Кумихо Лисий отряд (СИ) - Миш Виктория - Страница 66

Не по-мужски отступать. Нужно держаться выбранной линии, но и за девушкой не мешало бы присмотреть.

Он рассеяно брякнул Лебеди, что ему нужно выйти на работу пораньше, и вылетел на улицу, так и не позавтракав.

— Скотина, — подумала девушка и решила жестоко мстить.

Сначала она влезла в его шкаф и вынула все черные футболки. Засунула их в большой пакет и поставила у двери. Ее намерения всегда были серьезными, даже если и выражались в простых вещах, как насолить ближнему своему. И хоть Кир всегда считал ее легкомысленной, Белый Лебедь ко всему подходила основательно. Вот и сейчас, целью ее стали любимые черные джинсы парня, с живописной бохрамой на коленях. Насколько она помнит, он носил их лет пять или семь, и с каждым годом степень потертости увеличивалась.

Дважды он отдавал подшивать брюки в ателье, когда они рвались в ненужных и неловких местах.

Запихнув все это в пакет, она спустилась и пошла в ближайший супермаркет. Там девушка купила шесть самых ярких лаков для ногтей и один лак для волос. Всё это она оплатила с улыбкой и пожилая продавщица на кассе даже подумала: "Какая миленькая девушка".

Белый Лебедь остановилась на детской площадке и, сидя на разноцветной деревянной лавочке щедро поливала вещи в пакете. Потом она зафиксировала все это лаком для волос и хорошенько встряхнула.

— Тётя, ты — художник? — спросила какая-то девочка, но испугавшись доброго взгляда незнакомой тетеньки, тут же убежала к маме.

Ей стало немного легче. На полдня хватит, а вот потом придется выдумать что-то другое…

Лебедь неспешно вернулась в квартиру и вывалила вещи Кира обратно в шкаф. Пожалуй, она отодвинет визит к родителям еще на месяц. Переживут. А вот выпускать из своих рук парня во второй раз — она не намерена.

Новый штаб был круче предыдущего. Мониторов было больше, а располагались они даже не в комнате, а в огромном зале с высоким потолком. Рядом было несколько комнатушек, где расселились ребята.

— Помещение на территории бывшего завода, — пояснил Люр, — досталось за недорого. Мебель расставим позже, нужно скорее приступать к новому заданию.

Марина была согласна. Да, для нее расчехлили роскошный бежевый диван, на котором еще недавно лежал Роуэн, и поставили в полупустой комнате с темно-коричневыми стенами. Не очень тепло, но спасал обогреватель-ветерок. Несколько дней она никуда не выходила, а вникала в предлагаемые обстоятельства. Примеряла, так сказать, новую для себя роль.

Она — студентка, которой очень нужны деньги, поэтому Марина выходит на работу на полный день. Ничего не умеет больше, поэтому секретарь. А еще, очень отзывчивая и милая девушка, поэтому будет помогать хладнокровному убийце-одуванчику.

Целый день пришлось отвести на то, чтобы войти в образ наивной и отзывчивой девушки. Последние события не позволяли Марине широко улыбаться и заливисто хохотать. Люр был беспощаден. Он поручил Лиске ходить за каждым парнем из штаба и на них отрабатывать "легкомысленный и привлекательный смех".

— Ты должна привлечь его, — ворчал он как самый настоящий старикан, — А кого можно привлечь с такой мордой?

Отношение Люра к ней резко изменилось, стоило Марине заночевать. Она даже не могла заснуть в ту первую ночь и все время прислушивалась. Дверь между комнатушками закрывались плохо и Марине казалось, что она слышит легкие, крадущиеся шаги.

— Не нужно подозревать лиса во всех грехах, — убеждала она саму себя, — Но все равно лимит доверия был исчерпан.

Ложки нашлись, а осадок остался. Марина понимала, что сколько бы Люр ни улыбался и ни казался добрым учителем, он все равно ставит свою безопасность ваше ее. Это вызывало странное ощущение — будто она постоянно гуляет по зыбкой трясине, и ее может засосать в любой момент.

И вот на следующее утро она почувствовала перемену: Люр стал грубее. Возможно, он что-то узнал или что-то произошло в лисьем мире, о чем он ей не говорил, но девушка прямо таки ощущала исходящие от него энергетические нити недовольства.

