Арбалетчики в Карфагене (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 88

— Пор… эээ… Поръядьёк! — доложил мне протиснувшийся наконец кельтибер Бенат на языке, который он сам на полном серьёзе считал русским.

— Ну, тебе виднее! — хмыкнул я, намекая на то, что ему-то пришлось куда легче моего. Его присутствие на площади не требовалось, и он, сделав дело, спокойненько смылся и переоблачался в надлежащий вид в укромном месте и без суеты, а вот меня переоблачали впопыхах — спасибо хоть, ничего не перепутали в спешке. Порядок же, о котором мне доложил недавний напарник, касался одного предмета, который требовалось как можно скорее эвакуировать и надёжно приныкать — во избежание кучи ненужных нам вопросов от кучи людей, которых никто не собирался ни во что посвящать. Меньше знаешь — лучше спится, а разве это не долг солдата — обеспечить спокойный и здоровый сон мирным обывателям? Да и нам самим будет спаться куда спокойнее, когда мы твёрдо знаем, что моя пистоль с навинченным на неё глушителем беспрепятственно покинула площадь, укрытая от лишних глаз в скрывающем её характерный видок бауле.

Мы спокойно расходились по домам, а на площади уже кипело следствие, оглашаемое воплями подвергнутых пытке виновников — тех, по чьему преступному недосмотру случилось то, что случилось. Не повезло парням, но кто заставлял их служить этой сволочи? В конце концов, сами выбрали себе свою судьбу. Теперь кого-то распнут, кого-то затравят львами. Позже римляне войдут во вкус подобных развлечений, но пока-что они ещё только начинают приобщаться к этому великому достижению античной цивилизации, а для Карфагена это дело — давно уже обычное. Потом поймают ещё пару-тройку подстрекателей толпы, которыми окажутся сплошь люди того же Козлёнка и его дружков-союзников из антибаркидской группировки, и их, естественно, ожидает та же судьба. Сами они пока об этом, конечно, ни ухом, ни рылом, но под пытками в чём не признаешься? А уж Бостар постарается, как и начальство городской стражи, с которым тоже достигнута негласная договорённость…

Если преследовавшая Козлёнка и загнавшая его в храм толпа считала, что мстит ему за изгнание Ганнибала, за ликвидацию "народных завоеваний" и за расправы с неугодными, то мы с Бенатом никому ни за что не мстили, мы просто работали. Наш наниматель — тем более. Акция была тщательно спланирована нашим "мозговым центром". По сведениям Юльки какой-то из исторических источников сообщал о бунте в городе, в результате которого Гасдрубал Козлёнок, спасаясь от разъярённой черни, сбежал в некрополь, укрылся в какой-то гробнице и там уже, отчаявшись скрыться и боясь мучительной расправы, покончил с собой сам. Это должно было случиться позже — на год или на два, и мы решили, что в данном случае небольшая корректировка естественного хода событий ощутимо на историю не повлияет. Выслушав наши доводы, Арунтий полностью с ними согласился и принял наши соображения в разработку. А для его планов устранение лидера противоборствующей группировки вполне назрело. Во-первых, для внесения в неё дезорганизации и ослабления её противоборства. Во-вторых, для выдвижения в ней новых лидеров, отношения с которыми сложились не в пример удачнее. И в-третьих — для скорейшего продвижения по службе молодого хилиарха Бостара, на которого имелись некие далеко идущие виды. Словом — назрела "историческая необходимость" для небольших кадровых пертурбаций.

Храм же для исполнения акции был намечен вовсе не случайно. Воплотить в металле задуманную пневматическую пистоль я не успевал, а имевшаяся уже в наличии огнестрельная не только грохотала громче, но и кумар после себя оставляла весьма духовитый, не говоря уже о хорошо заметном облаке дыма — решить вопрос с бездымным порохом я тоже ещё не успел. В храме же курятся благовония перед идолом божества, и это маскирует дым с запахом, а взрыв "фугасной" пули в тушке жертвы должен был и надёжно скрыть характерные признаки огнестрельной раны, и придать виду обезображенного трупа пущий драматизм, облегчающий списание акции на кару от богов. Опять же, храм — священное место, где проявление божественной воли особенно вероятно, что тоже не может не работать на "божественную" версию следствия. И римляне-то республиканские весьма суеверны, что ни землетрясение или ещё какое бедствие, так грандиозные молебны с жертвоприношениями устраивают, а уж карфагеняне — и того хлеще. Давно ли первенцев знати, не говоря уж о простонародье, в дни серьёзных потрясений богам жертвовали? А посему, божественная воля — версия серьёзная и, вообще говоря, практически неопровергаемая.

