Вечная зима (СИ) - Бархатов Андрей - Страница 157

Детали плана по возвращению своего верховенства в стае Вольга не раскрыл. Вместо этого он просил Херна вернуться в крепость Маунтин в качестве его лазутчика, а также, при возможности, “посеять брешь в обороне”. Херн догадывался, что Вольга имел ввиду. Ещё во времена Первого нашествия крепость Маунтин показала себя неприступной. Возьми Вольга её тогда, и человечество наверняка бы пало. Но все обернулось разгромным поражением и изгнанием. Сейчас в голосе Вольги преобладала железная уверенность в победе, какой Херн не слышал в прошлый раз. И эта уверенность склоняла Херна на его сторону. Тут Вольга повернулся и не своим голосом пролепетал: “Спасите…прошу вас”.

Херн пришел в себя. Его смятые легкие тотчас же потребовали глубоко вдоха. Херн невольно раскрыл рот и, набрав полные легкие сгустившейся пыли, громко откашлялся. “По-помогите, пожалуйста. М…меня…при-придавило…ноги…при-придавило”, - молил дрожащий всем телом муж. Он крепко вцепился в меха Херна и пытался притянуться к нему (или же притянуть к себе самого охотника). Силе его хватки можно было лишь позавидовать. Здоровенные глыбы не просто придавили его ноги; они превратили конечности в необратимое месиво. “По-пожалуйста…не оставляй ме-меня”, - он продолжал причитать, пребывая в агонии. Грозные толчки сверху, порожденные не иначе, как пробегающим волколаком, пошатнули обломки, которые в следующий же миг с головой завалили бьющегося в истерике мужа. Херн очень осторожно прополз меж завалов, понемногу расчищая себе путь, и в конечном итоге выбрался к свету. Позади раздался рев. Дикарь с натянутым на голову черепом барана гнал прямо на Херна, беспорядочно орудуя топором. Херн швырнул в него первый попавшейся под руки обломок и попал точно в голову. Дикарь потерял равновесие, споткнулся и покатился вниз. Херн потянулся к мечу. Нащупав пустые ножны, он бросился бежать, продолжая отбиваться от преследователя камнями. Благо, кругом их было в достатке. Как и снующих кругом дикарей. Продолжи Херн убегать, и преследовать его будет уже не один враг. Херн взобрался на гору обломков и, схватив бревно, на развороте приложил дикаря по морде. Тот скатился вниз, но не отступил, а предпринял новую попытку разодрать Херна на куски. Его череп, к слову, даже не треснул. Херн подпрыгнул, намереваясь пронзить дикаря насквозь. Бревно беспрепятственно прошло сквозь разбухшую его тушу, но не пресекла в ней жизнь. Дикарь отбросил Херна размашистым ударом руки и занес над ним топор. Херн увернулся, схватил меч, пыльная рукоять которого навсегда застыла в окаменевших пальцах ничейной руки, и отсек противнику руку. Он мог бы срубить и голову, несомненно, однако шея дикаря была покрыта единой костью. Херн пригнулся, разрубив одну ногу. Вторую отсечь не получилось — лезвие застряло в кости. Херн ловко кувыркнулся к топору и вогнал его в грудь дикаря. Последний завалился навзничь, но не погиб. Эта живучесть повергла Херна в шок, но оставаться на месте было очень рискованно. Он как можно скорее выбрался из леса, где его уже поджидал Вольга. Херн улыбнулся. Глаза его закатились за веки. Он бы упал в снег, если бы Вольге не поспешил подхватить его. “Все хорошо, ты теперь со мной”, - последнее, что услышал Херн, прежде чем провалиться в сон.

“Я понял, — кивнул Вольга, выслушав весь рассказ Херна. — Благодарю тебя”. Теперь он объявил о дальнейших планах, чего уже с нетерпением ожидал Херн. Прежде чем он сразится с Обращенным за место вожака стаи, ему стоит обрести несколько необычных артефактов, известных своими необычными свойствами. Иначе Вольга наверняка потерпит поражение. “Я признаю его мудрость, его ум, его силу, его Зов, — перечислял Вольга. — Он — нынешний вожак стаи, а я — пережиток прошлого. В голом бою мне ни за что его не одолеть, это очевидно. — он кивнул на сумку у себя за спиной. — Поэтому мне нужно обрести перед ним некоторое преимущество”. Кроме того, Обращенный чувствовал Вольгу и, по словам последнего, принял вызов к сражению. На время выяснения истиного вожака стаи, стая не двинется дальше, так что у человечества есть шанс собрать осколки своих сил. Вольга не считал это проблемой. Он давно предвкушал победу. Большую озабоченность у него вызывала схватка с Обращенным.

