Дракула. Начало (СИ) - Видулин Роман - Страница 23

Я проснулась утром и ощутила слабость во всем теле. Мистер Стокер посоветуйте, что мне делать. Когда Василий увидит на мне укусы, боюсь, что произойдет нечто ужасное. Василий человек с суровым нравом. Он непременно все выскажет графу и тогда…

Стокер смял в руке прочтенное послание. Писателю вспомнился сон, в котором он видел американку, сидящую за столом и откусывающую куски мяса от живой крысы. Стокер взял чистый лист и написал на нем несколько строк. Эта записка предназначалась Гертруде. В послании Абрахам убедительно просил миссис Стоун ничего не рассказывать своему любовнику Василию, и просто ждать, ничего не предпринимая.

В зале-гостинной, за обедом, Абрахам передал записку американке. Женщина выглядела уставшей. Русский писатель Василий сидел рядом с возлюбленной, и явно, был чем-то не доволен.

Стокер хорошо перекусил и выпил бокал красного вина. Затем, отправился в свою комнату.

Гроза утихла. Дождь закончился. Абрахам распахнул окно и наполнил спальню свежим воздухом. Солнце пробивалось сквозь уплывающие прочь серые облака. Стокер сел за рабочий стол и стал размышлять о том, каким будет его новый роман, и с чего следует начать. Абрахаму предстояло хорошо поработать, создавая новый сюжет своего произведения, и еще завершить идею заказчика Владислава Дракулы…

Принято считать, что рукописи «не горят». Для успеха задуманного дела, Стокеру нужно было закончить свой новый роман раньше, чем будет поставлена последняя точка в проекте графа. Тогда события нового сюжета раньше вступят в силу и, перечеркнут собой параллельно идущую историю, в которой абсолютное зло побеждает реально существующих персонажей: Миреллу, Ван Хельсинга и самого Джонатана Харкера в лице Стокера. Остается пожелать удачи писателю-творцу, в жилах которого течет кровь пророков…

Глава 24

Дневник Абрахама Стокера.

20 сентября. 1896 г. Утро.

Я долго не делал записи в дневнике. Был увлечен работой над романами. Осталось недолго ждать, всего несколько дней, и я завершу оба произведения.

За последние пару месяцев в замке произошло немало событий. События эти, одновременно шокирующие и удивительные. Начну с того, что все писатели — гости графа, один за другим стали исчезать. Каждое утро, в зале-гостинной появлялось все меньше кудесников пера и бумаги. Первой пропала Гертруда Стоун, затем писатель из России, за ним Ксу Дзянь из Китая, следом Амадей Мюллер из Германии и последним, с кем я поужинал в последний раз, был Юранд Вуйчик из Польши.

Примерно около трех недель, я обедал и ужинал в одиночестве. Как это ни странно, но стол всегда был накрыт на великое множество персон.

Мирелла все еще в подземелье. Ван Хельсинг ищет способ освободить сестру из заточения. Мы с ним пару раз навещали узницу. Ван Хельсинг приносил ей свежую кровь и хорошие новости о том, что в ближайшее время ее заточение закончится.

Два-три раза в неделю я спускался к Яну, и мы выходили с ним на площадку третьего яруса и разговаривали у жерла колодца. На мои вопросы, по поводу исчезновения писателей, мясник не давал прямых ответов. Я был уверен в том, что громила знал обо всем, что происходит в замке.

Были периоды длительностью примерно с неделю, когда Ян странно себя вел. Он не желал со мной общаться. При моем появлении в кухонном помещении, мясник просто уходил. Еще одна странность, которую я заметил, заключалась в отвратительном запахе, исходящем от чистоплотного, следящего за собой молодого парня. Так же был еще один нюанс, который удивил меня. Когда прибыла посылка с Вербеной (Святая Трава), Ян вынес из помещения кладовой деревянный ящик. Поставил его на стол и вскрыл. Внутри посылки было несколько стеблей растения и лист бумаги, на котором было что-то написано. Ян сунул руку в ящик, и тут же отдернул ее, словно коснулся поверхности кипящей воды. Я забрал растение и вернулся в свою комнату.

Стебли и цветки Вербены были в точности такими, какими их описал мне Ван Хельсинг. В посылке было несколько разных видов растения с разным окрасом и формой цветков.

