Полнолуние для магистра (СИ) - Горбачева Вероника Вячеславовна - Страница 79

Лорд Оливер невольно отступил.

— А вы… справитесь?

— Намекаете на полубожественную сущность вашего брата? Он просто не встречал достойных противников, а потому выдаёт желаемое за действительное. К тому же, он потерял всех своих Железноклювых; Тотем Силы истощён, а с тем, что у него осталось, я как-нибудь справлюсь.

— Но… не убивайте его, если это возможно!

Магистр помолчал. Ответил сухо:

— Я понимаю ваш порыв. И напомню: я не палач. Если можно обойтись без окончательного развоплощения — обойдёмся. Если у меня не будет выхода, то, разумеется, я пойду на крайние меры.

— А если…

— Довольно, сэр Оливер. Сказано всё. А теперь — уезжайте немедленно, как можно дальше от этого дома. Соберите прислугу и отошлите её в какое-нибудь из своих поместий. Я собираюсь заняться этим Зеркалом, а это чревато последствиями. Защитный контур вокруг вашего дома достаточно силён, но он расположен по периметру, а вот те, кто внутри, могут пострадать, случись рядом с этим артефактом выброс Силы… Поторопитесь, граф.

Сэр Оливер с тоской огляделся.

— Неужели всё это может погибнуть? Родовое гнездо четырёх поколений, мой отчий дом!

— Это в худшем случае. В лучшем — вернётесь, когда я извещу, что здесь безопасно. Поторопитесь, говорю я вам. К полудню в доме не должно оставаться ни души.

Дождавшись, пока граф удалится шаркающей походкой внезапно состарившегося человека, Ричард Уэллс мановением руки убрал с Зеркальной двери защитный контур. Окружающему миру пока ещё нечего было бояться. Пока. Патрик Теодор Грэхем в теле Виктора Джейкоба всё ещё беспамятен и беспомощен; да и очнувшись, вряд ли начнёт расхаживать по Зазеркалью. Остаток Силы он наверняка бережёт для иного. Магистр догадывался, для чего, и намеревался перенаправить эту энергию в совсем другое русло.

Сняв с пальца одно из магических колец, простое, без камня, он присел на корточки перед вскочившим пёсиком.

— Тоби…

Ошейник фамильяра был украшен подвеской-медальоном. Раскрыв его, Магистр поместил между створками из жёлтого металла кольцо, защёлкнул. Подержал безделушку в кулаке, шепча особое заклинание.

— Всё, Тоби, теперь ты не просто фамильяр; ты мой якорь, понял? Где бы ты ни оказался… Вернее сказать, где бы я ни оказался — я всегда смогу тебя найти, а ты — притянуть, понял?

Тот встревожено зыркнул тёмными глазёнками.

— Да, понимаю, это кажется сложным. Ты прав. Подобные задачи — для взрослых фамильяров. Но, друг мой, сегодняшний случай не слишком труден. Ты справишься. Мне всего лишь нужна страховка, путеводная нить, по которой я выберусь из Зазеркалья, если оно вдруг начнёт блажить и выстраивать лабиринты. А оно это любит. Просто будь здесь и жди. Даже если почему-то придётся покинуть это место — просто жди меня. Где угодно. Жди.

Вздохнув, Тоби улёгся. Положил на вытянутые лапы голову, всем своим видом говоря: так и быть, жду. Магистр протянул было руку, погладить… но словно застыдился своей неуместной нежности. Нахмурился, потрепал фамильяра за уши.

Встал.

Долго всматривался в зеркальную поверхность. И, наконец, решительно шагнул сквозь неё.

Заложило уши, как в горах на большой высоте. Мир поблёк, будто выгорел. Пустота вокруг Магистра преобразилась в бескрайние просторы зала, стены которого разбегались, казалось, на мили, а потолок уносился под несуществующие в Сумраке небеса. Ричард Уэллс скользнул взглядом по бесконечной колоннаде, по фрескам и гобеленам, где-то там вдалеке украшающим стены цветными пятнами, по множеству дверей, прислушался к тишине… и понял, что без чьей-либо подсказки искать ту, с кем пришёл встретиться, будет целую вечность.

Опустив руку в карман, с силой сжал кусок простой керамической плитки с оттиском пера. Ею когда-то был украшен алтарь древней богини, который прошлой ночью откопали Эрдманы. Узнав от старика Барри историю братьев Грэхемов — во всяком случае, в том виде, насколько она открылась самому дворецкому — Магистр послал сыщиков в загородное поместье, то самое, где однажды серьёзно заболел и умер старший сын и наследник лорда Грэхема, Теодор. Магистр поручил проверить, цела ли могила мальчика, а главное — не пустует ли; остался ли ещё пролом в старой беседке, если нет — возможно ли его вскрыть и обследовать. И доставить ему хоть что-то из святилища. Хоть паршивый камень из-под ног, лишь бы по нему было видно, что лежит он там со времени возведения капища.