Первым местом, куда Вольга и Херн отправились, была Портовая пещера — хранилище легендарного меча Риграден, создателем и единственным владельцем которого был безызвестный герой Зэодор. Судя по словам Вольги, лезвие этого меча без труда могло пробить шерсть волколака, а, приложив к нему достаточно усилий, мог и разрубить зверя надвое. “Неужто ты завоюешь уважение стаи, сразив Обращенного человеческим мечом?”, - спросил Херн. Вольга ответил, что метод сражение несущественен. Исконные волколаки не терпят обращенных волколаков почти так же, как и людей. Все дело в силе и Зове. Если Вольга одолеет своего врага, он докажет свое превосходство не только над Обращенным, но и над всей стаей. Этого вполне достаточно, дабы стать вожаком. Херн это запомнил.

Портовая пещера располагалась в отвесной скале, с которой открывался вид на крупное озеро, куда впадала река Синкфал. Семеро разбитых в бою кораблей частично торчали из-под воды, словно боровшиеся за свою жизнь утопленники. Флагманский корабль, по размерам значительно превосходящий любой другой, был отчасти насажен на выпирающие из-под воды каменные колья. Его носовая часть оставалась сокрыта в пещере. Вольга и Херн неспешно спустились вниз по выступам в скале и оказались на корабле. Ни флагов, ни костей погибшей команды, ничего, что могло бы сказать о принадлежности этого очень небольшого флота. Одни только бочки с попорченным временем Холодным огнем, принявшим неестественно рыжий цвет. Он старался обходить их стороной. Вольга же чувствовал себя свободно, пустившись в рассказы о великом, несправедливо забытом герое, посвятившем свою жизнь одиночной борьбе с волколаками и прочей “нечистью” везде, где только мог её встретить. Слово “везде” смутило Херна. Вольга произнес её с таким выражением, точно имел ввиду не только известный ему мир.

— Герой был на этом корабле? — спросил Херн. — Кому вообще принадлежал этот флот?

— Баварам.

— Что-то я не припомню, чтобы какое-либо племя вообще имело свой флот.

— Поверь мне, ты много не знаешь об этом мире, — усмехнулся Вольга. — Я изучал его историю на протяжении всей моей жизни, но даже сейчас я не могу с уверенностью сказать, что знаю все.

— Как герой попал на этот корабль?

— История об этом умалчивает, а легенда, основанная на словах очевидцев, начинается именно отсюда. Именно здесь флот атаковали волколаки. Сотни жадных до крови зверей сошли с этой самой скалы и вырезали всю команду одно корабля. Затем перебрались на второй. А там и на третий. Среди племени началась паника. Капитан одного корабля опрометчиво повел штурвал вправо и столкнулся с бортом другого корабля. Охваченный Зовом флагман повел свое судно в скалу, прорубив носом вход в пещеру…

Рассказ Вольги безвозвратно увлек Херна. Он говорил с таким выражением, точно сам присутствовал на месте событий. Херн спрыгнул с развороченного носа, обнажающего заплесневелые палубы, и разжег факел.

— Герой сошел с корабля с остатками команды. Они отступали вглубь пещеры, сдерживание давление недруга, — Вольга указал Херну поднять факел. — И наткнулись на тупик. Они не сдались и бились до самой смерти, забрав с собой до трех сотен волколаков.

— Никогда не слышал даже намека на эту историю, — произнес Херн, освещая разбросанные всюду останки.

— Теперь о ней знают три человека. Дело в том, что история об это безымянном герое могла подпитывать в то время исхудавшую надежду людей на победу над стаей. Поэтому я утаил её.

— И люди все равно победили, — иронично заметил Херн. Вольга кивнул и приподнял руку. Тупик. Почти вся стена была небрежно исцарапана рунами. Куда не ступи, а везде наткнешься на звериные кости. Вольга взял факел и уверенно зашагал в угол, где и покоились останки героя. Пускай с его смерти прошло так много времени, а его в буквальном смысле костлявые пальцы все ещё держали в руке меч. Его череп уткнулся лобной костью в рукоять, сотканную из больших позвонков какого-то великого животного. Клинок был не менее удивительный. С его величиной, казалось, можно разрубить целую гору. Судя по останкам, лежащим на месте воткнутого в землю меча, последней жертвой героя пал именно этот волколак. Херн присмотрелся к рунам на стене, но едва ли он что-то понял. Вольга же, только бросив на них беглых взгляд, велел Херну приготовиться. Херн насторожено отнесся к идее прикоснуться к мечу. А если он проклят? Он и по себе знал, как тяжела ноша проклятого. Он утешал себя тем, что Вольга наверняка знал, что делает. Он знал. Ведь так?