Зови меня Агниэль (СИ) - Лактысева Лека - Страница 34

— Аля… Аля… — стонал он ей в губы, — малышка моя, как же я в тебя влюблен…

Стоп! Влюблен? Он сказал, что влюблен в нее?!

Алька замерла, не в силах поверить услышанному.

За прошедшие две декады она почти уговорила себя смириться с тем, что Агниэль нуждается в ней. Что он привязан к ней магически — из-за своего зверя. Что в его зависимости от ее присутствия есть место симпатии, дружбе, влечению — но не любви. А теперь, когда она почти убедила себя, что придется довольствоваться малым, — он говорит, что влюблен?!

Агниэль не сразу смог остановиться. Не сразу понял, что девушка в его руках закаменела, перестала отзываться на его ласки. Но когда осознал — не удержался от стона. Руки его непроизвольно опустились.

— Что случилось, Арейя? — тихо, тоскливо прошептал он, вглядываясь сквозь ночную темноту в ее широко распахнутые глаза.

— Ты заговорил о любви, Агниэль.

В эмоциях девушки мужчина уловил обиду, недоумение пополам с непониманием, недоверие. И вот это недоверие — Драконья Праматерь! Снова недоверие! — полоснуло по его обнаженным чувствам, как самый острый клинок. Первым желанием было закрыться. Отстраниться. Защитить только-только пробуждающееся нежное чувство от холодного настороженного взгляда. Но — он уже не мог и не хотел прятаться. Вместо этого Агниэль взял ладони Алии в свои руки. Притянул и приложил к груди. Попросил хрипло:

— Закрой глаза.

Алька послушно зажмурилась. И он продолжил:

— Там, на Драконьей поляне, ты сумела прочесть мои чувства. Сумела принять и разделить их, когда я был драконом. Прислушайся, Арейя. Возможно, ты сумеешь и сейчас почувствовать меня? Убедиться в моей искренности?

Алия не стала ни спорить, ни отказываться. Ей и самой хотелось убедиться в правдивости услышанных слов. Но, как ни старалась, она не смогла ощутить ничего, кроме гулких ударов его сердца, неровного дыхания и прикосновения ладони, которой прижимал он к груди ее руки.

Тяжело вздохнув, она отстранилась от мужчины, призналась, глядя мимо его плеча в темное окошко:

— Извини. У меня ничего не получилось.

Огненный и сам знал ответ.

— Это ничего, — попытался утешить он то ли себя, то ли Альку. — Ты непроизвольно создала эмпатический щит. Видимо, мои слова стали для тебя слишком большой неожиданностью.

Алия замялась, не зная, что ответить, но тут в дверь их уединенного убежища постучались:

— Эй, Алия, Агниэль, вы там? — раздался голос Саргиэля. — Прилетели драконы-стражники, интересуются, где им размещаться.

— Да, мы тут, — отозвалась Алька, видя, что Агниэль все еще не в силах справиться со своими эмоциями. — Сейчас спустимся.

— Я хотел, — Агниэль запустил руку куда-то за пазуху, — подарить тебе это.

Он протянул девушке раскрытую ладонь, на которой оказался изящный кулон из ограненного в форме капельки камешка на тонкой цепочке. В темноте невозможно было разобрать цвет украшения. Даже не видно было, есть застежка или нет.

— Позволь, я помогу тебе надеть его. — Мужчина оторвался от верстака, на который опирался, и сделал шаг к Алии.

— Да, спасибо. Чудесное украшение, — она развернулась к рыжему гиганту спиной и собрала распущенные и слегка растрепанные волосы в кулак.

— Это не просто украшения, Арейя, — его руки легли на ее плечи, потом скользнули назад, к затылку. — Даже люди у нас не носят простых украшений. Каждое имеет смысл, а часто еще и магическую силу.

— А какой смысл имеет это украшение? — поинтересовалась Алька.

— Такие камни носят все драконы, чья стихия — огонь, а так же их Избранницы и первые сыновья. Благодаря этому артефакту я всегда смогу почувствовать, где ты находишься. Надеюсь, ты не против?

— Не против. Я благодарна тебе, Агниэль. Знаю, что ты хочешь позаботиться о моей безопасности.