Они и привезли. Ничтоже сумняшеся, отколупали несколько обломков прямо с алтаря. Молодцы. Будто знали, что на каждую богиню тоже найдётся свой якорь.

— Бадбур! — зычно окликнул Магистр, сжав кусок глазурованной плитки до боли в разрезанных сколами пальцах. — Отзовись! Надо поговорить!

Глава 23

Как это часто бывает, заработавшись, Лика потеряла счёт времени. И опомнилась лишь, когда, в очередной раз перевернув страницу, увидела, что та последняя. Надо же, полтетради маханула, вот это списочек!

Надо сказать, сработала привычка к классификации, приобретённая на библиотечной работе. Приходилось учитывать, что черновиков в её распоряжении нет, записи ведутся набело; а значит, нужно сразу оставлять чистые места для возможных дополнений. Обычная бумажная тетрадь — это вам не вордовская страница, где можно в любой момент вернуться в нужную строку, внести изменения; поменять абзацы местами, влепить иллюстрации или ссылки… Поэтому, расписав на первой чистой странице перечень направлений, которые она собиралась в дальнейшем раскрыть для Ангелики подробнее, Лика отвела каждому пункту отдельную страницу, и, даже заполнив ту лишь до половины, переходила к следующей, со следующим пунктом. Потом, припомнив по ходу что-то полезное, возвращалась к написанному и заполняла пустоты.

Теперь же, оторопело глянув на жёлтый плотный лист обложки, она сперва задумалась: придётся писать по нелинованному. Потом, вернувшись к первой странице, легонько стукнула себя по лбу: да нет же, больше ничего не нужно, список весь отмечен галочками! Надо же, как подгадала с объёмом! Сверилась с Перечнем Прогрессивных Технологий (как для себя обозвала), пробежалась по заголовкам страниц… Ну да. Со стороны посмотреть — бессистемный, но как-то упорядоченный свод информации, кому-то для чего-то нужной. А из-за не слишком каллиграфического, прямо скажем, прыгающего почерка руки, более привыкшей к клавиатуре, чем к ручке, вообще напоминает сочинение юного инопланетянина. «Лето я провёл на планете Земля. Там полно всяких интересных штук, но всего я не помню, просто напишу о том, чего у нас нет, а там работает…» Как-то так.

Свечи из чистого белого воска оплыли до половины, но горели чисто, бездымно. Впрочем, надобность в них уже отпала: писать Лика закончила, а чтобы добраться до постели, света не требовалось, поскольку за окном занималась заря, разгоняя тьму. Как в своё первое утро в этом доме, Лика постояла немного у открытого окна, привычно удивилась поднятой наверх раме — надо же, а ведь англичане и в её время сохранили такую оконную систему, даже Европа постепенно её перенимает… Погрустила.

А ведь дело сделано. И речь вовсе не о прописанной тщательно «памятке подселенца», а о своей Миссии. Договор со скроухами выполнен. В сущности, ей остаётся лишь дождаться, когда Ангелика завершит свое долгосрочное обучение, длящееся в особом сне несколько лет, и… вернётся. Как их поменяют? Предупредят ли заранее? Успеет ли она хоть немного побродить по Лондону, почти на две сотни лет моложе того, что в её мире? Достопримечательности-то практически всё те же: Биг-Бен, Тауэр, Букингемский дворец, Вестминстерское аббатство… Конечно, нет двухэтажных автобусов и красных телефонных будок, «Лондонского глаза» — знаменитого колеса обозрения — и новых статуй на Трафальгарской площади. Зато есть возможность увидеть собственными глазами саму Историю, ещё не заасфальтированную, не закатанную в бетон и не кричащую со всех фасадов рекламными надписями. Настоящий первый омнибус. Грузовые баржи и парусники торговцев со всех сторон света, снующие по Темзе. Дам, настоящих леди в смешных пальто с завышенной талией, украшенных кружевами, рюшами и бантами; джентльменов в высоких цилиндрах и с тростями, с рубцами на щеках от чересчур жёстких воротничков; беспорядочное с виду движение кэбов, всадников, шмыгающих в толпе мальчишек-разносчиков, мальчишек-газетчиков, мальчишек-зазывал… Как хорошо, что она появилась здесь уже со знанием языка! Интересно, а оно останется тогда и там, при возвращении? Хотелось бы.