История происхождения русов и славян - Савин Николай - Страница 97

Хроники франков также упоминают Вышана как равноправного союзника Карла Великого и противника вильцев и саксов. Погиб в 795 г. в битве с саксами при Люне, как союзник Карла Великого.

Дражко (Драгомир, Траскон, Thrasco) — 29-й (?) король ободритов, верховный князь ободритского союза (795–809 гг.), старший сын князя ободритов Вышана, имел братьев Годослава (Годлава) и Славомира.

Славомир — брат Дражко правил ободритами после Дражко восемь лет до 817 г. Он столкнулся с сильной оппозицией знати, организованной франками. В 817 году император франков Людовик I Благочестивый повелел князю Славомиру признать Цедрага соправителем. В ответ Славомир, до этого верный вассал императора, заключил союз портив франков с сыновьями Гудфрида Датского. Это стало поводом для Людовика начать войну с ободритами, закончившуюся в 819 году пленением Славомира. Он был обвинен в измене императору франков и лишен власти. Новым князем ободритов по приказу Людовика Благочестивого был поставлен Цедраг.

Славомира Мекленбургские генеалогии не считают законным князем.

Цедраг (Чедраг, Челодраг, Гедрах, Годрах) — 30-й (?) князь ободритов, 821–830 гг. Цедраг, единственный сын князя ободритов Дражко, не смог в 809 году унаследовать княжество своего отца, так как был отстранен от престола своим дядей Славомиром. Причиной этого было малолетство Цедрага. Потом, все же стал князем.

Богуслав/Годослав (Годлав, Готлейб, Годлайб) — князь ободритов, сын Вышана и брат Дражко и Славомира, пленен и убит ютским (датским) королем Гудфридом в 808 г. Был женат на дочери Новгородского князя Гостомысла Умиле, имел трех сыновей Рюрика, Трувора и Синеуса. Легенда, записанная и опубликованная в 1857 г. французом Ксавье Мармье известна в переводе В. Чивилихина и дополняет наше знание: «Другая традиция Мекленбурга заслуживает упоминания, поскольку она связана с историей великой державы. В 8 веке нашей эры племенем ободритов управлял король по имени Годлав, отец трех юношей, одинаково сильных, смелых и жаждущих славы. Первый звался Рюриком, второй Сиваром, третий Труваром. Три брата, не имея подходящего случая испытать свою храбрость в мирном королевстве отца, решили отправиться на поиски сражений и приключений в другие земли… После многих благих деяний и страшных боев братья, которыми восхищались и которых благословляли, пришли в Руссию. Народ этой страны страдал под бременем долгой тирании, против которой никто больше не осмеливался восстать. Три брата, тронутые его несчастьем, разбудили в нем усыпленное мужество, собрали войско, возглавили его и свергли власть угнетателей. Восстановив мир и порядок в стране, братья решили вернуться к своему старому отцу, но благодарный народ упросил их не уходить и занять место прежних королей. Тогда Рюрик получил Новгородское княжество, Сивар Псковское, Трувар Белоозерское. Спустя некоторое время, поскольку младшие братья умерли, не оставив детей, Рюрик присоединил их княжества к своему и стал главой династии, которая царствовала до 1598 года».

Гостомысл (Годемысл) — 31-й (?) князь ободритов, единственный сын Цедрага, король ободритов 830–844 гг., в 844 году казнен франками. Впервые Гостомысл упоминается во франкских хрониках под 838 годом. В источниках находим многочисленные свидетельства о его борьбе с Людовиком Немецким. Данный Гостомысл не был знаменитым дедом Рюрика, а был его племянником. Его сын Боржевой (Буривой) женился на чешке Людмиле и стал князем Чехии.

Регинхери (Регент? — опекун) — правитель ободритов в 845 г., умер в том же году.

Добемысл (Табемысл, Добромысл?) — князь ободритов, время правления неясно 845–861 гг. Есть сведения, что на нем эта ветвь династии пресекается. По другим данным эта ветвь династии пресеклась еще после смерти Гостомысла, а Табемысл был не королем всего ободритского союза, а князем отдельного племени ободритов — бодричей.

