Принц на передержке (СИ) - Сойтту Анна - Страница 22

— Простите, мы раньше не встречались? — поинтересовалась девушка неожиданно.

— Ну, нет так нет, — вдруг очень похоже сказал блондин, и кинулся наутёк, размахивая букетом.

Нет, мир явно сошёл с ума, но оставшийся путь до дома прошёл без происшествий и дал надежду на то, что всё же получится отдохнуть. Принять ванну, зажечь свечи, налить бокальчик прихваченного в магазине красного вина… Может, нервы подлечатся? Грузины не могут ошибаться.

Дома Леся сложила все покупки в холодильник, перед этим отлив в блюдце молока и отломив корку хлеба.

— И куда это ставить? — нахмурилась Леся. — Печи в доме нет, но есть плита.

Поставив подношение назойливому духу на тумбочку возле плиты, и буркнув рекомендуемые мудрым сайтом слова заклинания, девушка вернулась в комнату, снова во что-то упёршись по пути.

— Да когда же это кончится? — в сердцах завопила Леся и многострадальный глаз снова непроизвольно дёрнулся.

Глава шестнадцатая. Масштаб кОтастрофы

— Надо что-то делать, — принц строго поглядел на выстроившихся в углу зала телохранителей.

Чёрный и Белый стояли печально, устало и виновато.

— За последние дни её счастье только уменьшается. Почему?

— Когда я явился к ним на работу под видом богатого клиента, — задумчиво заявил Белый. — Хранительница отказалась идти со мной в ресторан. Наверное, ей не нравятся рестораны.

— А ещё ей не нравится пиво и кубики на прессе, — поддакнул Чёрный и потёр свежую шишку на лбу.

— А ещё букеты с розами, — добавил Белый, потирая царапины на щеке. — Никогда не покупайте розы с шипами!

— И когда женщины на лавочке называют её жрицей любви, ей это не нравится тоже. И мы не нравимся этим женщинам! Они постоянно вызывают стражников, от которых мы устали бегать по крышам! Если бы можно было растерзать их повозки…

— Никаких повозок! — отрезал принц. — Ведём себя тихо!

— Кис-кис, Дарик, — раздалось из Лесиной комнаты. — Есть пора!

Принц дёрнулся, но остался на месте.

— Может, поэтому она и несчастна? — задумчиво сказал Чёрный. — Мы окружаем её вещами, которые она не любит? Просто надо всё убрать? Я уже и невидимым становиться почти не могу. В последний раз исчезла только одежда. Все смеялись, но неудобно. А у Белого — одежда и голова. Только над ним почему-то не смеялись. И память у неё стирать уже не получается толком. Она с каждым разом всё меньше поддаётся чарам.

Белый усердно закивал в подтверждение слов напарника. Они могли быть не умнее табуретки, но свою выгоду чувствовали сразу.

Вейран нахмурился.

— Дарик! Дарик! — раздалось из спальни снова. Принц вздохнул и пошёл. Всё равно ведь не отстанет.

Пока его не было, заморенные телохранители расселись в креслах, с блаженством вытянув ноги. За последние дни их столько раз гоняли и били, что они совершенно обессилели. Зомби-мышки быстро принесли им из кухни напитки. Одна встала на страже. Вот она махнула лапкой. Вейран приближался.

Когда наевшийся принц зашёл в зал, телохранители уже стояли, вытянувшись по струнке.

Вейран оглядел свою доблестную армию и задумался. У него не хватало сил. Не хватало умения. Что там говорили в таком случае скучные учителя истории? Не можешь победить — подружись?

— Слушайте, мои храбрые воины, — начал он. — С этого дня мы не будем прятаться и стирать ей память. А сделаем вот что…

Леся вышла выбить ковры. До Нового года меньше недели и Марина завтра приедет, надо было сделать уборку. Хотелось без всяких этих пылесосов, по старинке. Была мысль взять с собой Мандарина, чтобы немного прогулялся и составил ей компанию, но поводка не нашлось, а тащить это чудо всю дорогу на руках сил не было.

Кот не особо и обиделся, вроде.

Пыхтя и отфыркиваясь, проклиная всеми знакомыми непроизносимыми в приличном обществе словами свою идею, Леся вытащила дорожку из подъезда. Кто ж знал, что, скатанная в рулон, она такая тяжеленная?

