сила.

— Правильно. А сила бывает разной. Физическая, моральная и… сексуальная. И тут уж ничего не попишешь. Нам остаётся только принять это как данность, — магистр развёл руками.

И занятие продолжилось.

А во время ужина Даниэль узнала, что Касиан Лачев отправился по поручению короля на верфи Таэльского моря. И в огромном доме они остались вдвоём с Итерией, не считая слуг. Девушка смогла перевести дух: отца Горация она побаивалась. С Итерией было легче, хотя бы потому, что женщина любила поговорить, оставалось только слушать её. Леди была в курсе всех событий: кто с кем сошёлся, кто разошёлся, кто женился, кто забеременел, кто из артистов, художников, поэтов прилетел в столицу, где какие выставки проходят. Её энергии хватало на всё.

Но уже через несколько дней Даниэль заскучала по небольшому особнячку в городе и везде успевающему Пирсу. Хотя и здесь её не обижали. Да, порой девушка перехватывала странные взгляды матери Гора, какие-то грустные, растерянные. Но она не придавала им значения, в конце концов, можно понять женщину, у которой сын так круто изменил собственную жизнь. Куда больше Даниэль волновало отсутствие Горация и молчание его гилайона. Она никогда не забывала, чем занят сейчас главный ткач. Пусть девушка в открытую и не спрашивала о Гилморе, но по поведению архимага она точно знала ответ. Белый волк пока опережал ткачей, и Даня мысленно аплодировала Родику.

Гораций навещал девушку каждый день, к вящей радости собственной матери.

— Последний раз он был у нас полгода назад. Всё дела, дела… Однако, когда захотел увидеть тебя, то и время нашлось и возможность. Дети-дети!..

Колдун только головой качал, слушая эти незлобные упрёки. Матери и невдомёк, что этот вырванный час он отработает ночью в своём кабинете, пока они будут спать. Мужчина садился рядом с Даниэль, расспрашивал о делах, о занятиях, планировал сам отвести её на вступительные испытания. И всегда приносил девушке цветы, знал, что она обожает нежно-сиреневые розы.

А Даниэль… Даниэль ждала его. Сейчас, когда они жили в разных домах, девушка остро почувствовала, как привязалась к Горацию, как много места он занимает в её мыслях и в её сердце. Даниэль замечала, как меняется колдун рядом с ней. И за насмешливым взглядом видела спокойного, уверенного мужчину, готового в любой момент взять на себя ответственность и защитить её. А ещё девушке очень нравилась пунктуальность архимага и его обязательность. Он всегда выполнял то, что обещал. Поэтому, когда Гораций вдруг задержался, она разволновалась и вышла на крыльцо встречать его.

Лачев опоздал больше чем на час, шагнул из Иглы и чуть не споткнулся:

— Данька?

Та взволнованно осмотрела его:

— У тебя всё хорошо?

— В целом, да, — подумав, сказал Гораций. — А что?

— Ты опоздал.

Мужчина улыбнулся:

— Извини, прямо перед уходом явился посетитель. Я не мог отказать ему. Работа такая. Ты ждала меня?

— Я всегда тебя жду.

Колдун осторожно обнял её:

— Данечка, лисичка моя, жемчужинка моя!

Он целовал её бережно, мягко, изучая рот, играя с языком. С ума сходил, чувствуя её ответные касания. Его девочка быстро училась. И Гораций с мукой в голосе простонал:

— Предвечная Тьма! Как мне выдержать эти полгода?!

— А потом?

— А потом, Данусь, ты станешь моей по всем законам.

— То есть?..

— А что не понятного? Я хочу жениться на тебе.

— Но я лиса, а ты — боевой маг и некромант, — напомнила Даниэль.

— От лисы у тебя один хвостик и есть, — улыбнулся Лачев, подёргав девушку за кончик косы.

Из дома донёсся жизнерадостный голос Итерии:

— Гор, не задуши Дани, медведь ты этакий! Проходите в дом!

Мужчина закатил глаза:

— Порой мне кажется, что посадить маму в казематы не такая уж безумная идея.

— Гор! — ахнула Даниэль.

Синие глаза колдуна озорно блеснули.

— … Но потом я понимаю, что даже мои казематы её не выдержат. Может всё-таки завести пак-ана в подземелье, а?!

Даниэль вспыхнула, вспоминая, что рассказывала Роду и Егору в Саорсе.

— Всё шутишь?!

— Конечно, шучу! — он поцеловал её в кончик носа и попросил: — Данусь, только маме ни слова про моё предложение. И вообще, если речь зайдёт о свадьбе, говори, что я ещё не предлагал.

— А ты и не предлагал, — девушка выгнула бровь. — Поставил меня перед фактом.

Мужчина кашлянул:

— Интересненько! А что, ты мне откажешь?

— А ты предложи! Тогда узнаешь!

— Хитрая! — хохотнул Лачев. — Лиса, одним словом!

— С хвостиком.

Они говорили о ерунде, шутили, прикалывались и не двигались с места, наслаждаясь обществом друг друга.