Я взял рукописи, «Святую Траву», и отправился на чердак. Мне хотелось как можно быстрее поместить в сундук с моим творением, дополнительную защиту от темных сил. Хотя, до конца не верил в ее эффективность.

Я поднялся по винтовой лестнице и вошел в чердачное помещение. Зажег масленую лампу и направился в ту часть чердака, где меня «ждал» сундук. В полной темноте я шел по скрипящим половицам. Будучи уже на чердаке, я вспомнил о предостережении Яна не посещать Восточное крыло замка после захода солнца. Не смотря на это, я все же решил довести дело до конца. Сундук находился в нескольких шагах от меня. Я приготовил ключ и собирался как можно быстрее положить рукописи в сундук и поспешить вернуться в свою комнату.

Солнце уже село, но вечернее зарево все еще боролось с наступающими сумерками. Я мягко ступал, двигаясь к своей цели. Неожиданно, где-то впереди послышался скрип половицы. Я остановился и прислушался к тишине. Поднял повыше лампу и стал всматриваться в темноту. Через несколько секунд, снова послышался звук скрипнувших деревянных брусов, устилающих подножный пол. Но на этот раз скрип раздался позади меня. Я обернулся и осветил мрак лампой, но никого не обнаружил. То, что было дальше, лучше и не вспоминать. Но мой дневник должен сохранить в себе этот эпизод:

Когда я перевел взгляд в сторону своего шествия, то передо мной предстало нечто, от вида которого, я вскрикнул и шагнул назад. Прямо перед собой я увидел уродливую морду с раскрытой пастью. Два ряда острых клыков, то смыкались, то расходились. Ужасный оскал находился в сантиметре от моего лица. Я ощутил зловонное дыхание из пасти, но присутствовал и другой запах, более приятный. Этот запах я слышал лишь в присутствии Гертруды Стоун. У меня в голове скользнула мысль о том, что монстр, обнюхивающий меня, совсем недавно полакомился плотью американской писательницы. Я стоял не шевелясь, чтобы не вызывать у дьявольской твари излишнюю агрессию. Существо высунуло длинный язык и лизнуло меня в лоб. Оно глядело на меня желтыми как янтарь глазами. Нечто, было ростом чуть ниже меня. В свете лампы, я разглядел вытянутое тело, облаченное в разорванную на лоскуты одежду. Куски ткани свисали кое-где, плохо прикрывая полуобнаженное тело. Судя по молочным железам приличного размера, монстр был женского пола. Едва прикрытые куском ткани, груди вздымались при каждом вдохе. Существо подняло одну из верхних конечностей, и провело кончиком длинного острого когтя по моей щеке. Все, что мне пришло в голову в тот момент, так это попытаться отпугнуть существо с помощью Вербены. Пучок стеблей растения и ключ от сундука, я сжимал в левой руке. Резким движением я вскинул руку вверх, но проворная тварь молниеносно толкнула меня в грудь и повалила на пол. Лежа на пыльных брусах пола, я держал лампу на вытянутой руке. Мне повезло, что я не уронил ее, иначе это привело бы к пожару. Адская тварь поглядела в темноту надо мной и ловко перепрыгнула через меня. Я поднялся на ноги, и пятясь назад, осветил то место, где находилось существо. К моему великому удивлению, в паре метров от меня было уже два монстра. Они вцепились когтями в тела друг друга, и громко рыча, вступили в схватку. Я отступал все дальше назад к двери, ведущей с чердака на крышу. Добравшись до нее, отпер засов и выскочил наружу. Закрыл за собой дверь, и подпер ее спиной. Позади, слышались звуки борьбы, сопровожденные ревом. Все это, холодящее кровь действо, длилось меньше минуты. Затем все стихло. Я прислушался к тишине. Легкий, прохладный ветерок обдувал мою отросшую шевелюру. Ночь приближалась, затягивая небо черным «покрывалом» облаков. Над крышей замка резвилась стайка летучих мышей. После долгого дня эти создания разминали свои перепончатые крылья.

Мне нужно было спрятать рукописи в сундук и вернуться в западное крыло замка. Я вернулся на чердак и медленно подошел к заветному ларцу. Вокруг царила тишина и кромешная тьма. Масляная лампа разгоняла мрак не более чем на пять шагов. Я отпер сундук, уложил рукописи, и сверху укрыл листы стеблями Вербены.