— Это так, Алия. — Огненный уткнулся носом ей в маковку. Выдохнул и договорил: — Но еще мне хотелось порадовать тебя. Сделать тебе приятное. При свете дня это украшение смотрится очень красиво.

Алька повернулась, оставаясь в кольце его рук. Всмотрелась в мерцающие, словно костер в степи, глаза мужчины. Похоже, ее эмпатический щит ослабел, потому что она вдруг почувствовала, насколько сильно он хочет быть рядом с ней. Насколько огорчен ее реакцией на его признание. Даже внутренний зверь Агниэля, на миг прикоснувшийся к ее ладоням, казалось, излучал грусть и искал утешения. Алька сделала лучшее, до чего смогла додуматься в этот момент: притянула к себе голову рыжего гиганта, сама при этом вставая на цыпочки. Прижалась к его губам коротким нежным поцелуем.

— Твой подарок — лучшее украшение в моей жизни, — шепнула она. — Я буду беречь его.

Мужчина в ответ на миг прижался лбом к ее лбу.

— Пора идти. Нас ждут, — с сожалением напомнил очевидное.

Вместе они спустились вниз, вышли на террасу. Алька догадывалась, что Агниэль еще вернется к начатому разговору, и втайне радовалась, что у нее появилось время, чтобы понять, какие чувства всколыхнулись в ней, когда она услышала признание Агниэля. Первое признание в ее жизни.

* * *

И пришло, и сбылось, и случилось.

То ли грянул на озере лед,

То ли юность моя возвратилась

И теперь никуда не уйдет

Эти белые плечи крылаты.

Воздух громкой капелью звенит.

«Как ты жил, — говорит, — без меня-то?»

Ведь не просто же так говорит.

«Так и жил, — отвечаю, — в разлуке.

Так и жил, — говорю, — пряча грусть».

И целую холодные руки,

И как будто впервые боюсь.

И смотрю на нее виновато,

Будто можно обидеть, любя.

«Как ты жил, — говорит, — без меня-то?»

«Я не жил, — говорю, — без тебя».

(Диомид Костюрин)

2.24 Охота на горных демонов

Как выяснилось, драконы-стражники прибыли не одни. Каждый из двадцати стражников принес с собой прочную деревянную клетку, в которой находился один шилсанг. На Алькин взгляд, шилсанги, скальные хищники, больше всего напоминали странный гибрид саблезубого кугуара с небольшим птеродактилем. Этакие клыкастые крылатые милашки, пятнистая шерсть которых походила на лиловый снег горных склонов с частыми вкраплениями темно-коричневых каменных осколков.

Как объяснил Алие Тэрриэль, шилсанги чаще других обитателей южных гор становились жертвами горных демонов: они не имели природной защиты от внушения и легко «велись» на иллюзию добычи.

Драконов-стражников и их подопечных разместили в палаточном лагере на одной из полян парка, окружавшего дом Агниэля, в привычных для этих воинственных мужчин походных условиях.

Едва забрезжило утро, стражники, разбившись на пять четверок — малые Пирамиды Силы, в которой было по одному представителю от каждой из Стихий — отправились обследовать горные склоны.

Когда Агниэль собрался улетать вместе с охотниками, Алия выскочила вслед за ним из дома, уже одетая в теплые вещи:

— Агниэль, возьми меня с собой, пожалуйста.

Мужчина остановился, задумался…

— Ты уверена, что хочешь это видеть? Конечно, ни один из шилсангов не пострадает, но я опасаюсь, что уничтожение демонов произведет на тебя тягостное впечатление…

Алька, вздохнув, призналась:

— Я хочу увидеть горных демонов в другом обличии. Не в виде щенка. Надеюсь, что тогда скорее смогу стереть из памяти картину, которую увидела, когда ты уничтожил того… первого.

По лицу огненного скользнула болезненная гримаса. Похоже, ему эти воспоминания тоже все еще причиняли страдание. Алие же уже две ночи кряду снились кошмары, из-за которых она металась по постели, кричала что-то невнятное, пугая Агниэля, по-прежнему спавшего рядом с ней.

— Хорошо, Арейя. Ты полетишь со мной. Но если замерзнешь, устанешь или решишь, что больше не хочешь на это смотреть — дай знать. Я отнесу тебя домой.