— Девушка, Вам помочь? — услышала она, сделав пару шагов.

У лавочки переминался белобрысый двухметровый красавец, похожий на скандинавского киноактёра.

Сидящие на лавочке бабульки встрепенулись.

— Нет, — отрезала Леся, не останавливаясь и, собрав последние силы, с гордым видом потащила свою ношу дальше.

Блондин сделал несчастный взгляд, но не помогло. Отчего-то девушке всё равно хотелось просто его стукнуть. Или даже не просто. Кирпичом или зонтиком.

— Ишь ты, вертихвостка, — вдруг раздалось негодующее с лавочки. — Парнями перебирает, как хочет! Тяжесть такая, а от искренней помощи нос воротит!

— Простите, — растерялась Леся, от неожиданности уронив дорожку и едва избежав встречи с пронёсшейся по двору машиной.

Водитель сердито погрозил кулаком из окна своей иномарки на повороте, да и было за что — чуть по ковру не проехался.

— Парень вон какой хороший! — восхитилась одна бабулька, а остальные согласно закивали. — В аптеку сбегал, собачку выгулял, кота местного с дерева снял. Внимательный такой, вежливый!

Блондин сделал глаза кота из серии про Кота в сапогах и трёх демонят.

— Ну, хорошо, — сдалась Леся под массированной атакой, и дорожку тут же подхватили с земли.

С лёгкостью закинув неподъёмную ношу на плечи, блондин кинулся к стойке, развернул ковёр, и стукнул по нему ладонью, проигнорировав протянутую ему выбивалку. Взметнулась пыль, заставив закашляться не успевшую отскочить девушку. Невольно переведя взгляд с выбивалки на руки блондина, Леся едва удержалась от уважительного присвиста.

— И я помогу, девушка, можно? — как чёрт из табакерки, вынырнул совсем рядом здоровенный брюнет.

Леся глянула на местный трибунал. Бабульки одобрительно кивнули и с неподдельным интересом принялись ждать продолжения.

— Меня Романом зовут, а это… — новоприбывший кивнул в сторону воюющего с ковром друга. — Макс.

— Очень приятно, — пробормотала девушка. — А я — Леся.

Ей почему-то по-прежнему очень хотелось стукнуть этих двоих, смутные подозрения никак не хотели отпускать из своих объятий. Но девушка отмахнулась от них, не о том сейчас душа болела.

Скоро должна была приехать Маринка. Решалась судьба кота. Что же будет?

Мужчины как-то пытались разговорить, но Леся хмуро отшучивалась под пристальными взглядами соседок и, когда дорожка стала напоминать новую, быстро свернула разговор. Новые знакомые вроде даже не обиделись и дотащили ковровую рульку до квартиры, словно пёрышко. И даже на чай не напросились.

Придя домой, Леся крепко прижала к себе Дарика, забравшись с ногами на кровать. Кот сначала таращился и дёргался, потом согрелся и замурлыкал, задремал. А Леся сидела и глядела в подступающую за окном ночь. И почему-то очень хотела плакать, но глаза оставались сухими.

От выбитой дорожки в комнате пахло морозом, снегом и свежестью. Запах быстро убаюкал и Леся, прижимая кота к себе, забылась крепким сном.

Разбудив её ни свет, ни заря, Маринка ворвалась в дом, как снежная буря. Пронеслась от двери, раскидывая вещи, и сходу кинулась Лесе на шею, не обращая внимания на заспанный вид подруги.

— Лисёнок! Привет! Я скучала!

Даже с дороги, Маринкина физиономия казалась свежей и отдохнувшей. Чёрные волосы волнами расплескались вокруг лица, на котором сияли большие карие глаза. Вздёрнутый курносый нос, пухлые губы, круглые щёчки и стройное подтянутое тело — вот и вся неугомонная подруга, заполняющая своим присутствием и искристым смехом любую компанию.

— Ой, а это кто? Какой милашка! — руки с хищным маникюром под леопарда тут же потянулись в сторону мохнатого жильца.

Вылизывавшийся на кровати принц выгнулся и зашипел, но это не спасло его от молниеносной железной хватки за щёки с последующим качанием в объятьях и попыток почесать пузико.

— Ути-пути красавчик! — умилилась Маринка. — Был бы ты повыше и с машиной — уж я бы с тобой закрутила!

— Маха! — привычно ужаснулась Леся.