«Таковы были государи, правившие в прошлом славянами верлами в провинции, называемой Вурле, в настоящее время герцогство, или княжество Мекленбургское. В этой провинции в прошлом находились города, весьма известные у северных народов своими торгами, а именно Винава, Юлин и Вурле, получивший свое имя от народа верлов».

Себастьян Мюнстер в своей «Космографии» (III), говоря об обитателях тех мест, пишет, то первые тамошние жители именовались верлами, бодричами или общим именем вандалов. Несколько далее он добавляет: «Народ этот был свободный и отважный, никогда не бывший под властью римлян, привычный к войнам. Он был главным среди тех готов, что тревожили войнами Рим, Италию, Францию, Испанию, Африку, Европу и Азию. Даже Карл Великий, сражаясь с саксами, не беспокоил верлов».

И опять. Кто такой Себастьян Мюнстер для норманистов? Они же знают лучше. У них славяне совсем другие.

Характерной для Мекленбургских генеалогий является их датированность, пусть даже условная. У скандинавов ничего подобного нет, поэтому датировка событий в Скандинавии, да и вообще у всех германцев, сильно затруднена, а события и люди часто перепутываются.

Конечно, ни один норманист никогда не признает этих списков, однако они ничем не отличаются от других подобных генеалогий, как античности, так и средневековья, которые почему-то признаются и используются. С каким пылом и жаром Клим Жуков и Дмитрий Пучков защищают важность и ценность «Младшей Эдды», записанной из устных легенд Снорри Стурлусоном в XIII веке, может послушать каждый на их видео. Но вот русские или Мекленбургские источники, включая саму ПВЛ, эти же люди с тем же жаром пинают как «поздние» источники, которым нельзя доверять ни в коем случае. То же с Иоакимовской летописью. А ведь чем Татищев хуже Снорри? Видимо, для норманистов хуже. Вот такая у них объективность. Оба упомянутых персонажа там же оправдывают поздно записанные «Илиаду» и «Калевалу», но вот с русскими источниками так никогда не поступают. Странно.

Доказать же подложность Мекленбургской генеалогии пока никому не удалось. Напомним, что немецкие правители Мекленбурга происходили от вендских князей и ничуть не скрывали этого, наоборот — гордились и тщательно сохраняли генеалогические списки и предания, поскольку это гарантировало их феодальные права.

Спасибо онемеченным потомкам варягов за то, что сохранили такую долгую историю Поморской Руси. История длинная и богатая. Но не вышло объединения у велетов и ободритов. Они оставались раздроблены на малые княжения, в то время как противостоящие им германцы были объединены Карлом Великим в мощную империю. Ее население составляло 4 миллиона человек, а поморян было меньше миллиона. Даже когда Франкская империя распалась, то ее осколки оказались сильнее славянских княжеств и постепенно поглотили их. Значительная часть ободритов успела переселиться на Русь, но те, кто остался, как и велеты, как и тюрингские сербы, и некоторые другие племенные союзы славян, были онемечены и сейчас составляют часть чужого и зачастую враждебного нам народа.

12. Приильменье

Во времена падения Римской империи русы из-за похолодания начали покидать Прибалтику, которую тут же начали заселять прусские, литовские и латвийские племена, теснимые с юга кривичами. Так балты, наконец, обосновались в Прибалтике. Правда и русы ушли не все. Часть из них осталась, особенно на Немане, Западной Двине и в Эстонии.

Более того! Есть сведения, донесенные до нас, например, «Равеннской Космографией», примерно, 700 года, а также Прусскими хрониками и Адамом Бременским, что во времена падения Римской империи в Прибалтике поселились роксоланы и аланы. Поселились они между Вислой и Неманом и стали союзниками Мазуров в войнах против пруссов. Прусский летописец епископ Христиан и его последователь Лука Давид считали этих роксолан и алан русскими, происходившими от вандалов. Адам Бременский писал, что балтийские аланы называли себя wizzi. Адам различал Киевских русов и этих wizzi, и указал, что они были завоеваны в 1001 году польским королем Болеславом при поддержке Оттона III. Страну wizzi Адам называет «Руссией».