День и ночь (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 54

— Нет!!! — очнулась Любовь Петровна, кидаясь к Ирине и вцепляясь в руку с планшеткой. — Вы что?! Славик же не выдержит!!! Его нельзя!!! Клавочка, что ты молчишь!?

Клавочка, стоявшая последние несколько секунд неподвижно, вдруг встряхнулась.

— Действительно, что я молчу? Ирина Петровна, не стесняйтесь, забирайте это сокровище. А на развод я завтра подам. А вы, Любовь Петровна, свекровушка моя обожаемая, идите-ка отсюда. Да побыстрее и подальше…

Во дворе повисла мертвая тишина.

Первой опомнилась Полина.

— Мам… исать ачу!

Что имела в виду малышка, неясно, но Клава кивнула.

— Сейчас пойдем, лапочка моя. Любовь Петровна, я непонятно выразилась?

— Да я…

— Угрозы в присутствии сотрудника полиции, — скучным тоном завела Ирина.

— А…

Судя по кваканью, Любовь Петровна подавилась собственной злостью.

— Я… Славочка, пойдем…

Бесполезно. Кантовать эту тушу можно было только на тележке. Ирина покачала головой.

— Не стоит, Любовь Петровна. Наряд я сейчас вызову. За нападение на сотрудника полиции… пусть отдохнет от злобы мира. Ему полезно будет.

— Это мой сын!!!

— А это ваша внучка. Которой вы едва не лишились, — напомнила Ирина.

Бесполезно.

Это — СЫН!

Категорический императив Канта. Центропуп вселенной. Светоч мира.

Ирине осталось лишь печально вздохнуть. И вызвать наряд. А что еще тут сделаешь?

Писанины…

И кто сказал, что технический прогресс — это плохо? Чтоб вам самим… гусиным пером при свечах писать. Протоколы. Да не в одном экземпляре, да переписывать…

Мигом поймете всю ценность компьютера и ворда.

Она-то про Кирилла и думать забыла. А вот он про нее — нет.

— Ирина?

У девушки аж зубы заболели. Но ладно, сама согласилась.

— Привет еще раз. Ты принес, что я просила?

— Да. А вода какая нужна? Минеральная, святая, колодезная, родниковая, морская…

— Водопроводная.

Оборотень осекся на полуслове.

— Понял. А я бутылку с собой захватил…

Ирина махнула рукой.

— Пошли, присядем где-нибудь…

"Где-нибудь" оказалось кафешкой, в которой не так давно Ирина сидела с отцом. Ну и ладно, сойдет.

Что тут у нас? Вода?

Ирина подумала, и попросила у девушки стакан с водой. Кирилл притащил несколько бутылок, а зачем ей бутылки? Ей прямой контакт нужен.

Стакан с водой тоже подойдет. Лишь бы можно было кончики пальцев окунуть.

Ирина устроилась напротив Кирилла, и оборотень протянул ей… пачку презервативов.

— Серьезно?

— Не-а, — рассмеялся оборотень. — Просто пошутить захотелось. А вот это подойдет?

Галстук выглядел более прилично. Ирина дотронулась кончиками пальцев — и кивнула.

— Ваш человек пропал недавно?

— Как раз сутки назад.

— И вы его уже ищете?

— Он важен для нас. Тебе рассказать о нем что-то? Имя, возраст…?

— Нет, не надо, — Ирина коснулась одной рукой галстука, второй воды — и застыла.

Минута, две…

Женщина сгорбилась, волосы упали на лицо, скрыли его, но отвести их в сторону оборотень не решился. Кирилл молча сидел и ждал. Потом ведьма выпрямилась и покачала головой.

— Нет.

— Что с ним?

— Живой.

— И…?

— Найти не получается. Меня что-то не пускает, как в резиновую стену ломишься, а тебя отбрасывает и отбрасывает…

Кирилл вздохнул.

— Ириш… расскажи, пожалуйста, все, что сможешь. Что, как… ну хоть какая-то зацепка! Очень надо, правда!

Ирина задумалась.

Да уж… а вот что рассказать? Как сформулировать то, что она видит? Это же не документ с указаниями, не пиратская карта клада, не кадастровый паспорт…

Это невнятные картинки, образы…

Иногда чуть более четкие, а сейчас — вообще темнота.

— Он жив, — медленно заговорила Ирина. — Точно жив… и где бы ни находился, он там находится по своей воле.