Но нескольким полезным приемам он ее все-таки обучил. Неохотно и как-то вскользь, но показал, как нужно уворачиваться от серебряных пуль, как молниеносно доставать свой хвост и прятать облик.

Она тренировалась пол дня, пока Гайдн с Нейром куда-то уходили, а Блэр выслеживал новое передвижение жертвы, и в ее помощи не нуждался.

— Ты делаешь не так! — ругал ее Люр, — Следует нагибаться вправо, потому что большинство охотников правши, и пуля летит от тебя с левой стороны. Опять не туда!..

В какой-то момент ей показалось, что она попала в армию. А что, вон в Израиле призывают и молоденьких девушек. Семь потов сошло, прежде, чем получился этот нехитрый прием.

По вечерам Гайдн пел средневековые баллады и рассказывал стихи собственного сочинения. Они ели заказанную из лучших ресторанов Москвы еду и слушали его, ужиная в полумраке. В такие времена ей казалось, будто она уехала в летний лагерь и скоро придет вожатый и прогонит всех спать. Марина умиротворенно улыбалась и нахваливала сочинения лиса. Люр обычно сидел в углу, наполовину трансформировавшись в лиса, и грустно молчал. Марина не мешала ему думать о чем-то своем, но ее все время подмывало спросить, о чем же он думает.

Вообще, с ребятами из отряда у нее наладились теплые, приятельские отношения. Ни Нейр, ни Блэр, ни Гайдн не ругали ее и не выдавали ее ошибки предводителю. Если могли, подсказывали, как лучше себя повести в той или иной ситуации, как ответить, а где лучше промолчать. Блэр даже показал пару болевых точек на теле лис и силовой прием в придачу.

Марину готовили. И не просто к тому, чтобы завлечь хитрого маньяка в свои женские сети, но и чтобы ослабить бдительность, обезоружить противника к тому времени, когда в дело вступит отряд.

Однажды утром она слишком долго спала, и никто ее не разбудил. Блэр всегда громко передвигался по штабу, то напевая фальшиво известную песенку, то бубня себе что-то под нос. Вообще, от громилы всегда было много шума. А сегодня, будто вымерли все.

Марина распахнула глаза. Яркий свет просачивался сквозь темные шторы — лисы соблюдали конспирацию во всем, и большая часть окон в комнатушках была зашторена, и свободно расстилался по полу.

Девушка с трудом сообразила, где она находится. Глубокий сон оторвал ее от реальности и стер грани между событиями. Ей даже показалось, что она находится на даче у Валеры, но это была одна безумная секунда: разумеется, в роскошном особняке одногруппника не могло быть таких ободранных стен.

Конечно, бредовая мысль. Девушка медленно сползла с кровати, сразу же метя босыми ногами в кроссовки. Она догадалась взять из дома разную обувь, но вот о тапочках не подумала. А после бегства лис в другой штаб, никто и не озаботился ей вообще предложить какие-либо вещи. Выдавалось всё по минимуму. Впрочем, и свою обувь она забыла на квартире у Кира, к которому, разумеется, не пойдет.

Секс ему нужен — надо же, удивил! Парни всегда думают о многих вещах слишком прямолинейно. Вот ей, к примеру, секс тоже нужен, но после любви. Сначала любовь, потом секс. Всё сложно, потому что первый показатель гибкий и неустойчивый, как ветреная погода.

Девушка поежилась от неприятных воспоминания и направилась в ванную комнату. Наспех оборудованная в кладовке она не была снабжена зеркалом, и Марина не сразу поняла, что же с ней происходит. Только докоснувшись до носа, она почувствовала что-то неладное…

Выскочила из ванной и наткнулась на Люра.

— Как тебе частичная трансформация? — невозмутимо спросил он, — Решил ускорить процесс, поэтому добавил тебе в вечерний чай усиляющего зелья.

— Чего? — девушка оторопело ощупывала шею, плечи, но лисьей стала только голова, и это жутко испугало ее.

Одно дело, если ты слегка превращаешься, постепенно и сама, а совсем другое — если на тебя насильно надели голову от чучела, но еще и вживили, так что снять ты это не можешь.