Вышло всё, как говорится, на пять с плюсом. Храм, намеченный для засады, был выбран тот, который будущая жертва и так периодически посещала для уединённой молитвы. Предварительно пришлось одурманить жрецов наркотой, дабы не путались под ногами и не видели лишнего, но это сделали другие люди, а мы с Бенатом и тремя помощниками явились на готовенькое. Вряд ли жрецы захотят признаться в том, что "приторчали" во время храмовой службы, и другого выхода, кроме как валить всё на божество, для них не просматривается. Толпа преследователей тоже была подобрана тщательно — с бору по сосенке, зато ни одного случайного человека. О подстрекателях и говорить нечего — пару знакомых физиономий и я-то заметить успел, а уж эвакуировавшийся раньше меня напарник — и подавно. Грамотно нейтрализовали и охрану Козлёнка, свалив её глиняными ядрами из пращей. Кто докажет, что сработали балеарцы, а не коренные карфагеняне? Пытают сейчас не этих бедолаг, до следствия не доживших, а их начальника и его подручных, виновных в "преступной халатности". Через некоторое время даже до римлян дойдёт, что дело — "дутое", терзают и казнят невинных — ну, именно в этом по крайней мере невинных, и делают это исключительно в угоду им. И кончится это тем, что сами же римские послы придут в ужас и потребуют прекратить этот балаган, что и будет с удовольствием исполнено. Но внешне — с большой неохотой, исключительно по требованию римских послов, олицетворяющих собой волю уважаемых всеми сената и народа Рима, гы-гы!

На улице глушак здорово ослабил бы грохот выстрела, но в замкнутом пространстве храма… Никто не стрелял холостым из "макарова" в комнате? И не советую, млять! Наушники — они ведь западными стрелками в тирах не зря применяются. В общем — примерно то на то и вышло, вполне сойдя за раскат грома. Бедные мои ухи! Но Бенату — вспоминается не без злорадства — похлеще моего досталось, я-то ведь об этом эффекте знал, а для него он оказался сюрпризом. Матёрый вояка-кельтибер, успевший навидаться всякого, на сей раз перебздел не на шутку. Ну, зато потом ухи от ушной серы как следует прочистил, надеюсь. Так ухи у нас с ним у обоих бедные, а у меня ж ещё и руки! Обе — я обеими руками пистоль держал, и один хрен отдача немилосердная. Слишком уж сильный вышибной заряд требуется для выстрела слишком уж тяжёлой продолговатой пулей. Я-то ожидал, что богатая смесь и на основе селитры будет прекрасно срабатывать от удара, но эксперименты надежд не подтвердили. Нет, иногда срабатывало, но не столь прекрасно, как хотелось. Даже по доске не всякий раз выходило, а мне ж не по доске надо, мне надо по тяжёлому и тупому предмету куда мягче той доски. А по арбузу, например, или по тыкве, сработало лишь один раз из десятка. Пришлось заморачиваться миниатюрным тёрочным ударником с парой кремешков, а там длина хода того ударника требуется не такая уж и миниатюрная. А надо ж ещё, чтоб пуля не кувыркалась, чтоб головкой с тем ударником в означенный тяжёлый и тупой предмет впечаталась, а это для той пули ещё и жопки стабилизирующей требует. И всё это — длина, а значит — вес. Ну и отдача при выстреле, соответственно, такая, что мне деревянную часть агрегата переделывать пришлось — так, чтоб с обеих рук стрелять. И один хрен ощущеньица — сильно на любителя. Спасибо хоть, стабильности срабатывания добиться в конце концов удалось, а заодно и от богатой смеси к нормальной вернуться, усилив тем самым мощь боеприпаса. Заряд в пуле сработал в башке Козлёнка так, что опознать его можно теперь только по шмотью — разворотил добротно, от души, вдребезги. Как там в том бородатом анекдоте? "Разрывная" — подумал Штирлиц, пораскинув мозгами — ага, в буквальном смысле!