— По своей?

— Иначе у меня были бы другие ощущения. Куда бы ни пропал этот человек, силком его там не удерживают.

— Ясно, — на глазах помрачнел Кирилл.

— Его кто-то прикрывает. Так я это понимаю.

— Прикрывает?

— Да. Кто-то сильный… очень сильный.

Кирилл помрачнел еще сильнее.

— Ты уверена?

— Я не могу это определить иначе. Только так… он ушел добровольно, он жив, он прячется добровольно. И прячется… не знаю, как лучше сказать. Это — не святое место, скорее, нечто полярное.

— Не понял?

— Не церковь, не храм, не монастырь. Не светлое намоленное место. Это явно город, много людей, шум, гам… но не обязательно даже этот город.

— А полярное?

— Места с плохой энергетикой. Это как кокон, словно человек в нем сидит… но кокон кто-то должен был создать.

— Ясно. Ириш, спасибо тебе.

— Было бы за что.

— Даже это — лучше, чем ничего.

Ирина вздохнула.

— Да… и у меня еще одно ощущение.

— Какое?

— Он один. Но этому человеку отчего-то больно.

— Физически?

— Душевно. Боль от потери. Близкого человека, любимой… тоже не знаю точнее. Но ему больно.

— Ясненько. А можно попробовать узнать что-то еще?

Ирина покачала головой.

— Пока — нет. Будь у меня побольше опыта, я бы попробовала. Но с ребенком… ладно уж, чего отрицать. Там ее никто и ничто не закрывало. Хоть и был рядом этот упырь… ну, тварь эта педофильская, но способностей у него не было вообще. Пробиться было раз плюнуть. А тут я лбом в стену упираюсь, и прорваться… не знаю. Может, и можно попробовать, но во что мне это выльется?

— Ты не знаешь?

— А ты бы полез мордой в колючую проволоку?

— Нет. Понял, извини…

— Нет у меня виртуальных кусачек, или чего там надо… пока — нету.

Об одной возможности только Ирина умолчала. И Кирилл, слава богу, не спросил. А вариант был.

Ирина не могла найти человека. Но могла сделать так, что он сам найдется.

Навести порчу. Проклятье.

Чтобы он помчался к врачу вперед своего визга.

Вот это она сделать смогла бы, она это чувствовала. Если ты прячешься в черноте, не обессудь. Тебя через нее и достать можно будет. И достанут с большим удовольствием.

Надо просто поменять полярность кокона. То он защищал, а то пожирать начнет.

Это она сделать могла.

Но!

Во что это выльется ей?

И сколько сил займет, и как отреагирует тот, кто поставил защиту, и чем ей потом помогут хозяева Кирилла?

Ох, вряд ли тут скажут что-то утешительное.

Безусловно, вы нам помогли, спасибо. Теперь мы вам поможем, но уже не за спасибо. Вот это — очень вероятно.

Прикрыть?

А кто она — хозяевам Кирилла? Не будут они ради нее попу рвать на британский флаг. Нет, не будут. Получается, опять идти под них…

Это Ирине не нравилось.

Да и просто…

Сколько сил она затратит и какой откат пойдет? Она уже поняла, что сила не дается безвозмездно, и что за все в ведьмовстве приходится платить.

Своей силой, своей энергией, иногда и кусочком своей жизни, если что…

А если она попробует сделать то, что обдумывает сейчас… это — черное дело. Недоброе. И за него плата будет больше.

Нет, никакой религии, голое равновесие.

Сделать человеку добро проще, он не сопротивляется. Сделать ему зло сложнее.

У каждого человека есть внутренняя защита.

Кто-то считает, что это крест на шее. Кто-то — что это пейсы. Кто-то просто верит, и это действует ничуть не хуже. Необязательно в бога, иногда веры в себя, в добро, в любовь за глаза хватает. Недаром говорят, что к чистому грязь не липнет.

Прилипла?

А настолько ли ты чист, дорогой мой?

Так вот, человек неосознанно начинает сопротивляться при попытке причинить ему вред. А ты тратишь силу и на действие, и на преодоление его защиты. Это больше.

— Ирина?

— А? — отвлеклась от невеселых мыслей девушка.

— Телефон…

— Тьфу, черт!

Ирина достала сотовый и автоматом нажала "ответить".

Тьфу ты, знала б…

— Ируся! Умоляю, спаси меня!!!